Иная жизнь

Наследие

Эйнар

Раздражение. В то время, когда власть уходит и в обители возникают волнения, его благоверная вместо того чтобы найти в себе силы простить мужа и примериться, заводит интрижку с его бледной копией. И откуда она его взяла? Антонио тоже хорош. Ухмыляется, осматривая номер.

А тут есть на что посмотреть. Настоящее гнездышко влюбленных! Его копия. Нет, она не просто нашла ему замену, она нашла его копию и решила ему с ним изменить. Хотя нет, ничего у них не было, иначе он бы почувствовал.

Пока местный клан покидал номер, Эйнар еще хоть как-то сдерживал себя. Но не сейчас. У жены испуганное, виноватое лицо. Вопрос почему, ведь она сама его набрала, несла ахинею и молила о помощи. Нет, необходимо со всем разобраться.

- Кто он? – Рявкнул граф.

- Я не знаю. Точнее его зовут Рик. И он твой наследник, дальний наследник…

Эйнар зашагал по номеру. Быть не может. Никто из его детей не выжил. Никто, кроме Гулим. Она любила семью и не могла уехать из замка без младших. Раздраженно потянулся к телефону:

- Гулим, родная, подскажи-ка отцу, кто из семьи мог выжить. Даже теоретически. Подумай, не спеши с ответом, - спустя столько веков это была бессмысленная затея, но она хоть как-то отвлекала от несостоявшегося адюльтера. – Я сейчас стою напротив своего прямого наследника. Другой семьи у меня не было, так что думай хорошо.

Графиня подняла глаза, но Эйнар жестом велел ей не шевелиться. От ее испуганных глаз стало тошно. Больше всего на свете ему хотелось сгрести ее в объятия, трусить, целовать и не отпускать. Но ей-то это больше не нужно, у нее есть аналог, еще и полон крови. Новая волна раздражения разлилась по телу.

- Эйнар, - в диалог включился Антонио, - полагаю, мы этот вопрос можем решить немного позже. Если ты не против, я бы хотел тет-а-тет поговорить с дочерью.

- С дочерью? Теперь это мы так называем?! Не наговорился с ней в Азии? Что ж приехал ко мне в обитель? Что ж не помчался за ней в Акапулько?

Спокойное лицо Антонио, испуганные глаза жены и его клон на диване окончательно вывели графа из стабильного состояния. Он подхватил ненавистный торшер, создающий приглушенный романтический свет и разбил его о стену. Графиня вздрогнула, но продолжала играть немую.

- Ты, ты! – Эйнар закипал от ревности, от ощущения, что его заменили как игрушку, - Графиня, вы привлекли к себе нежелательное внимание людей, вы создали массу проблем и могли быть в любой момент обнаружены. Вы нарушили ряд законов, один из которых – напали на члена семьи вампира, который автоматически под защитой обители. Судя по его лицу – спутать было невозможно. Вас доставят в обитель для дальнейшего разбирательства и решения. Мальчишку придется брать с собой. Скорее всего, вы, графиня, испортили ему жизнь. Несите этот крест.

С этими словами Эйнар вышел с номера, и только потом заметил, как дрожат его руки. Все эти недели он надеялся на примирение. А теперь все стало на свои места. Но и свободы он ей больше не даст. Лазейку он нашел – и если она добровольно не будет жить в обители, он ее посадит на цепь. Посадит и будет следить, чтобы она была ему верна!

Элен

Ситуация выглядит не просто двусмысленно. Нет. Ситуация выглядит катастрофически. Приглушенный свет, зашторенные окна, тихая музыка, которую никто так и не выключил, пара бокалов и несколько пустых бутылок. Адюльтер на лицо. Только вот ничего не было! А как объяснить?

- Элен, девочка, все будет хорошо. Я тебя в обиду не дам. Не было никаких нарушений, только хлопоты. Все решим, надо откупные дам. Не трусись так, Антонио о тебе позаботиться. И не слушай Эйнара, что не видишь, его ревность захлестывает. Ты как там умудрилась-то?

- Я не хотела. Это не измена, и я не хотела его пить. Не смогла удержаться, - губы Элеонор затряслись, и она разрыдалась, - я не хотела его кусать. Сама не понимаю, как вышло. И потом я совсем потеряла голову, ему ничего не помогало…

- Все-все, будет тебе. Все обошлось, он жив и скоро поправится. Не как обычно, но через неделю будет стоять на ногах.

- Антонио, он меня казнит?

- Нет, глупышка. Я все утрясу. Ты его разозлила. Да и в обители ситуация против него. Он сейчас просто сорвался.

Элеонор вздрогнула, когда двери номера открылись и зашли медики с каталкой, по лицам которых она узнала знакомых вампиров. Парни склонились в поклоне и поприветствовали графиню. Будто ничего и не было. Будто она все еще у власти.

- Графиня, вы подтверждаете, что вашего человека необходимо перенести на борт самолета? – подал голос смуглый мускулистый вампир.

- Да…

- Марик, ты ничего не путаешь? Граф все еще у власти и за такие трели здорово накажет, - насупился Антонио.

- Прошу прощения, Антонио, - и вампир снова немного склонил голову, выказывая уважение, - но графа позиция весьма ясна. Если графиня согласится вернуться в обитель и взять в руки власть – ее поддержат единогласно. И я первый их них.

Элеонор оторопела. Это не просто нестабильность, это не просто волнения. Это бунт. Эйнара свергают с места. Марк говорил о чем-то подобном, но она не придала всему значения. Не понимала, какова ее роль в этой игре. Смена власти и при этом власть остается в руках их семьи. Семьи, которой больше нет. Но сейчас не об этом. Нельзя показывать слабость:

- Марик, спасибо за службу и доверие. Да, мы с Ричардом летим в обитель. Он член нашей семьи, а не мой человек, относись к нему с максимальным почтением. Придет в сознание – максимум помощи, минимум информации.

- Да, госпожа. Рад новости, с возвращением!

Несколько минут Элен могла держаться, но как только они с Антонио остались в номере, ее плечи снова обмякли, и она шагнула ближе к отцу. К хищнику, который был для нее светом, крепкой стеной и опытным проводником в этом сложном новом мире.