"Инкубационный период жёлтой лихорадки"

Глава 1-1-4

4

Вечером следующего дня Марина, предварительно позвонив матери и сообщив, что она беременна, встретила ее, горячо обняв, как будто не видела ее очень давно. Радость и счастье переполняли ее душу. Окрыленной и парящей над землей, ощущала она себя уже второй день. Какие бы радостные и трогательные события ни случались в ее жизни, то, что накануне ей сообщили после ультразвукового исследования, всплеском безграничного позитива преобразило все вокруг. Она хотела, но и суеверно боялась, поделиться этой радостью с близкими. Удержаться, чтобы не рассказать матери, она не смогла, и та расплакалась в трубку, когда дочь обрадовала ее.

Глаза Оксаны Сергеевны весело светились. Она не меньше была рада за дочь, чем та за себя. Игорь вышел из комнаты и сухо поздоровался с ней. Она, выпустив Марину из объятий, не меняясь в лице, поздравила Игоря, а затем их обоих. Игорь, слегка улыбнувшись, поблагодарил ее, в очередной раз испытав неприятное ощущение, когда смотрел на следы угревой сыпи на ее щеках, и, опустив голову, молча прошел рядом с женой и тещей, исчезнув в другой комнате.

- Пойдем на кухню, – предложила Марина матери, на что та согласилась и пошла мыть руки. – Мам, ты чай или кофе?

- Чай, – громко ответила та из ванной на окрик дочери.

Оксана Сергеевна энергично зашла на кухню и присела за стол.

- Ой, доченька, к чаю-то ничего и не взяла, – округлила она от неожиданности глаза.

- Да ладно, мам, все есть, – ответила та, продолжая искать что-то в навесных ящиках у противоположной стены.

- Так спешила, что про все на свете забыла, – тяжело отдышалась та.

- Мам, я тебе говорю, все в порядке, – не меняя позы, ответила Марина и, закрыв шкаф, повернулась к матери. – Я же тебя не за тем позвала, чтобы ты к чаю что-нибудь купила.

- И то правда. Ну и хорошо.

- Ты, вижу, снова обесцветилась, – Марина залила горячей водой пакетики чая.

- Да, седых уже слишком много стало видно.

- А я вот тут думала подстричься… – начало было задумчиво Марина.

- Что ты! – сразу отмахнулась мать, отчего Марина не стала добавлять, что налысо. – Тебе так хорошо. Не то что у меня, короткие совсем.

- А ты почему не отрастишь? – достала Марина пакетик из своей кружки.

- Не хочу, – опять отмахнулась Оксана Сергеевна, сделав лицо недовольным. – С такими проще. Ты не ждешь, когда заварится?

- Ну да, – Марина притронулась к ручке кружки. – Вода подкрасилась, и ладно.

- Как Игорь, рад?

- Да, – сухо ответила Марина, поджав губы.

- Ой, я помню, когда твой отец узнал, что я беременна, призадумался, серьезным сразу стал и выдохнул лишь только: «Хорошо», – засияла глазами Оксана Сергеевна, явно погрузившись в прошлое и не обращая внимания на дочь.

- Он что, не рад был? – спокойно заинтересовалась Марина.

- Да нет. Видимо, просто оценил, что его ждет. Но когда уж ты родилась, счастлив был… не передать, – все так же, улыбаясь и смотря куда-то в сторону, продолжала мать.

На кухню заглянул Игорь, быстро сказал, что он уходит по делам и будет, скорее всего, лишь к ночи. Марина, повернув голову в его сторону, спокойно ответила: «Хорошо», устремив взгляд куда-то за него. Игорь постоял еще немного в прихожей, собираясь, видимо, что-то еще сказать, но не стал и вышел.

- Может, хоть сейчас образумится? Как-никак отцом станет.

- Я думаю, вряд ли, – теперь уже Марина, смотря куда-то в бок, ответила матери и через мгновение спохватилась. – В смысле, что образумится.

- Не понимаю я этого, до сих пор не понимаю, – Оксана Сергеевна еле заметно замотала головой. – Взрослый мужик, у тебя уже ребенок будет, а все как не знаю кто… то тут, то там. Ты вот-вот в декрет выйдешь, а он что, так и будет? Как жить будете, не представляю.

- Проживем как-нибудь, если только занимать под бешеные проценты не будет, – строго ответила Марина.

- Как занимать? Он что, у кого-то в долг взял? Много? – мать выглядела обеспокоенной.

- Прилично, – усталость тут же отразилась на лице Марины.

- Сколько? Когда он тебе сказал? – обеспокоенность переросла в тревогу.

- Вчера… – Марина выдержала паузу и, не сдержавшись, блеснула в уголках глаз капельками бессилия, – после приема.

- Ну, ну, доченька, – мать встала из-за стола, подошла к дочери и обняла ее. – Ну что за человек? Сумма-то хоть большая?

- Да, – всхлипнула Марина и, высвободившись из объятий матери, встала из-за стола и подошла к окну, скрестив руки на груди.

Вечер за окном предвещал ненастье. Ветер усиливался, заволакивая небо тяжелыми от испарений, набухающими облаками, от чего деревья, кусты и трава быстро теряли яркость красок, оборачиваясь в темные тона. Через какое-то время налившиеся влагой небеса должны будут обрушиться водопадом на улицы города, сначала прибив, а потом и смыв за несколько дней накопившуюся в раскаленном воздухе пыль. Марина смотрела через стекло и знала, что после этого воздух станет чище и свежее, и дышать будет легче. Но именно в сам момент этой разрядки природы, дошедшей до накала от нескольких знойных дней, ей не хотелось оставаться одной дома, тем более после того как муж ее расстроил.