Инстинкт свободы

Глава 19

Глава 19. Благодарность

Май, 1537г.

Я убил его, убил и с наслаждением смотрел, как голубоватый огонь пожирает корчащееся в муках тело. Ничего прекраснее не приходилось видеть: пламя соскользнуло с кончиков пальцев и перекинулось на Сагаха. Глупец даже защититься не успел. Хотя, что он может, когда все тело горит, а глаза застилает едкий дым.

Смешной старик! Сам не раз говорил о моей небывалой силе. Так зачем провоцировать? Неразумно. Однако благодаря ему, я постиг тайну огня. Больше никакой крови и унижения от собственной зависимости - лишь безграничное могущество, струящееся по телу.

Наверное, стоило сказать ему спасибо за самопожертвование. Поздно. Моя месть - еще ближе, и никто не помешает ее исполнить.

***

Надо узнать, как люди зарабатывают деньги: я намереваюсь купить волшебную картину. Еще не до конца ясны ее функции, но одно понятно точно - это удивительная вещь. Тот, кто ее придумал - гений. Он умудрился уместить в тонкой рамке целый театр с актерами, реквизитом и музыкальными инструментами. Воистину, так реализовать свою идею, дано не каждому.

Я восторженно вглядывалась в развернувшееся передо мной представление. Все поражало масштабами: обилие людей, фантастические декорации, сложнейшие костюмы и грим. Другой мир приоткрыл двери, позволяя окунуться в него с головой. Эмоции захлестнули меня. Хотелось смотреть и смотреть, не отрываясь от удивительных образов.

В какой-то момент происходящее настолько сильно овладело сознанием, что я не сразу заметила, как Нэйт вошел в комнату и сел рядом.

- Ты долго отсутствовал, - прошептала я, стараясь не упустить ни единой реплики героев.

- Пришлось зайти домой, - также тихо ответил он. - Отец интересовался моим ранним уходом.

- Он знает про меня?

На самом деле, этот вопрос не был столь важен. Родственники-терры вызывали меньше всего опасений, ведь армия злобных монстров практически подобралась к городу и собиралась его атаковать.

- Нет, - фыркнул Нэйт, - я же не идиот. Сказал, что Барту срочно понадобилась помощь. У него иногда происходят экстренные ситуации в самое неподходящее время. Отец привык.

Я многозначительно промычала. В картине завязалась нешуточная борьба. Люди, монстры - все смешалось в огромный комок из сплетенных тел. Звон металла шумел в ушах, а крики умирающих отдавались в груди. Чудовищная жестокость ради господства единственного владыки - осознание этого повергало в трепет. Если человек придумал нечто подобное, значит, ему не чужда безжалостность к другим. Может, в современном мире быть таким - норма?

- Пойдем, прогуляемся, - парень тронул меня за руку, пытаясь отвлечь от повергающего в ужас действия.

С одной стороны, очень хотелось уйти и не видеть крови, струящейся из павших тел, не слышать душераздирающих стонов. С другой - была в истории и светлая грань, заставляющая переживать вместе с героями.

- Не могу. Надо узнать, доберутся ли они до горы.

- Да, - Нэйт встал с кровати и направился к двери.

- Постой, - я не двигалась с места. - Нельзя ли поподробнее?

Терр вздохнул:

- Они будут долго идти, чудом вырвутся из лап врагов и доберутся до заветной цели. Все живы, счастливы и празднуют победу.

- В твоем изложении сюжет не выглядит привлекательным.

Желание смотреть дальше пропало. Из него отвратительный рассказчик. В подобном умении с ним сравнится лишь Хьюго, обычно его описание книги помещается в одну фразу, состоящую максимум из десяти слов. Он говорит: нет смысла пускаться в долгие рассуждения. Нужно передать суть.

- Барт, - Нэйт постарался перекричать гремящую музыку, - я забираю Мэл!

- Вы еще вернетесь? - в нашу сторону не повернулись.

- Вряд ли.

- Тогда созвонимся, - Барт махнул рукой и вновь погрузился в волшебный мир, совершенно позабыв о нас.

- Прошу, - Нэйт открыл дверь, пропуская меня вперед.

Я позвала питомца. Хорек, словно ожидая сигнала, резво соскочил с подушки и запрыгнул мне на плечо.

- Тебе лучше спрятаться.

Совет прозвучал для фидо как гром среди ясного неба. Он недовольно фыркнул и с самым несчастным видом нырнул под куртку. Его тихое ворчание можно было услышать даже сквозь густой меховой воротник.

- Он всегда такой послушный? - ехидно осведомился юноша.

- Только когда играет на публику, - заметила я.

К сожалению, подопечный слишком самостоятельный и, не стесняясь, высказывает свое мнение. Возможно, это ошибка в воспитании, или он и раньше был таким бунтарем. Кто знает? Сейчас уже сложно судить и поздно что-либо менять.

Хьюго часто говорил о моей некомпетентности, как хозяйки. Я до сих пор помню его знаменитую фразу: «Процесс воспитания невозможен без организованности, а организованность ты должна проявлять в первую очередь к себе». Ничего более скучного не приходилось слышать. Порой складывалось впечатление, что бывший алтерн состоит из одного тотального самоконтроля и ужасающего педантства. Тем не менее, я скучала по его холодной рассудительности.