Инстинкт хищника

X

Несмотря на значительные повреждения, функционал костюма еще продолжал работать даже после того, как носитель отключился. В аварийном режиме в тело ввелись последние дозы стимулятора и тонизирующего коктейля. На дисплее поспешно высветился отсчет о повреждениях и принятых мерах. Пока сознание командира приходило в норму, его костюм уже в автоматическом режиме отправил сигнал на базу о критических повреждениях.

За голографическими метками затуманенный взор бойца разглядел покореженный летун. Машина зарылась носом в ледник. Один из двигателей вместе с крылом безнадежно разодрало. Его обломки валялись в округе под пугливой дымкой. Второй движок еще сохранился и сейчас жалобно подвывал, пытаясь продолжать работу. Очевидно, в этом ему мешали сломанные лопасти или поврежденное нутро, от чего устройство только гудело, то включаясь, то выключаясь.

Как только системы жизнеобеспечения брони изжили себя, подняв уровень боеготовности командира до максимальных 40%, воин поспешил подняться. Оружие нашлось неподалеку. Первым делом, 1613 схватил его. А затем медленно переместился к союзнику. Двадцать третий так же постепенно приходил в себя. Однако даже беглый осмотр выявил серьезные повреждения верхней части его брони.

- ST-1623, отчет о состоянии, - запросил командир, протягивая бойцу руку.

Вместе с тем он уже получал данные от костюма боевого товарища. Показатели были вполне удовлетворительные.

- В порядке, - с отдышкой отчитался боец. – Скоро вернусь в строй.

- Не сомневаюсь, - буркнул 1613. – Выбора у тебя нет.

- Ну и ну! Кхф-кхф! Какая посредственность… - донесся до бойцов знакомый голос.

Командир мигом обернулся к челноку. Задымленное нутро машины освещала дерганная голограмма генерала Наар-Киза. Судя по всему, передатчик и визуализатор все еще работали, хоть и со сбоями. Почти наверняка, генерал отследил сообщение о критическом состоянии отряда. И теперь установил личный канал связи сам, чтобы все проверить.

- SP-1613, - прокряхтел ученый. – Что у вас случилось, кхф-кхф?

- Нападение на транспортный челнок, генерал, - 1613 двинулся ближе к изломанному изображению Корвеносца. – Ваш Объект, похоже, очень не хочет нас отпускать.

- «Мой Объект», да? Кхм-кхм, - в словах киборга прозвучала усмешка. – Не хочет. Конечно. Капризная девчонка. Умная к тому же. Я предупреждал. Не стоило ее недооценивать. Думали вы охотитесь за ней? Кхф-кхф! Это вы стали ее добычей, как только вас назначили на это задание.

- Мы прекрасно осознаем наше положение, генерал, - 1613 спокойно завел руки за спину. Одновременно с этим он дал приказ Двадцать третьему занять оборонительную позицию. – И продолжим выполнение своей задачи. Будем действовать, исходя из всех доступных нам ресурсов и возможностей.

- Это - единственное, что вам остается, - с долей безразличия махнул рукой Корвеносец. – Я отправляю вам еще один челнок. Кхм-кхм. Он прибудет по указанным координатам, через час. Это ваша последняя возможность выбраться отсюда. НЕ пренебрегайте ей. И не злите Химеру. Моя девочка очень… чувствительна.

- Подтверждаю, - спокойно согласился 1613.

Голограмма внимательно взглянула на командира. Дерганное изображение дрогнуло еще несколько раз, пока глаза генерала неотрывно сверлили взглядом шлем 1613. И затем связь прервалась. Зеленоватый свет снова вернул нутро машины во власть мрака. Тем не менее, командир не спешил отворачиваться от бесполезного десантного отсека.

- Что будем делать, командир? – подал голос 1623. – Вы не сказали генералу о том, что мы собираемся закончить первоочередную миссию. Или планы снова изменились?

- Ему не стоит знать деталей, - ответил 1613. – Корвеносцы – сила, способная изменить любые условия и привычные схемы. Нам лучше не иметь такого врага. Захвати сигнал SN-1617. Отправляемся за ним. У нас есть час, чтобы восстановить целостность отряда, захватить Химеру и покинуть этот мир на челноке генерала.

Бойцы быстро экипировали сохранившееся вооружение. В путь выдвинулись сразу. Построенный маршрут петлял между ледяными скалами. То и дело он пересекался с дорожкой из обломков челнока. Двигаться по неровному ландшафту было неудобно даже в костюмах. Но броня хотя бы помогала не выбиваться из сил. Под тяжелыми ступнями постоянно трещали осколки льда, обломки челнока и промерзшие камни.

Встроенный биорадар в костюме 1623 работал без остановки. Надежды на него особо не было. За всю миссию он не помог ни разу. Химере каким-то образом удавалось избегать обнаружения сенсорами и подобными радарами. Но боевые программы и боевой опыт не позволял отряду пренебрегать такой мерой. В конце концов, никто не гарантировал, что кроме Химеры не обнаружится еще одного опасного противника.

Добраться до места падения Семнадцатого удалось менее, чем за пол часа. Все это время командир посылал в костюм бойца запросы об отчете. Броня отвечала о работающем функционале, но о здоровье носителя информации по какой-то причине отослать не могла.

Поэтому, когда сенсоры 1613 отметили костюм солдата в ледяной пещере, лидер остановился. Его товарищ лежал среди глыб льда на спине. Воин был совершенно неподвижен. Вокруг царствовал полумрак. Лишь синие лучи далекого солнца пробивались через пробоину в своде пещеры. Они едва освещали заледеневшие железные конструкции в стенах. Среди них виднелись старые подпорки для стен, складской сборник для тележек и шахта грузового лифта. Мобильная платформа застыла на уровне земли.

1613 еще раз провел диагностику. Нейро-имплант Семнадцатого то же не откликался ни на какие запросы, хотя его регистрация в системе все еще была активна. Это означало, что боец, как минимум жив.

Солдаты застыли на краю пещеры, вглядываясь в неподвижное тело соратника. Двадцать третий нервно дернулся. Было видно, что боец излишне переживал за товарища.