Иномирное путешествие землянки

Глава 20.

Проснулась я от крика петуха и ворчания Жоржа. Грызун ворвался в покои, огляделся и заявил:

- Хорошо устроилась, девка! А мне с бабусей на печи было тепло, - похвастался игольчатый.

- Вставай, подруга! Завтрак пора готовить, и вас ждут великие дела! Уже четыре часа! – скомандовал грызун, глядя в зеркало.

- Так рано? Еще немножко подремлю и встану, - пробормотала я, укрываясь подушкой.

- Я хочу есть! Поднимайся! – потянул кончик одеяла пастью вредный питомец.

- Брысь! Иди спать! Не буди народ! – прошипела я, отмахиваясь от Жоржа.

- А кто спит? Одна ты, лентяйка! Толиан дрова рубит! Ему на ногу уже два раза топор упал! Бабуся птицу кормить пошла! Я Кузьму погонял, а ты лежишь! – возмущался грызун.

- Как рубит? Он же не умеет! А если пораниться?

Вскочила с перины, сна ни в одном глазу. За окном начинался розовый рассвет. Свет отражался на морской глади, волны мягко покачивались.

«Красота неописуемая! Но нужно спасать иномирного аристократа! А то домой мужик вернется увечным после приключений в наших сказочных мирах!» - одеваясь, думала я.

Быстро выползла из печки и выбежала на крыльцо. И тут же замерла.

Перед домом, в одних чулках и бриджах, стоял спортивного телосложения герцог. У чурбака лежало несколько поленьев. Мужчина стоял прямо, расставив ноги на ширине плеч и крепко ухватив топор двумя руками. Иномирец поднял оружие над плечом и нанес резкий удар. Но колун, не встретившись с поленом, отскочил в полете и упал возле бабкиного кота Кузьмы. Усатый шкодник недовольно мяукнул и юркнул в кусты.

Расстроенный иномирец подобрал топор и, ссутулившись, поплелся к нетронутому полену. Тут герцог заметил меня и, выпрямив спину, уверенно направился к чурбаку. Но его лицо озарилось удивлением, когда мужчина увидел гору поленьев, волшебным образом появившихся от моего дара.

- Надо было сразу к тебе обратиться, Танюша! В наших академиях сыновей королей и герцогов такому не обучают. Больше как с мечом и шпагой, - грустно сообщил иномирный аристократ, собирая дрова и укладывая их в поленницу.

Я накрыла стол и позвала всех к завтраку. Дикобраз подтащил испуганного и упирающегося Кузьму, усадил на скамью и сам устроился рядом. Мы с Толианом наполнили миски животных едой.

Бабушка Потвора наслаждалась оладьями со сметаной и благодарила милорда за то, что он хорошо наколол дров. Теперь ей хватит топлива на всю зиму, а нас она будет добрым словом вспоминать. Толиан хмурился, но к концу трапезы признался хозяйке, что она незаслуженно его хвалит.

Бабуся подмигнула мне и ушла вглубь комнаты. Там знахарка открыла огромный сундук и попросила нас перебрать его и найти клубок. Сама же уселась у окна с веретеном и запела грустную песню, слов которой было не разобрать. Дикобраз с Кузей играли с яркими, шуршащими фантиками.

Мы с иномирцем начали разбирать вещи. В сундуке оказалось столько сокровищ, что глаза разбегались. Я достала сероватую ткань. Это оказалась мечта всех женщин – волшебная скатерть. Полотнище кормит хозяина: нужно развернуть её и произнести заветные слова, чтобы появились свежие и аппетитные блюда. После трапезы столовая тряпица сама себя убирает. Чудо! Дайте две!

- Вот, оказывается, куда домовёнок спрятал скатерть-самобранку. Я выстираю её, а то еда с прогорклым вкусом будет, - весело сказала бабушка, прижав находку к груди.

Под скатертью лежало что-то объемное, завернутое в холст. Толиан вытащил предмет и развернул. Это оказались гусли. Герцог провел длинными пальцами по струнам, и заиграла мелодичная музыка.

При первых аккордах Жорж, Кузьма и Бес встали на задние лапы и бросились в пляс. Питомцы кружились, двигали передними конечностями и мотали головой. Морды у зверей выражали непонимание и ужас, а лапы двигались вопреки хозяевам. Со стороны это было так смешно! Я захихикала, прижав ладонь ко рту. Толиан продолжал держать волшебный инструмент с улыбкой, а бабушка весело хлопала в ладоши и качала головой в такт музыке.

Не знаю, сколько бы танцы животных продолжались, пока Жорик не заорал:

- Эй ты, морда иномирная! Кончай концерт! Лапы уже отваливаются и башка кружится!

Бес поддержал друга заливистым лаем. Уши и хвост пса мелко дрожали, язык вывалился из пасти. Черный кот знахарки яростно мяукал и бросал недовольные взгляды желтых глаз на герцога, но продолжал ритмичные движения.

Хохоча, отобрала инструмент у Толиана и завернула в тряпицу. Звери встали на четыре лапы и поковыляли отдыхать, забившись по углам. Я налила воды в миски. Питомцы потянулись утолять жажду. Жоржик опустошил чашку и тут же уснул. У четвероногого друга от усталости иголки на спине поникли.

- Это гусли-самогуды! Они играют сами собой. Под их звуки непроизвольно танцуют животные, - объяснила бабушка Потвора, вновь принимаясь за работу.