Инквизитор-Сноходец

Акт II "Инквизитор за работой"

      – Проваливай отсюда, нечисть! – заорал на меня рослый мужчина в рыцарских доспехах.

      Его голову защищал шлем с торчащими в разные стороны перьями, а в руках он держал длинное копье. Угрожая и выкрикивая разнообразные скабрезности, страж сна защищал мирных жителей, вымышленного города, который существовал во снах Софи. Я поначалу не мог понять, каким образом это создание могло говорить, ибо у него не было лица. Помимо этого, весь окружающий меня мир состоял из черного и белого цветов и гаммы серых тонов. 

      – Кто бы мог подумать, что за столько лет брожения по человеческим снам, я попаду в подобное безликое царство. Софи, ты меня приятно удивила! – я высказал мысли вслух. 

      Снова мои уста исказили слова и из них вылетели неразборчивые стоны, которые сильно напугали окружающих безликих людей. 

      – Я тебя не боюсь! – серый рыцарь встал в атакующую стойку и начал делать выпады. 

      Мне этот тип сразу не понравился, а его копье едва не проткнуло меня насквозь.

      – Не мешай, смерд! – разозлился я и снял со своего пояса клинок.

      На его ржавом зазубренном лезвии находились пятна засохшей крови, оставшиеся от предыдущих сражений. Мне лениво было мыть лезвие после каждой битвы. Как только я тратил практически весь свой сон на чистку и заточку оружия, то на следующую ночь ко мне обязательно наведывались твари из соседних кошмаров. Вся кропотливая работа шла насмарку.

Ловко уклонившись от очередной атаки стража, я схватил древко копья свободной рукой и резко дернул на себя. Незадачливый противник крепко держал свое оружие, поэтому последовал за ним ко мне. Дурак, совершенно не умеешь сражаться.

      – Получай! – закричал я и обрушил на голову врага свой клинок.

      Лезвие звонко ударилось о шлем рыцаря и, вместо того, чтобы отскочить от него в сторону, оно разрезало металл, подобно куску масла. Моей силе в мире снов могли позавидовать многие силачи. Зазубренный клинок продолжил свое погружение, разрубив на две половинки голову смельчака и добрался до туловища. Во все стороны полетели брызги черной крови, окропившие меня с ног до головы. Почуяв запах еды, мои наросты тут же пробудились и зашевелились. Они жадно начали слизывать капельки живительной влаги, содержащей в себе эфир.

      Эфир – основа всего, из него рождались сны. Люди могли производить его с помощью чувств, как положительных, так и отрицательных. Кошмары же нуждались в его постоянном поглощении, они жили за счет него, дышали. Для простоты, можно провести аналогию с хищниками и травоядными, где люди выступали в роли беззащитных овечек, а кошмары в роли серых волков. Я всегда задавался вопросом, кто я,простой хищник или что-то большее? Но ответ на этот вопрос мог дать только тот, кто проклял меня. Да, именно проклял, я не считал свою силу “даром”.

      Ощутив вкус крови серого рыцаря, мой разум затуманился. Я давно не ел эфира, а мое тело сильно истощилось без него. Каждый раз мне приходилось сражаться с собой, чтобы устоять перед соблазном превратиться в безумную машину смерти, но сегодня мне не хотелось этого делать. Я поддался искушению, отключил свой разум и доверился инстинктам охотника. Мои челюсти разомкнулись, показав два ряда остроконечных зубов, и из глотки вырвался душераздирающий вопль. Накинувшись на поверженного врага, я вонзил зубы в его доспехи. Прокусив их, я начал жевать, поглощать его плоть. Мои наросты тоже захотели насладиться жертвой, внедрились в нее и высасывали драгоценную кровь. 

      Крики окружающих людей только подстегнули меня к поиску новой добычи. Мне нравилось загонять людей в угол, затем смотреть на них, а их мольбы не могли меня остановить. Я рвал тела своими когтями на куски, запихивал мясо в чрево и продолжал кусать, жевать и глотать. В подобные моменты я мало чем отличался от кошмаров, но мне было плевать на моральные ценности человечества. В мире снов действовали другие законы, и я не мог пойти против них. Многие сноходцы умирали от голода, оставаясь верны своим призрачным идеалам. Дураки! Как будто люди не занимались каннибализмом, они делали это ради забавы, на потеху богам…

      Когда я очнулся, то находился посреди бело-черного города, в окружении кучи изуродованных трупов. Я их убил и ощущал тяжесть внутри себя. Вы думаете, я страдал из-за содеянного. Чёрта с два! Меня ужасало мое безразличие ко всему этому, ни малейших эмоций, ни единого чувства. Мое тело, получив достаточно пищи, успокоилось и занялось конвертацией эфира Софи в энергию, пригодную для меня. С помощью нее я мог существовать, поддерживать в мире снов свой оплот и сражаться с кошмарами. 

