Инквизитор ведьме — не жених!

Глава 2. В темноте

Темнота окутывала, поглощала звуки и запахи. В ней не было ничего. Это одновременно пугало и успокаивало. Я стояла в ней, будто в толще воде, и унимала рвавшееся на части сердце. Вдох-выдох, вдох-выдох… Я сглотнула и приподняла голову.
Что мне теперь делать? И надо ли делать что-то вообще?
Вдруг сквозь тьму прорвался крошечный лучик света. Я подобрала подол длинного чёрного платья и заспешила на свет. Тотчас же в темноте раздался еле слышный шёпотом и шорохи. Тьма стала более плотной и вязкой. Но я шла вперёд, хотя и на секунду меня посетила мысль остаться здесь — где спокойно и безопасно, но я только мотнула головой.
Я уже пришла в себя и осознала, что это какая-то странная реальность. И если я останусь здесь, то просто растворюсь в этой силе. В этой кипучей мощи всеобъемлющей и беспощадной.
Огонёк оказался светом в окне. Я подбежала к нему и заглянула внутрь. Это была наша с Сашкой квартира. Все вещи были на своих местах. По спине побежали мурашки. Телевизор в углу пошёл рабью и из кресла, стоявшего спиной к окну, поднялась знакомая фигура. Я в страхе сделала шаг назад и бросилась в спасительную тьму, пока существо не обернулось.
Обняв себя руками, я шла, не останавливаясь, будто боясь, что прошлое меня сейчас нагонит. Вполне себе ощутимое материальное прошлое. Но что это? Сон? Реальность? Другой мир?..

Не знаю, что это было, но я не хотела возвращаться и проверять. Да, от вида привычных вещей и фотокарточек на стенах щемило сердце, но я чувствовала, что это шаг в никуда. В кукольную нереальную жизнь, где я стану куклой. Я не хотела в прошлое. И тем более в вечное прошлое, окутанное тьмой.
Утерев выступившие на глаза слёзы, я выдохнула и остановившись, вдруг улыбнулась. Я подняла голову, где должно было быть небо, и увидела, как тьма немного истончается и сереет.
«Я прощаю тебя. Я прощаю себя. Мы просто были не готовы к семье. Это был не наш путь, — я выдохнула и почувствовала, что слёз больше не осталось. Я снова искренне улыбнулась. — Желаю тебе удачи. А если я вернусь, то начну всё с чистого листа, как и ты. Всё будет хорошо».
Вдруг передо мной засияла ярко-оранжевая маленькая искорка. Я уставилась на неё и нерешительно склонила голову набок, разглядывая необычное явление. Искорка вдруг зашипела, будто капля воды на горячей сковородке и исчезла, а я вдруг почувствовала лёгкость во всём теле. Перед глазами проплывали образы хороших и плохих воспоминаний супружеской жизни, но я чувствовала только благодарность и счастье. Я будто посмотрела на всё происходившее со стороны и осознала, что всё ещё впереди, а я стала сильнее и увереннее в себе.
В темноте что-то загрохотало, будто где-то рядом началась гроза, но ни капли влаги я не почувствовала. Зато впереди клубы тьмы разошлись, и я увидела знакомую грубую лавку на которой очнулась в этом мире и факелы, мерцающие опасным магическим светом. Всё внутри сжалось и я попятившись снова захотела скрыться в спасительной тьме, но натолкнулась на что-то твёрдое. Резко обернувшись я увидела высокого человека в маске. Вскрик так и застрял в голове, а незнакомец, подхватив меня на руки, понёс в сторону тюрьмы. Я не могла толком не вздохнуть, ничего не сказать. Только беспомощно шевелила губами.
Незнакомец был весь в чёрном, а в прорезях тоже была тьма.
Наконец, удалось сказать жалобное «Отпустите», но мужчина не обратил на это никакого внимания. Он поставил меня возле прохладной стены и услышала звон кандалов, которые сомкнулись на моих запястьях.
Я неверяще смотрела на всё происходящее.

Нет, я же старалась ничем себя не выдать. Это всё не по-настоящему.
— Кто ты? — я смогла только шепнуть вопрос.
Вместо ответа мужчина стянул с себя маску, и я видела его — своего мучителя. Бежать было невозможно, поэтому я только застыла, стараясь разглядеть что-то человеческое в непроницаемых чёрных глазах.

Я не знала, что сказать, но чувствовала, что мы можем простоять так вечность, и попробовала потянуть руки из тяжёлых металлических браслетов. Они держали крепко, и я только трепыхнулась будто пойманная птица в силках.
— Отпусти, Илиан. Давай просто поговорим? — с каждым словом мне всё легче и легче получалось говорить. Тьма вокруг нас рассеивалась, хотя меня ещё немного пугало мрачное и сырое помещение. Если раньше мне казалось, что я брела где-то в небытие и была свободной, то теперь будто оказалась на самом дне глубокой ямы, из которой было не так просто выбраться. И мне казалось, что тьма, сомкнувшаяся над нами, никогда больше не разойдётся. Где-то вдалеке зашелестел дождь, ударясь каплями о влажную землю.
Мужчина ничего не сказал. Он медленно приподнял руки и обхватил ладонями моё лицо. Пальцы нежно прошлись по коже и обхватили шею. На секунду мне показалось, что сейчас он просто меня задушит. А потом мужчина стиснул мои плечи и наклонился, вышибая дух властным поцелуем.
Я потерялась. Дыхание перехватило, и сердце забилось с бешеной силой. В голове стучала набатом только одна мысль: «Как долго я этого ждала!». Я отдалась чувствам, полностью погружаясь в приятные ощущения и подчиняясь чужим движениям. Я вдыхала знакомый аромат строгого парфюма и таяла в объятьях инквизитора. Только когда я попыталась обнять его в ответ и цепи жалобно звякнули о каменную стену, я удивлённо распахнула глаза. Мужчина передо мной продолжал своё чёрное дело, а я окаменела. На нём не было перчаток! Испуганно сглотнув, я напряглась, и Илиан приподнялся и заглянул мне в глаза.
— Это не ты.
Мужчина стоял, не двигаясь, будто застывшая кукла, только в глазах клубилась тьма. Я горько улыбнулась:
— Я не твоя игрушка и никогда ей не буду.
Кандалы осыпались на пол серой пылью. Я приподняла руки, чтобы самой обхватить лицо инквизитора, но видение стало растворяться во тьме, а на моих пальцах засветились по одному из ниоткуда перстни: розовый, фиолетовый, жёлтый, зелёный, ярко-синий и других красивых цветов. По рукам заскользили ярко-золотистые вспышки превращаясь в браслеты и другие затейливые украшения.
— Вам не суждено быть вместе.
Шепотки тьмы слились в один голос и обрели звучание старческого голоса.
— Почему? — набралась я храбрости, задать вопрос. Я оглядывалась и не находила никого рядом с собой. Только непроглядную тьму, которая уже не казалась мне такой спасительной и послушной.
— Сама узнаешь, когда придёт время. Ворам веры нет.
— Илиан — вор? Что он украл?
В темноте раздались смешки, и я услышала снова перешёптывание невидимого многоголосья голосов.
Я застыла на месте не зная, что делать дальше. Против тьмы я была беспомощной.
- Чего ты хочешь?
Вдруг факелы погасли, и я оказалась в кромешной тьме. Закричать от ужаса мне не дали только перстни, сиявшие в темноте подобно маленьким солнышкам.
— Глупая, — проворчал старушечий голос совсем рядом. — Конечно, тебя.
Я обернулась на голос и вскрикнула от ужаса, закрываясь руками, исчезая в цветных лучах яркого света.