Инквизитор не всегда прав

Глава 24.

Всё произошло так быстро, что Роуз не успела даже пискнуть. Сильным ударом паладин вогнал меч между каменных плит пола рядом с Айви, и яркая вспышка света залила помещение. В ней утонули не только цвета, но и звуки. Оглушённая колдунья зажмурилась.

Тишина.

Она слышала только своё дыхание. А потом до её слуха донёсся слабый звук шагов. Девушка рискнула осторожно приоткрыть веки. В ярком свете, всё ещё заливавшем пространство, она увидела сияющую фигуру паладина. Он поднял с пола Айви Лич и на руках унёс из комнаты.

Ощущения вернулись постепенно. Сначала цвета, потом голоса. Присутствующие тихо переговаривались, поглядывая на меч в полу. Никто не решался его трогать. Никто не знал, где Варрен и куда исчезла глава целителей. Следы скверны, успевший растечься по полу чёрными пятнами, тоже исчезли. А на Роуз просто не обращали внимание.

Воспользовавшись общим безразличием к своей персоне, она тихонько выскользнула из зала и побежала к кабинету наставника. Вспомнив всё, что рассказывала ей Агнес, она была уверена, что найдёт паладина именно там. И не ошиблась.

Герхард Раух впустил Роуз без лишних вопросов, как свою. В маленькой комнатке, находившейся за кабинетом, куда дверь обычно была заперта, стояла кровать. И сейчас на ней без сознания лежала Айви Лич. Паладин сидел рядом и обматывал руки пострадавшей бинтами. На маленьком прикроватном столике был пузырёк с жидкостью, в которой Варрен смачивал повязки, прежде чем наложить их.

– Как ты нас нашла? – спросил он коротко, лишь бросив беглый взгляд на девушку.

– Догадалась, – сухо ответила она. – Твой меч остался там и…

– Его пока нельзя трогать. Никому, – проговорил Варрен, не прекращая своего дела. – Как и Айви. Скверна почти отступила, но прикасаться ещё опасно.

– А как же ты? – нахмурилась она и вынуждена была посторониться, потому что в комнатушку мимо неё стал протискиваться брат Раух с новым пузырьком жидкости.

– А мне не страшно. Я иммунен.

– Так бывает? – удивилась Роуз.

Паладин кивнул, и она догадалась, что дело в его метке и проклятии, о котором Варрен ей рассказывал. Или, по крайней мере, всё это связанные между собой факты, о которых он в данный момент не хочет распространяться.

– А что ты сделал с мечом?

– Очищение. Ещё одно проявление Всполоха. Только куда более сильное, чем... – он запнулся и посмотрел на Роуз.

– Чем обычно? – подсказала она, уловив его намёк на их совместное купание в храмовой ванне.

– Да. Поэтому опасное. Он может быть смертелен для поражённого скверной человека. Но выбора не было. Айви умирала, – паладин цедил слова неохотно.

– Я пыталась помочь ей.

– Как? – внезапно вклинился в диалог Герхард Раух.

– Водой. Я… – начала было Роуз, но Варрен перебил её.

– Вода не лечит.

– Но…

– Это просто вода, – упорно повторил он, не глядя на девушку. – Нужен ещё эликсир, брат Герхард.

Старый целитель кивнул и вышел из комнатки. Он был рядом, всего в нескольких шагах от них, копался на полках шкафа, поэтому мог бы слышать всё, что говорилось. Паладин сделал подзывающий жест рукой.

– Придержи бинт, но не касайся кожи, – сказал он.

Роуз встала рядом с ним. Было тесно, и ей пришлось чуть ли не коснуться плечом паладина, чтобы выполнить его просьбу. И когда она оказалась около него, Варрен вдруг приблизился так, что его губа едва ли не коснулись её уха.

– Ничего не говори сейчас, прошу, – едва различимо произнёс он и добавил в голос, отстранившись, – вот так, спасибо.

По словам брата Герхарда, Айви теперт просто спала. Она была бледной, но признаков скверны больше не наблюдалось. Только кожа рук пострадала, и требовалось время, чтобы раны зажили. Убедившись, что с главой целителей всё в полном порядке, Варрен и Роуз покинули кабинет Герхарда Рауха.

Паладин предложил спутнице пройтись, и они отправились в один из внутренних двориков, засаженных цветами и деревьями. Тихий безлюдный уголок, который до этого дня колдунья даже не замечала. Таких мест было много в замке, поэтому каждый разведать она ещё не успела.

Сев рядом на лавочку, они погрузились в молчание. Паладин облокотился о колени и смотрел себе под ноги. Роуз с удовольствием подставила лицо солнцу, которое так удачно выглянуло именно теперь.

– Инквизиция – это западня, – вдруг обронил он тихо. Девушка насторожилась и посмотрела на собеседника. – Живым уже не выбраться отсюда, если попал. И поверь, они выпьют все соки. Поэтому я хочу, чтобы ты ушла.

– Что? – удивилась она. – Я не ослышалась?

– Ты не сможешь сбежать или скрыться. Не сейчас. Единственный способ, сама знаешь какой. И сама понимаешь, что нужно сделать, чтобы беспрепятственно вернуться обратно. Это твой шанс, Роузи.

У неё едва не открылся рот от такого ласкового обращения. Она во все глаза смотрела на паладина, и он, чуть повернув голову, искоса взглянул на неё. Улыбнулся, поджав губы.

– Ты мне нравишься, – продолжал он тихо. – У тебя талант. Большой талант, который нельзя похоронить. Тебе нужно вернуться, как можно скорее. И я готов помочь тебе в этом. Поэтому, пожалуйста, не воспринимай моё предложение на счёт нашего сотрудничества, как принуждение или попытку тобой воспользоваться.

– Я не... – начала она и осеклась, понимая, что собирается врать. Ведь именно так она до настоящего момента и думала о происходящем. – Я не понимаю. Почему именно я?

– Симпатия? – он пожал плечами. – Или что-то ещё? Как ты сама думаешь?

– Разве паладины способны что-то испытывать?

– А разве нет? – усмехнулся Варрен и покачал головой. – Ты даже не представляешь, что на самом деле творится в Инквизиции.

– Так расскажи, – попросила она и коснулась его плеча.