Иномирянка в теле опозоренной. Фиктивный брак с бывшим

Пролог

Пробуждение обрушилось на Лиару резким, оглушающим грохотом.

Голоса. Крики.

Она открыла глаза, с трудом размыкая тяжелые веки. Комната была полна света, хотя в последних воспоминаниях присутствовал лишь вечерний сумрак и чаепитие со свекровью. Девушка инстинктивно села на скомканных, шелковых простынях, прижимая одеяло к… обнаженной груди. Стоп! Обнаженной?! Но… почему она без одежды?! Кто ее раздел?!

Сердце колотилось в груди, отдаваясь гулом в висках.

Рядом на кровати кто-то пошевелился, и тут двери спальни с грохотом распахнулись, а из-под одеяла выскочил испуганный мужчина. Вскрикнув, он соскочил на пол, сверкнув голой задницей. Это был не ее муж! Совершенно чужой, незнакомый мужчина с широко распахнутыми от паники глазами торопливо подхватил с ковра свою одежду, неуклюже натянул штаны и, даже не взглянув на Лиару, метнулся к распахнутому окну.

Второй этаж, но густая крона раскидистого дерева росла почти вплотную к каменной стене особняка. Мужчина ловко перемахнул через подоконник и с треском рухнул в ветви.

— Держите его! Стража! — истошно завизжала свекровь, бросаясь к окну, но беглец оказался на редкость проворным. Он проломился сквозь листву, мягко спрыгнул на землю и мгновенно растворился в пышной зелени утреннего сада, пропав из виду.

Лиара, тяжело дыша, медленно сместила округлившиеся от ужаса глаза на изножье кровати, возле которого стояла её новая семья. Семья мужа.

Свекор, Артур де Роун, возвышался над ней, растерянный и раздавленный. Его широкие плечи опустились, лицо побледнело, а в глазах плескалась боль человека, увидевшего грязь в собственном доме. Брак Лиары и Лиссана состоялся только потому, что Артур и Бертран, отцы семейств, были давними друзьями. Они искренне желали, чтобы их семьи породнились. Артуру было невыносимо больно видеть дочь лучшего друга в кровати с другим мужчиной.

Рядом с ним стояла Иветта, ее свекровь. Она качала головой, часто и глубоко дыша, словно ей не хватало воздуха от открывшегося ужаса. И Изельда — их дочь. На ее красивом, кукольном личике играла едкая, довольная улыбка.

Лиара открыла рот, силясь произнести хоть слово. Мысли метались, как испуганные бабочки. Всего три дня назад она вошла в эту семью. Брак был выгоден обеим сторонам, и Лиара не противилась воле родителей, тем более что ее супруг, Лиссан, был благородным и красивым мужчиной. Правда, его должность в Министерстве расследований требовала постоянного присутствия на службе. Он приехал на собственную свадьбу, нежно и бережно исполнил супружеский долг, а на рассвете, едва поцеловав ее, уплыл с миссией в другую империю.

Лиара осталась без него в этом огромном доме. И вот теперь…

— Как ты посмела?! — резкий, звенящий голос свекрови разрезал тишину, заставив девушку вздрогнуть. — В моем доме! В постели моего сына! Артур, а я ведь тебе говорила, что она не подходит нашему Лиссану! С виду скромная и воспитанная, а на деле — дешевка!

— Матушка… я… ничего не помню… — голос Лиары сорвался на жалкий, дрожащий шепот.

Артур нахмурил густые брови. В его глазах вдруг мелькнуло отчетливое сомнение. Он знал Бертрана, знал, как тот воспитывал свою дочь, и просто не мог поверить в столь откровенную, глупую низость.

— Что произошло? — тяжело пробасил свекор, пытаясь разобраться. Он с сомнением посмотрел на невестку. — Лиара, объяснись! Кто этот человек? Почему он в вашей с Лиссаном супружеской кровати?

— О чем с ней разговаривать, Артур?! — взвизгнула Иветта, перебивая мужа. — Неужели ты сам не видел мужчину, который только что сиганул в окно?! Посмотри на нее, она же совершенно без одежды! Какие тебе еще нужны доказательства и объяснения?! Это несмываемый позор! Развод! Срочно! Вот Адель никогда бы так не поступила! — свекровь картинно прижала руки к груди, где мерцала нить жемчуга. — Девочка из прекрасной семьи, скромница, умница! Но нет, вы с Бертраном уперлись в свою дружбу! И что теперь?! Я не потерплю эту мерзавку в нашем роду ни минуты больше!

Свекор тяжело вздохнул, закрывая лицо рукой. Сомнения разбивались о неопровержимые, грязные факты, увиденные собственными глазами, и истерику жены. Он больше не смотрел на Лиару, словно одно ее присутствие пачкало его.

— Запереть ее в покоях, — его голос прозвучал глухо, даже немного болезненно. — Срочно готовьте бумаги на развод.

Следующие несколько часов стали для Лиары пыткой. Запертая в своей комнате, она сползла на пол у кровати, захлебываясь горькими слезами. Ревела, сжимая кулаки и умоляя богов о помощи, пока внизу, в кабинете свекра, дожидались человека из Храма, чтобы документально подтвердить развод. Когда лязгнул замок, ей просто бросили дорожную накидку и приказали убираться. Как какой-то прокаженной.

Она пыталась объяснить, но слушать ее никто не стал. Да и, если разобраться, объяснять ей толком было нечего, ведь Лиара ничего не помнила.

Девушка покидала особняк де Роунов с опущенной головой, сжимая дрожащими пальцами ткань плаща. Ее провожали насмешливые взгляды слуг. Позор. Несмываемое пятно.

Дорога казалась бесконечным, мучительным сном. В груди давило так, что дышать было сложно. Когда карета остановилась у знакомых ворот отчего дома, у нее уже не осталось сил. Родители, Бертран и Селестина де Виенн, выбежали на крыльцо, едва экипаж замер. Они кинулись к дочери, осыпая вопросами, обнимая, пытаясь заглянуть в ее потухшие глаза. Они не понимали, что могло случиться за три коротких дня ее брака. Но служанка, сопровождавшая Лиару из дома мужа, молча протянула Бертрану плотный конверт. Официальное уведомление.

Отец сломал сургуч. Его глаза пробежали по строчкам, и лицо мгновенно побледнело, а губы задрожали.

— Распутница… поймана на измене… — прошептал он.

Родители замерли в шоке.

Лиара стояла на ступенях родного дома. Она чувствовала, как сильно сжимается сердце, отдаваясь острой, невыносимой болью под ребрами. Девушка, воспитанная в строгих правилах, не смогла вынести этого публичного, грязного унижения. Мир вокруг покачнулся. Голова закружилась, звуки голосов родителей слились в глухой, встревоженный гул. Земля ушла из-под ног, и Лиара погрузилась в спасительную, как ей казалось, темноту, теряя сознание. Теряя саму себя.