Индиго. Отголоски.

Глава 2

ДЮССЕЛЬДОРФ. ГЕРМАНИЯ.

Нежная мелодия будильника на телефоне, заставила ее открыть глаза и улыбнуться. Сегодня она наконец-то выспалась и поэтому с первой секунды бодрствования её сопровождало хорошее настроение. Всего лишь стоило отключить телефон после работы и лечь пораньше. Саманта это делала в первый раз и поэтому немного переживала. Вдруг поздно вечером, когда она уже будет не в зоне доступа, ей срочно позвонят с работы. Ведь с пациентами могло случиться все что угодно. А дежурный врач, всё-таки не обладал достойной квалификацией.

На телефоне не было пропущенных звонков и сообщений. Это заставило выдохнуть доктора Саманту Сарфилд и теперь она могла спокойно собираться на работу, которую она по-настоящему любила. Ей нравилось помогать людям с различными психическими заболеваниями. Хотя многих из них и приговорил их собственный диагноз, но облегчить страдания, тоже являлось благим делом.

Еще совсем недавно Саманта плюнула бы настоящей себе в лицо. Она была полной противоположностью себе некоторое время назад и скорее вредила людям, чем наоборот. Но последние события перевернули ее мировоззрение, за что она очень благодарна Осберту Остину и его друзьям, его команде. Она уже давно никого не видела из них и уже не надеялась на встречу. Они закончили свою грандиозную миссию победой над открытым злом и им было нецелесообразно находиться вместе. Поэтому команда разбрелась по разным уголкам мира. Увидеть кого-то из них, означало столкнуться с новой опасностью. Поэтому лучше уж никого не видеть и думать, что всё у всех хорошо. Доктор Сарфилд смогла осесть в Дюссельдорфе, где её старый приятель Штефан Шольц помог ей устроиться в психиатрическую больницу.

Штефан был заместителем директора больницы и поэтому ему не составило труда принять на работу нового сотрудника, имеющего соответствующее образование. Молодой брюнет буквально жил своей работой и подходил к ней с немецкой скрупулезностью. Он приходил раньше всех и уходил позже всех, но это не мешало иметь ему семью. Жена и десятилетняя дочь с пониманием относились к работе Штефана, которая в придачу являлась еще и хобби.

Саманта сняла с себя серо-зеленую мятую футболку и направилась в душ. Ей некого было стесняться, ведь она проживала одна в просторной квартире в центре города. Поэтому она могла себе позволить походить нагишом. Швырнув футболку в корзину с грязным бельем, она встала под прохладную воду. Сарфилд любила принимать по утрам именно прохладный душ, который приводил ее в тонус, как ничто другое.

Длинный коридор в совокупности с высокими потолками, создавал огромный образ помещения, которое наполнено душевной болью. Болью здешних пациентов, которых насчитывалось около сотни. Поэтому местным врачам приходилось брать на себя одновременно по пять, а то и по десять пациентов. Саманта шла по коридору держа в руках папку и в сопровождении Штефана. Доктор Шольц шёл с Самантой шаг в шаг, пытаясь понять, насколько сильно она уставшая. Он надеялся приписать доктору Сарфилд ещё несколько пациентов.

- ты сегодня более энергичная Саманта.

- хорошо выспалась и приняла контрастный душ утром.

- что же, с нашей загруженностью приходиться черпать энергию где только можно. Делаешь обход?

- да, как раз этим занимаюсь.

- и как твои пациенты?

- всё хорошо, если можно так сказать. Диагноз всем поставлен и лечение назначено. Всем кроме одного.

- проблемный?

- нет, не могу пока понять, какой именно диагноз ему поставить. Я как раз к нему иду, если хочешь, можешь посмотреть на него.

- я, честно говоря, думал дать тебе ещё парочку пациентов.

- Штефан, я, конечно, люблю свою работу и стараюсь выполнять её хорошо, но у меня и так больше всех пациентов. Пожалей меня, пожалуйста.

Саманта сделала щенячьи глазки, чем окончательно убила в Штефане идею приписать ей ещё несколько пациентов. Ведь он и так прекрасно понимал, что Саманта загружена под завязку.

- ладно, пойдём посмотрим на твоего пациента. Расскажи про него, пока идём.

- Вольфган Нойер, восемьдесят семь лет. Страдает возрастной деменцией.

- Альцгеймер?

- не всё так просто. У него ярко выраженная афазия.

- понятно, значит нормально поговорить с ним не получится.

Штефан и Саманта вошли в одиночную палату, где лежал Вольфган пристегнутый к кровати. Рядом с ним стояла санитарка и вытирала ему губы от крови. Штефан немедленно подбежал к кровати и яростно посмотрел на санитарку.

- что случилось!?

Немного растерявшаяся санитарка с испугом в глазах затараторила.

- ничего. Пациент пытался оторвать себе губу своими руками. Пришлось скрутить его.

Штефан достал из кармана халата фонарик и поочередно посветил в глаза пациенту. Штефан не надеялся ничего увидеть кроме безумия и расширенных зрачков. Но вместе с безумием во взгляде он уловил отчаяние из-за неизбежности скорой смерти. Почти впавший в безумие старик, всё ещё понимал, что скоро придёт его черед искать свет в конце тоннеля.

- Саманта, что мы имеем. Проблемы с речью и неадекватное поведение. Как ты думаешь, что это может быть, если не Альцгеймер.

- скорее всего это болезнь Пика.