Инквизитор под прикрытием

Глава 16

— Интересно, — задумчиво пробормотал Дефоссе, и движения его рук замедлились.

Он не торопился развеивать созданий антимагией. Теперь он разглядывал их с научным любопытством, как что-то доселе неизвестное, не числящееся в классификациях, но и не вызывающее удивления.

Ева поневоле разглядывала тоже. Благо они не нападали. Под легким воздействием антимагии они едва шевелились и стали заторможенными, будто кто-то поставил их на замедленное воспроизведение.

Бледные, в синеву, небритые физиономии. Потрепанные спортивные штаны и куртки с характерными полосками по бокам (в такой мороз!) Голодный блеск глаз. Подвывающий голос, выводящий «тоскуют пацанчики!», из портативной колонки…

Еще одни вампиры. Да что ж такое!

— Вообще-то обычно у нас такого не водится, — сказала Ева.

— Знаю. Обычно — и не должно, — туманно ответил Дефоссе.

Под аккомпанемент замедленной антимагией музыки он провел руками вниз в простом узоре уничтожения. Впрочем, в антимагии не было узоров. Только этот жест — раскрытой ладонью сверху вниз, будто стирая из реальности все, созданное магией…

«Пацанчики» остались на месте.

Дефоссе, казалось, это не удивило.

— Вот как, — пробормотал он. — Закономерно…

Он еще несколько раз повторил свой антимагический пасс. «Пацанчики» как будто потемнели, стали прозрачнее, сливаясь с беззвездной февральской ночью. Они уже не шевелились, музыка превратилась в сплошное замедленное гудение и стала еле слышной, точно доносилась с огромного расстояния. Дефоссе обернулся.

— Ну что, Ева, — весело сказал он, — готова сыграть с районом в прятки?

— Ты что, не можешь их развеять? — Нет, она решительно не понимала этого веселья. — А в чем дело? Магические твари уже сильнее инквизиции? Вы что, не справляетесь с Большой Охотой?! Вот я так и знала!

— Это не совсем обычные твари…

«Как ты достал со своим «не совсем», — подумала Ева.

— Они ведь представились, — продолжил Дефоссе. — Район. Они и есть район. Это уже близко к душе города, а ее простой антимагией не убьешь.

Район? Вот эти — душа района? Так, что ли, получается?

Но почему они такие… такие!

Ева ненадолго потеряла дар речи, а потом с новым интересом воззрилась на «пацанчиков».

Ну да, здание ковена стояло не в центре. Кругом было полно складов, нежилых площадей, обветшавших домов, квартиры в которых мало кто хотел покупать. Сквер, опять же, неподалеку, а в сквере — подозрительные личности, которые в любое время года восседали там на чудом уцелевших скамейках, распивая пиво или что-то покрепче. Но чтобы олицетворением района оказались такие карикатурные гопники?

— По-моему, тебе что-то не то кажется, — буркнула Ева.

— Давай будем спорить в другом месте. Здесь и сейчас я не могу провести ритуал, чтобы их развеять, — чуть раздраженно ответил Дефоссе. — Возвращаемся в ковен, к ловушкам они нас не пропустят. Только другой дорогой. Пусть поищут. Иначе, боюсь, они решат, что мы проиграли им в прятки.

— И что тогда будет? — Ева покосилась на «пацанчиков». Музыка в их колонке ускорилась, а тела стремительно обретали плоть.

— Понятия не имею, что чувствуют люди, которых съедает район, — уже весело ответил Дефоссе.

Настроения у него менялись порой калейдоскопически. Но ни одно не влияло на привычный образ действий. Так что он совсем не игриво схватил Еву за локоть и нырнул в ближайший проход между глухой стеной старой хрущевки и полуразваленным забором, который торчал здесь непонятно зачем. За забором росли редкие деревья, а в стороне начинались склады.

Снег за спиной скрипел все ближе.

Дефоссе обернулся и бросил в ту сторону еще один антимагический импульс. Поскрипывание прекратилось. Здесь, между складами, почти не было сугробов и ледяной корки. Дефоссе кивком указал направление. Второго приглашения Еве не требовалось. Она побежала.

Свой район она знала хорошо. Особенно после того, как позапрошлым летом какие-то новые, сотканные из невыносимой жары твари решили напасть на ковен, были наголову разбиты, а потом долго прятались по углам в этом самом районе, нападая на местных жителей. И ведьмам приходилось то патрулировать его, то устраивать обходы, заглядывая в каждую трещину.

Если свернуть направо, а потом протиснуться вон в ту щель между гаражами, будет большой продуктовый склад. А на складе — старик Василий Матвеич, сторож и кладовщик в одном лице. С ним Ева успела подружиться, пока искала тварей. В маленькой бытовке сторожа так уютно было пить чай с плюшками и прятаться летом от жары, а зимой от холода. Он не очень-то верил в выдуманную байку о поиске наркоторговцев, которой ведьмы прикрывались от смертных, но ничего не сказал. У него имелось свое мнение обо всем на свете, и часто Еве не хотелось уходить, не расспросив, что он думает о том или ином нашумевшем событии.

А за складом — еще одна подворотня, и короткая дорожка к ковену, к той его стороне, которая выходила окнами на унылый угол… Ева на полной скорости пронеслась мимо складского здания… и остановилась, заметив что-то не то.

Дефоссе окликнул ее. Она не слушала.

У больших складских ворот, скорчившись, лежал человек. Его фигура казалась крошечной на фоне массивного здания, терялась в снежной круговерти. Но ярко-желтая кепка виделась даже сейчас.

Старая кепка с логотипом подсолнечного масла, которую Василий Матвеич не снимал ни зимой, ни летом!

Ева бросилась к нему. Старик не двигался, подтянув колени к груди. Лицо было бледным до синевы. Складские ворота оказались не запертыми — в щелочку просачивалась полоска тусклого света.

— Помогите затащить его внутрь! — бросила Ева, оборачиваясь к Дефоссе. — Я не могу поднять его магией!

— Зачем? — Иногда Дефоссе умел непревзойденно изображать дурака.

— Может, затем, чтобы человек не замерз здесь? — возмутилась Ева.

— Это не человек, по всей видимости, — задумчиво произнес Дефоссе, опускаясь рядом со стариком на корточки.