      Осмотревшись, я понял, что город представлял собой пустые коробки с голыми стенами и полами, лишенные убранства, вещей личного пользования. Ничего не было! Как люди вообще могли здесь жить, чем занимались? Мне хотелось поскорее найти Софи, узнать, что она за человек и получить ответы. Закончив осмотр опустевшего города, пришла очередь заняться одиноким замком, который находился вдалеке на высокой горе. Туда вела извилистая дорога, уходившая в дремучие леса, немного напоминавшая мне ту, которая окружала “Зеленую Долину”. 

      – Только не это! – воскликнул я, когда с неба начали падать холодные капли дождя.

      Натянув на свое обезображенное лицо капюшон, я отправился в путь. Дорога петляла между серыми деревьями, кроны которых издавали шуршащие звуки, но при этом совершенно не двигались. Этот мир изумлял меня своим своеобразием, как и тем, что обычно свет исходил от солнца, а его здесь не было.

      Мой правый глаз предупредил меня о возмущении эфира. В километре от меня находилась засада, устроенная не стражами сна и не кошмарами. Черная энергия могла принадлежать только поборникам зла, верным слугам дьявола. Остановившись в нескольких метрах перед засадой, я огляделся. В лесу с обеих сторон от дороги спряталось несколько искаженных тьмой кошмаров. Николас точно умер бы от страха, если увидел их. Двухметровые создания, облаченные в черные костюмы и длинные цилиндры в стиле могильщиков, притаились за стволами вековых дубов. На их спинах висели гробы, обтянутые цепями и закрытые на амбарные замки. Через дыры из гробов вылезали изуродованные конечности. Они казались безжизненными, мертвецки синюшными. Из многочисленных ран по всему телу тварей вытекала алая кровь. Капля за каплей, она падала на землю. Головы кошмаров со страдальческими выражениями лиц пронизывали многочисленные гвозди. Если хорошенько присмотреться, то твари немного подгнили, а в глубине ран копошились белые черви.

      Они думали, что я и их не видел, как же мне нравилось ощущать себя хищником, а не жертвой. Взяв в руки два зазубренных клинка, я сошел с дороги и углубился в лес. Огибая деревья с неподвижными кронами, я зашел к первой группе врагов с тыла. Они продолжали стоять на своих местах, а их спины с гробами беззащитно смотрели на меня. 

      На моем животе находился второй рот. Он послушно открылся, показав бездонную пропасть, унизанную со всех сторон шипами-зубами. Вдруг, из глубины наружу вылетел конец ржавой цепи с крюком, словно там находилась лебедка. Мои мечи имели на рукоятках прорезь, специально сделанную для этого крюка. Прикрепив левый клинок к цепи, я хорошенько замахнулся и швырнул его с нечеловеческой силой в ближайшего врага. Цепь послушно полетела вдаль за оружием. Когда лезвие пробило заднюю крышку гроба и вошло в спину двухметровой твари, цепь натянулась.

      Искаженный кошмар, наверное, и не понял, что с ним произошло. Когда он издал глухой вопль от подлого удара клинком, его повалило на спину и что-то потащило назад. Кошмар барахтался и сопротивлялся, но все было тщетно. Момент и его голову затянуло в бездонную пропасть, стены которой начали смыкаться и кромсать, давить и жевать его. Мое тело подобно змее заглатывало кошмар и пожирало, а я морщился от неприятного вкуса этой жертвы.

      – Ну и гадость! – скорчил я гримасу. – Тьфу, ты хоть помылся бы!

      Другие твари осознали, что один из их товарищей пропал, поэтому неторопливо отправились на его поиски. Меня поражал их примитивный интеллект, уровня булыжника, они только и могли махать руками и кричать.


      – Наконец, вы обнаружили меня! – обрадовался я и не удержался от смеха.

      За это время мой второй рот дожевал кошмара и полностью сомкнулся. Немного позднее он издал оглушительную отрыжку и выплюнул мой клинок. Да так удачно, что, описав дугу, он вонзился в живот идущего на меня врага. В обычной ситуации тварь бы не обратила на него внимание, но так как лезвие оружия покрывал едкий сок моей утробы, она завопила и попыталась вытащить его из себя.

      – В твои мечтах, нечисть! – вырвалось из меня.

