Индийская сказка

Глава 7

Всю ночь я тщательно собирала вещи для побега в небольшую сумку, найденную на днях и спрятанную от служанок. Она была вместительная и неброская, поэтому идеально подходила для моих целей.

Когда дело дошло до одежды я подзависла, задумавшись о том, как буду завязывать на себе эти тряпки, потому что за всё время прибывания во дворце я так и не научилась этого делать, как бы не старалась.

Всё же попытавшись завязать сари, я больно упала и отшибла себе пятую точку. Но сдаваться не в моих правилах, поэтому я попыталась завязать уже дхоти. К несчастью, тоже неудачно. М-да, и что делать в такой ситуации?

Так ничего и не придумав, завалилась спать, а проснулась не выспавшаяся и очень злая. Поспать подольше мне не позволили, сказав, что пора собираться.

Пока меня наряжали в дорогу, я ушла в себя, поэтому пропустила тот момент, когда на меня нацепили даже больше, чем обычно, украшений.

Не успела возмутиться, как в спальню с поклоном вошёл слуга, передавший, что всё готово и ждут только меня. Оставалось только смириться с таким положением вещей.

Тяжело вздохнув, поспешила за спрятанной сумкой и молча вручила её служанке. Девушка странно покосилась на меня, но возражать не стала.

Со служанками я уже давно разобралась: приказала им молчать под страхом смерти обо всём увиденном в моих покоях. Видимо, в тот момент я выглядела очень убедительно и было на моём лице что-то такое зловещее, говорившее о том, что я не шучу и серьёзна как никогда. В итоге связываться со мной никто не решил.

Кажется, после этого инцидента служанки начали немного побаиваться меня, да и поглядывали временами как на умалишённую, но, поверьте, причины были...

Во-первых, я попросила сделать мне сухари и высыпать их в какой-нибудь удобный и обязательно непромокаемый мешочек с завязками.

А во-вторых, мои попытки навязать на себя дхоти, местный аналог мужской одежды, продолжались… И все были неудачны.

Пока мы шли по многочисленным коридорам, я окончательно проснулась и начала выстраивать в голове варианты побега, а потому, когда меня посадили в повозку, обложенную со всех сторон мягкими подушками, сверху которой для удобства соорудили из плотной ткани навес, я была готова действовать.

Когда я увидела приближающих ко мне мужей-близнецов, поспешила выхватить у вздрогнувшей от моих стремительных действий служанки свою сумку и постаралась закапать её в подушках. Мой строгий взгляд предостерёг девушку от каких-либо высказываний по этому поводу.

Мило улыбнулась подошедшим мужьям. Видимо, им предстоит всю дорогу развлекать меня, то бишь Драупади.

Я с облегчением вздохнула, понимая, что, если бы они встретили меня у повозки, я бы не смогла забрать у служанки свою сумку. Терять её всё же не хочется, а ненужных вопросов у них могло возникнуть множество.

Кстати о повозках, видимо, до карет здесь ещё не додумались, потому что даже цари передвигались на большие расстояния на колесницах, стоячих и одноместных, но полностью вылитых из золота, а может и позолоченных, кто ж их знает.

--------

4.06

Так вот, вернемся к моим, надеюсь, временным, мужьям.

Я успела обложить подушками свою походную сумку и облокотиться на неё, закрывая собой. Так, на всякий случай. Лишним не будет.

Поэтому к прибытию мужей была готова и мило улыбалась во все свои тридцать два зуба, доброжелательно разглядывая гордо восседавших на конях мужчин.

«Дело за малым — выждать подходящий момент для побега», — рассуждала, мысленно потирая руки. — «Однако это будет сложнее, чем я рассчитывала», — подумала я, задумчиво прикусив губу

Да, не всё так просто, как мне думалось: меня охраняла по обе стороны конная охрана, закрывая словно стеной.

И вот, сижу я в повозке, наблюдая за конвоем, а в голове бьётся молоточком одна и та же мысль: «как мне удастся сбежать при такой-то охране?»

Дурьодхана

Вернувшись домой из Индрапрастхи, я не находил себе места и целый день бесцельно бродил по городу, со злостью вспоминая, как смеялась надо мной Драупади. Хотелось сделать ей стократ больней.

Некстати вспомнилась удачливая судьба Пандавов. Как бы я ни старался уничтожить их, у меня ничего не получалось! Падая на ноги, они всегда поднимались с колен, борясь с неудачей, а их слава возрастала с каждым разом всё больше и больше.

Со всей злостью, на какую только был способен, я пнул измождённого уличного щенка. Кажется, пёс не выдержал встречи с моей ногой и каменной стеной: его поскуливания стихли уже через минуту.

Не обращая на это особого внимания, я выискивал глазами на чём бы, а вернее даже на ком, вновь сорвать свой праведный гнев.

«Я изгнал их из Хастинапура, чтобы лишить царства, но они всё же обрели его. Я стремился всеми силами погубить их, но они постоянно спасались от смерти. И теперь ненавистные мною Пандавы владели многими странами, и подвластные цари толпились у трона Юдхиштхиры, ожидая его милости. В царстве Юдхиштхиры богатеют города и деревни, люди довольны его правлением, столица Индрапрастха неописуемо прекрасна, а их дворец подобен дворцу богов», — думая об этом, я изнывал от зависти и злобы.