Indigo. Дар жизни.

Глава 15

Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

Нельзя, нельзя было дотрагиваться до нее. Нельзя было расслабляться, нужно было уйти сразу после того, как она отказала. А еще она посмела мне дерзить! Мне, высшему индиго, которому даже высокородные главы родов в глаза бояться смотреть!

Я накажу тебя за эту дерзость, придет время, и  я тебя за все накажу, за то, что ты посмела мне отказать, за то, что открыто посмела смотреть мне в глаза без почтения и поклонения! Без доли страха! Хотя,  ты догадалась кто я, Ферхату даже понравилось видеть этот страх в ее глазах.

Хотя отказ это даже хорошо. Ферхат хотел предложить, так сказать дать последний шанс на пощаду, но теперь ее не будет. Даже хорошо, что она не пошла с ним, если бы согласилась, испугалась и склонилась, все было бы не так интересно, а теперь игра в кошки-мышки действительно достигнет своего пика, теперь Ферхат  вдоволь насладиться плодами своей деятельности, иначе все было бы слишком пресно, слишком  просто.

Ферхат любил принуждать людей, любил, когда их глупые головы склоняются перед его хитростью, умом и властью. И она склониться. Он все сделает, чтобы она склонилась. Чтобы почувствовала его силу над простыми смертными, такими как она.

Ферхат поежился от холодного ветра, но продолжил путь. Он не сел во флаер, подживавший его у дверей выставки и решил пройтись, успокоить разбушевавшиеся гены.

Мысли Ферхата никак не могли оторваться от ее мягких губ, дерзкого рта, от голубоглазого взгляда, не боявшегося ни его вида, ни его предупреждения.

Почему все омонимы рождаются с этим предательским цветом глаз? Любимым цветом Ферхата!

Так хотелось смять ее тело в свои объятия, закрыть ее рот своим, дать понять кто здесь главный, чтобы знала, чтобы понимала, кому отказывает, кому смеет дерзить.

 А ведь он мог! Одним движением эти хрупкие плечи смялись и вжались бы в его тело, одним взмахом руки он мог бы поднять ее тело и унести, спрятать и никогда никому больше не показывать цвет наглых глаз!

Ее уже было кем заменить, генетики отлично поработали над ее клоном, даже родная мать ее не отличила бы ее клона от настоящей Лианы Ворт duo Мейморн, хотя очень часто клоны выходили не похожими на свой прототип, но сейчас, поговорив с ней настоящей, Ферхат мог поклясться, что они были идентичны во всем. Походка, голос, даже поворот головы. Во всем, кроме чертова притяжения омонимов, которое как магнит воздействовало именно на перворожденные роды.

Ферхат знал, что его смертельный дар никак не смог бы помочь ему, омонимы не просто так называются пустышками, он никак не смог бы воздействовать на нее, но разница в росте и весе спокойно позволяла Ферхату сделать это!

И даже ее крики не смогли бы остановить его, над другими индиго Ферхат мог делать все, что угодно! Рвать, сминать, уничтожать их разум и тело без даже видимого усилия со свое стороны.

Чертово притяжение омонимов! Откуда оно взялось и как его развеять не могли установить даже самые великие генетики этой планеты, оно действовало, как магнит, не позволяло другим индиго даже думать о чем-либо другом, особенно это было заметно на перворожденных родах и кланах.

Не удивляюсь, что tribus Игнус так на нее запал, и именно поэтому омонимов когда-то давно объявили прокажёнными, истребляли пачками и не давали этой чертовой болезни поработить нашу планету.

Ровно до тех пор, пока не поняли, что выживание этой планеты зависит именно от них.

Если Расилерт  даже притронется к ней, тут Ферхат не смог бы отвечать за себя и разорвал бы его на части, благо, к его же безопасности, тот не рыпался.

 Теперь Ферхат понимал, что целый день не сможет думать ни о чем кроме нее, а сделать предстояло еще так много!

 Но проклятье, какое же это прекрасное чувство, когда тебе покоряются, даже не желая этого, как же прекрасно потом ломать, то, что так крепко стоит на своем и не желает сдаваться, и он сломает это!

Лиана Ворт duo Мейморн сломается и  будет принадлежать только ему одному, или он не Ферхат primma Катон!

*       *       *       *

- Нет, это реально, глупо! – воскликнул Антон

- Катон? Здесь? В terra Akvulions?  - Дорон пережевал остатки картошки во рту. – На границе стоят такие защитные барьеры, что даже муха не проскочить, мой кузен работает в пограничном контроле, поверь мне, они там свое дело знают!

В светлой гостиной собралось не менее шести человек, не считая меня Иена и Маркуса.

Новый дом Маркуса кардинально отличался от резиденции tribus Игнусов. Очень простая и лаконичная обстановка в постельных тонах, так не свойственная Игнусам, была подстать ее бывшей хозяйке – когда-то этим домом владела мама Маркуса - Аманда Расилерт. Маркус сохранил обстановку в доме, может в честь ее памяти, но больше я склонялась к мысли, что Маркусу она сама нравилась. Он рассказывал, что в детстве они часто приезжали сюда, и это место было для них неким убежищем.

  - Я знаю, что это звучит не реально, но это так, я могу вам поклясться, - я все еще пыталась убедить собравшихся в том, что видела и слышала. – Он был здесь и он точно что-то хочет.

- Что именно? – Анук, с ее обычным презрением решила обратиться ко мне.