Индустрия Кндр. Развитие развлечений в Северной Корее

Глава 3

Перед началом хочу попросить вас поставить лайк этой работе — это сильно помогает в продвижении. И не забывайте про Telegram-канал Сашу маслом не испортишь | Александр Бугаёв

Несмотря на эту лицемерность, послевоенные фильмы Северной Кореи стали чуть лучше благодаря этим изменениям в развитии персонажей. Но есть и другие, менее заметные изменения. Например, исчезли титры. Они просто пропали. И можете угадать, почему? Ну, бездарные тупицы... ой, простите... мудрые и творческие люди из партии решили, что титры в фильмах слишком прославляют отдельных режиссёров или актёров. Размещение их имён на большом экране давало этим людям силу.

И если один из этих людей становился слишком известным или слишком любимым публикой, он мог влиять и формировать общественное мнение, так что заслуги исчезали. Но нечто гораздо более необычное происходит, когда исчезают из фильмов фотографии Иосифа Сталина и Мао Цзэдуна. До этого момента северокорейские СМИ ставили Ким Ир Сена, Сталина и Мао примерно на один уровень. Но когда Иосиф Сталин умирает в 1953 году, его заменяет Никита Хрущёв, который был настолько далёк от Сталина, насколько это возможно для советского лидера 1950-х годов. Хрущёв ненавидел культы личности, подобные тому, что был у Сталина, и работал над отменой многих из этих политик. Он вызывает Ким Ир Сена в Москву и говорит ему: "Эй, прекрати чистки, прекрати этот культ личности. Это полное предательство истинных социалистических ценностей, и мы возвращаемся на правильный путь". Кстати, спасибо, наконец-то кто-то это сказал! Пока Ким находится в Москве, получая словесную взбучку своей жизни, другие фракции в Пхеньяне пытаются полностью отстранить его от власти. Это событие известно как "Августовский фракционный инцидент", и для его участников всё заканчивается крайне плохо. Ким узнаёт об их планах и сажает всех в тюрьму. На этот раз Хрущёв действительно злится, и к нему присоединяется Мао Цзэдун. Даже Мао считает, что Ким зашёл слишком далеко. Советский Союз и Китай требуют, чтобы Ким освободил политических заключённых и попробовал прожить пять минут без чисток. Ким уступает, потому что понимает, что не может противостоять объединённому фронту. Но, как это часто бывает, отношения между Советским Союзом и Китаем вскоре начинают ухудшаться из-за других вопросов, что становится настоящей проблемой. Это божья благодать для Ким Ир Сена — самая удачная случайность в истории, потому что теперь этот объединённый фронт исчез. Более того, Советский Союз и Китай начинают конкурировать за влияние в Северной Корее, вступая в многолетнюю борьбу, предлагая Ким Ир Сену выгодные торговые сделки, соглашения о помощи и огромные суммы денег. С исчезновением советско-китайского единства Ким Ир Сен может вернуться к укреплению своей власти и чисткам всех, кого захочет. Он также переписывает историю: в этой новой реальности он не только освободил Корею от Японии с ещё меньшей помощью Советов, но и именно его руководство спасло страну во время Корейской войны, а не миллион китайских солдат. Так что в северокорейских фильмах больше нет места для китайских или советских лидеров. И именно это напряжение между Северной Кореей и Советским Союзом, вероятно, разрушает следующий фильм, который мы рассмотрим, — "Братья".

Рисунок 4. Братья

"Братья" — это фильм 1957 года, снятый совместно северокорейской и советской киностудиями. Он был задуман как способ восстановить отношения между двумя странами после всех событий предыдущих лет. Фильм должен был показать, что у Советов и КНДР, конечно, есть свои проблемы, но в конце концов они товарищи, друзья, братья. Естественно, фильм был немедленно запрещён в Северной Корее. Но давайте вернёмся к сюжету. Два корейских брата разделены демилитаризованной зоной — линией, разделяющей Север и Юг. Один брат, Сон, живёт на Севере. Он усердный работник электростанции, посвятивший себя восстановлению прекрасной и славной КНДР после бессмысленного и неспровоцированного нападения Америки.

