Иная жизнь

Глава 12

Шаги по мраморным плитам казались слишком звонкими в этом тёмном, застывшем коридоре. Лена шла впереди, а за ней — Кейн и Итан, изображающие пленников. Она чувствовала, как сердца обоих бьются синхронно с её собственным, но в этом биении сквозила опасность. Наставник Гредо, высокий и угловатый, сопровождал их, глаза его казались холодными, словно он — не человек, а бездушная тень.

Сердце Лены сжималось: каждое движение Гредо будто пронизывало её внутренности ледяным лезвием. Он не произносил ни слова, но его руки, скрытые в складках мантии, двигались странно — как будто он вёл невидимые нити, управляя каждым их шагом. Лена уловила лёгкий всполох энергии, едва различимый свет в пространстве между ними — и поняла: это не просто магический фон Академии. Это была его энергия, затянутая в паутину силы.

«Он всё видит», — мелькнула мысль. Она знала, что не должна подавать виду. Гредо ждал, чтобы она раскрыла свою слабость.

В коридоре пахло железом и старой бумагой. Фрески на стенах изображали мифы о древних союзах — о том, как сила может объединять, а может разрушать. Лена, глядя на них, пыталась удержаться за этот символический порядок, за учение, в которое ещё верила. Но внутри неё шевелилось беспокойство. Она чувствовала, как Итан посылает ей волны своей энергии, словно тихий шёпот: «Берегись…»

Итан был рядом — его взгляд вцепился в неё, цепкий, отчаянный. Он знал, что происходит. Но Лена едва чувствовала его силу. Она исчезала, будто растворялась в воздухе. Что-то здесь поглощало Итана — его свет угасал, как звезда, которая ещё миг назад сияла, а теперь гасла навсегда.

Гредо повёл их в зал с высоким сводом, где витражи играли с тусклым светом, преломляя его в холодные оттенки синего и серебра. На полу под их ногами — символ временного узла: древний знак, опутавший всю Академию. Лена ощутила, как вибрации узла проникают в неё, пробуждая её ядро — опасное, необузданное.

Гредо остановился, развернулся к ней. Его глаза — безжалостные, тёмные, как пустота.
— Лена, — проговорил он мягко, но этот голос звучал, словно яд. — Ты ведь понимаешь, что не можешь скрыться. Времена меняются, и сила, которой ты владеешь, нужна не только тебе.

Она не ответила. Слышала только собственное дыхание — резкое, обжигающее. Рядом Кейн поднял голову, взгляд его был полон гнева, но он ничего не сказал. Итан… Итан исчезал. Лена чувствовала, как его присутствие становится всё более призрачным. Её сердце сжалось: она теряет его.

Гредо вытянул руку, и в воздухе перед ним возникло мерцание — узор временного узла начал вибрировать.
— Ты думаешь, что способна сопротивляться? — его голос был мягок, но за ним скрывалась угроза.
— Я не отдам то, что моё, — сказала Лена, и голос её дрогнул лишь на мгновение.

Он усмехнулся.
— Тогда ты останешься без всего.

Иллюзия хрупкости вокруг него разрушилась — Лена увидела, как из-под его мантии вырвались нити тёмной энергии. Она знала, что это не просто наставник. Гредо был чем-то большим. Чужим. Его сила — не из этого мира, не из Академии. И Лена вдруг поняла: он связан с той внешней расой, о которой ходили лишь легенды. Расой, способной поглотить всё, даже её душу.

Итан слабо вздохнул, словно на прощание. Его глаза встретились с глазами Лены — и в них была только боль.
— Лена… — прозвучал в её голове его голос, едва уловимый. — Не позволяй ему…

И в тот миг она знала — осталась только она и Кейн. Всё остальное рушилось, и каждый вдох, каждый взгляд были их последними связями с этим миром. Но она не позволила страху захватить её. Она знала: если она не найдёт в себе силы, то всё исчезнет. Всё.

Она подняла голову, стиснула зубы — и пошла за Гредо, зная, что в этом зале их ждёт не просто допрос, а испытание, которое решит судьбу не только её самой, но и всего, во что она верила.
С замиранием сердца Лена сделала шаг вглубь зала, едва осмеливаясь вдохнуть воздух, тяжёлый от силы, которую Гредо выплёскивал, словно раскалённый металл. Стены залы были исписаны древними письменами, а витражи отбрасывали нереальные тени на их лица. Кейн и Итан — молчаливые, но полные решимости — стояли рядом, пытаясь сохранить видимость спокойствия.

Гредо подошёл к возвышению, на котором стоял каменный трон — древний артефакт, некогда принадлежавший властелину эпохи, забытой во времени. Он медленно опустился на трон, словно впитывая силу, струившуюся от холодного камня. Его пальцы скользнули по подлокотнику, оставляя за собой странный светящийся след — ритуальный знак, который Лена знала только из легенд.

— Ты знаешь, что это за трон? — спросил Гредо, голос его звучал глухо, но каждое слово раздавалось эхом, словно произнесённое в пустоте.

— Трон Памяти, — тихо ответила Лена. — Говорят, он впитывает все мысли и сны тех, кто на нём сидит.

Он кивнул, едва заметно, но в этом жесте было что-то издевательское.
— Верно. Ты умна. Но ум — лишь тень силы. Ты ведь понимаешь, что этот зал — древнее сердце Академии? Он хранит не только знания, но и страх.

Лена сжала кулаки.
— И что ты хочешь от нас?

Гредо улыбнулся — холодно, без намёка на теплоту.
— Я хочу увидеть, что ты готова отдать.

С этими словами он поднял руку, и воздух перед ними начал вибрировать, словно в нём зародился вихрь. Вихрь этот затягивал в себя свет, обрывки звуков — Лена почувствовала, как всё вокруг затихло, оставив только тяжёлый пульс собственного сердца.

Из центра вихря вырвался силуэт — призрачная фигура, искажённая, но слишком знакомая. Это была она сама, только лишённая плоти, словно отзеркаленное эхо её души. Итан шагнул вперёд, лицо его побелело.
— Лена… он вытягивает твою сущность!

Гредо бросил на Итана взгляд, от которого тот словно оцепенел.
— Тихо, мальчик. Её воля — её оружие. Посмотрим, останется ли что-то после того, как я коснусь её настоящего «я».

Фигура перед Леной дрожала, расплываясь и возвращаясь к форме, но в ней было что-то пугающе знакомое: её улыбка, но чужая; её глаза, но наполненные пустотой. Лена почувствовала, как дрожь пробегает по её позвоночнику — словно каждая нить её существа была натянута до предела.