      Меня забавляли попытки кошмара вытащить из себя зазубренный клинок, ведь только я мог прикасаться к его рукоятке. Оставив беднягу на десерт, я перевел взгляд на следующего противника. Тот приготовился совершить удар здоровенной лопатой с заточенным штыком. Взмах, затем еще один удар по дуге, я ловко уклонился от всех его атак. Двухметровая махина не могла быстро двигаться, делая из себя легкую добычу для более юрких охотников, то есть для меня.

      Я попрыгал вокруг него до тех пор, пока не смог разбить цепи на его спине и не скинуть с него гроб. Теперь спина кошмара была открыта, и я совершил удар в уязвимое место. Меч прорезал плоть и вонзился в позвоночник твари, вызвав у нее жгучую боль. Я мог слушать вопли этой нечисти часами, подпитывая себя черной энергией и конвертируя ее в свою, но к моему разочарованию, враг оказался хлипким и пал быстрее, чем я ожидал.

      Вытащив меч и добив последнего, оставленного на десерт, я приготовился встретить оставшуюся группу проклятых кошмаров. Они неторопливо подошли ко мне и предприняли жалкие попытки одолеть меня. Ничего интересного, я разочаровался в них. Мне казалось, что раньше слуги тьмы были куда сильнее и коварнее. Возможно, за эти годы я стал сильнее, поэтому и искал более достойных противников.

      Разобравшись с нечистью, я продолжил свой путь в замок. По дороге я встретил еще пару засад, но я даже не стал тратить на них время. Просто пробегал вперед, оставив за собой неповоротливых и медлительных тварей. Они только и могли кричать мне вдогонку и стонать.

      – Попробуйте догоните меня, – хохотал я, убегая от них.

      Через час, а то и два, я смог добраться до стен замка. Они выглядели немного обшарпано, покрытые змеевидными трещинами и вьющимися растениями. Повсюду громоздились охранные вышки с защитными орудиями: тяжелыми арбалетами, чанами для горячего масла и баллистами. На флагштоках висели неподвижные флаги с изображением белой звезды на черном фоне. Странно, я ощущал здесь ветер, а тряпки с гербами не развевалась, но при этом издавали звуки. Что здесь вообще творится?!

      Я уперся в высокие ворота, закрытые на увесистый замок, а по обе стороны от них стояли великаны-стражи под четыре метра в рыцарских доспехах. Похоже Софи любила лживые истории про доблестных рыцарей. Только в книгах они выступали в роли защитников простого народа, а в действительности эти люди бесчинствовали и творили такие беззакония, что в страшных снах не могло присниться...

      – Вход воспрещен! – сказал один из них глухим голосом.

      – Пропустите меня или пострадаете, – я показал им свое изуродованное лицо с четырьмя глазами.

      – Вход воспрещен! – вновь повторил уже другой страж.

      – Тогда мне придется войти самому, – пожал я плечами и начал собирать внутри себя энергию.

      Я ощущал, как в меня вливался эфир из моего оплота. Он струился по моим сосудам, заставлял тело петь от радости. Мне стало так хорошо, а затем я издал оглушительный рев и освободил всю накопившуюся во мне силу. Раздался взрыв, от которого содрогнулись стены замка, казалось, и земля задрожала под ногами. Пламя поглотило меня, а затем и все в округе, разрушая и обращая материю в пепел.

      Когда я пришел в себя, то обнаружил вокруг только обожженную землю. Стражи, как и ворота со стенами, растворились, исчезли с глаз долой. Я улыбнулся:
       – А вы говорили, что вход воспрещен. Теперь он открыт.

      Я вошел во внутренний двор замка и осмотрелся. Снова ничего, мир Софи представлял собой пустые постройки без предметов, да и гамма серых оттенков казалась мне подозрительной. Неужели ее любящие родители издевались над ней? По ним не скажешь, что они избивали бедную девушку, так как тело ее пахло приятными ароматами и блестело в лучах света ламп.

      – Кто здесь? – раздался нежный голосок.

      Он принадлежал молодой особе с длинными светлыми волосами, распущенными до самой земли. Она вышла из центральных дверей, представ передо мной в сером платье с юбкой до колен. Босоногая, лишенная каких-либо украшений, девушка явно не принадлежала к богатому сословию. В отличии от других обитателей сна у нее было лицо с овальными, немного детскими, чертами. Пышные брови и длинные ресницы украшали полностью сомкнутые глаза. Прямой нос и небольшой ротик дополнял образ маленькой леди, ростом чуть выше полутора метров.

      – Так полагаю ты и есть Софи, – сказал я и облизал своим длинным языком нижние ряды зубов.