Другой брат, Толь, живёт в Южной Корее и работает учёным. Толь — хороший человек, который желает лучшего для корейского народа, но он сомневается в том, что лучше для его страны — социализм или капитализм. Однажды ночью Толя приглашают на роскошную вечеринку, полную коррумпированных южнокорейских бизнесменов и настоящих иностранцев, где они наслаждаются видом женщин в откровенных нарядах. О, и не забудьте, что это должно было быть показано северокорейской аудитории, где пары даже не должны слишком много обниматься. Это новая территория. Эта вечеринка в стиле «Великого Гэтсби» вызывает у Толя отвращение: непристойное потребление, расточительные траты, объективация женских тел. И да, с этим трудно поспорить. Толь выбегает на улицу и сталкивается с настоящей реальностью Южной Кореи под контролем США: дети борются за объедки, бездомные бродят в лохмотьях. Это мрачная пропасть капиталистического вырождения. Толь решает тайно пробраться в Северную Корею, чтобы увидеть, лучше ли дела в социалистической стране.

Он воссоединяется со своим братом, которому посвящена песня. Толь видит, что корейцы в Северной Корее более счастливы, здоровы и свободны. Он встречается со своей старой любовью, и фильм завершается длинной серией кадров инфраструктурных проектов страны. Вы можете подумать: почему, черт возьми, этот фильм запретили в Северной Корее? Он про-социалистический, подчеркивает ужасы Юга и показывает все индустриальные достижения Северной Кореи. В чем проблема? На самом деле, это не одна проблема, а где-то пять. Первое, Ким был все еще в ярости из-за всей этой истории СССР, а фильм содержит много положительных упоминаний о Советском Союзе. Второе, сама идея главного героя, который внутренне спорит, хорош ли социализм, это тот вид свободомыслия, который партия действительно не любила. Третье, есть легкие намеки на интимную романтику между русским мужчиной и северокорейской женщиной, но у Северной Кореи есть некоторые вопросы этнической чистоты, которые мы обсудим позже. Четвертое, сцены из Южной Кореи просто слишком остры для Северокорейского общества. Тот факт, что одна и та же актриса играет как танцовщицу, так и возлюбленную главного героя, хоть это и интересное режиссерское решение, не принес пользы в беседе с цензорами КНДР. И пятое, самое главное нарушение: в фильме нет ни одного упоминания о Ким Ир Сене. Ни портретов, ни длинных речей, вообще ничего. Его полное отсутствие в произведении, что само по себе, вероятно, было достаточным основанием для запрета фильма. Поэтому Северная Корея так и не увидит фильм "Братья". Однако, она увидит новый тип медиа. До сих пор северокорейская музыка и фильмы были в основном нацелены на взрослых или общую семейную аудиторию, но Ким Ир Сен и его партия нуждались в чем-то, что могло бы более непосредственно связываться с детьми: что-то яркое, что-то игривое, что-то анимационное. Им нужны были мультфильмы. История анимации Северной Кореи начинается с Пхеньянской анимационной студии, основанной еще в 1948 году. Северокорейские иллюстраторы и художники со всей страны были собраны и им было поручено создавать мультфильмы, поддерживающие идеи Кима и его правительства. Хороший план, отличный план, одна маленькая проблема: они не умели делать мультфильмы. Это была не вина иллюстраторов или художников. Анимация - это просто очень специализированный навык, это среда, которая живет и умирает на опыте и обучении от предыдущих аниматоров. В 1950-х годах Disney делал такие хорошие анимации, как "Питер Пэн" и "Алиса в стране чудес", потому что в студии были опытные аниматоры из старой обоймы, обучающие следующее поколение. У северокорейских художников просто не было никакого опыта в анимации, на который можно было бы опираться. Если менеджеры Пхеньянской анимационной студии хотели делать мультфильмы и не быть уволенными, им нужно было найти опытных, компетентных учителей анимации. Поэтому художников студии посадили на самолет и отправили через полмира, чтобы учиться у лучших в индустрии, в Чехословакию.