Indigo. Дар жизни.

Глава 10

Погребальный костер догорел несколько минут назад, а Ферхат уже заметил нервное движение по разным сторонам толпы, пришедшей проститься со своим Императором.

По его подсчетам, смута должна начаться уже сегодня.

- Да прибудет с ним вселенная вечной смерти! – закончил надгробную речь первый советник, над догорающими углями.

Tribus Игнусы, поджигавшие погребальный костер еще не успели отойти, а Ферхата уже позвали в тронный зал – его брат и нынешний Император хотел сделать официальное заявление.

Не спеша, проходя по коридорам дворца, Ферхат вспомнил, что его омоним должен был сегодня, впервые, встретиться с его  readom (читающим), который по совместительству был еще и dico cogitationes (сказающий мысли), что было вдвойне уникально и ценно в мире существ индиго.

Ринат tribus Мейморн, которого семь лет назад Ферхат случайно встретил у подножия дворца, стоял на коленях, пытаясь вымолить у Императора прощения для своей семьи, проговоренной к Чистой смерти (сожжению) за проступок его жены, выражавшийся в оскорбительном отношении к одной из ниад (официальных любовниц) представителей неприкасаемых правящего клана primma Катон.

Ферхат не знал, что послужило причиной такого решения Императора в отношении семьи Рината, но по собственному опыту понимал, что ниады всегда были подлыми и заискивающими существами мира индиго.

С одной стороны Ферхат понимал, на сколько положение ниады было шатким – оно хоть и давалось пожизненно, могло в любой момент сменить милость хозяина, на погребальную Чистую смерть, отказ от которой делало положение ниады и ее семьи хуже положения омонима в современном мире индиго, однако, эти женщины шли на все, чтобы получить милость своего хозяина, часто не пренебрегая, ни ложью, ни подлостью.

Тогда, он помог Ринату, за что был награжден высшим даром преданности tribus рода его семьи и сейчас Ферхат не постыдился воспользоваться им.

Ферхат всегда удивлялся как Ринат мог работать даже под самым носом у Лютемов не вызывая даже толики интереса у последних. Ринат не боялся быть вычисленным, не гнушался самых страшных мыслей, не редко, внушаемым обычным индиго, а точно, как солдат, не задавая лишних вопросов, исполнял указания Ферхата.

Ферхат не боялся посылать его к омониму, не опасаясь, ни предательства, ни разоблачения, даже в отсутствия Ферхата на месте событий. Сейчас Ферхатом двигала лишь одна мысль – действительность власти нового Императора Austrabius regionus, в котором он, состоящий на службе у покойного Императора Октавиуса несколько лет, откровенно сомневался, давая жизнь не одной сплетне, порождавшей интриги  индиго состоявших в  Совете клана  primma Катонов.

Его отец действительно скончался от «естественных» причин, о чем верещали все средства массовой информации, коими были три литра виртуна – очень крепкого и сильного  спиртного напитка, от которого даже у сильного индиго после нескольких рюмок шла кругом голова, и Амиры – шлюхи, славящейся тем, что может затрахать любого «до смерти».

Что ж… Теперь эта шутка стала правдой…

Глупая жизнь… Глупая смерть…

Не смотря на все это, в глубине души, Ферхат уважал отца, хотя бы за ту политику, которую он проводил с terra Akvulions и за то, что за семьдесят лет правления Октавиус умудрился оставить Белый мир, заключенный несколькими поколениями назад  - в силе.

Ферхат понимал, что сейчас развяжется междоусобная война за трон и в чем-то был даже рад этому. Он не желал повиноваться своему отцу, а еще меньше он желал повиноваться одному из своих братьев.

Бурак уже успел издать приказ о выселении всех неприкасаемых отпрысков клана из дворца, это, как полагал Ферхат, было продиктовано проблемами с его прямым наследником, и единственным сыном – тринадцатилетним Шамиром, который по неизвестным причинам сегодня с утра слег с непонятной хворью.

Шпионы Ферхата уже доложили ему, что мальчик не жилец, и Бурак, с его смертью, скорее всего, потеряет остатки не только мужества, но и авторитета у Совета, так как не смог сохранить единственного наследника в живых.

Это сделает прямым наследником престола его второго брата Сенана, который, предусмотрительно отправил своего сына Бурхана далеко на запад -  к северной границе Austrabius regionus, но если выяснится, что это Сенан причастен к смерти Шамира, то Бурака и это не остановит.

Третий сын Императора Октавиуса – Барыш, отличался редкой мягкотелостью и внушаемостью. Им было легко управлять и манипулировать. Он не пользовался уважением даже у членов собственной семьи, если Бурак и Сенан не смогут поделить трон,  - правление Барыша будет не долгим.

Единственной реальной кандидатурой на роль Императора Austrabius regionus, Ферхат, видел Мутави, - своего четвертого брата.

Мутави был очень умным, отличался мудростью не склонной его годам, помимо этого был ловким и изворотливым, способным выйти из любой мокрой ситуации сухим. У Мутави был только один огромный недостаток – у него, к величайшему сожалению Ферхата, семь лет назад родилась дочь - Эбро, которая по законам Austrabius regionus не могла выступать в качестве наследника престола.

Но Мутави совсем не жалел о рождении дочери, он любил и лелеял свою девочку, как принцессу.  Ферхат отлично знал, что Мутави пойдет на все ради сохранения спокойствия жизни Эбро, и, полагал, что Мутави, скорее всего, официально  откажется от престолонаследия.