Институт эмоций. Второй семестр.

14. Стефан.

Помещение было разделено на две части легкой ажурной перегородкой, украшенной миниатюрными подвесками в форме рогаликов, вафель, чайничков и тарелочек. Когда кто-то проходил мимо, подвески задорно перезванивались, наполняя душу легкостью. В первой комнате вдоль стен были расставлены деревянные стеллажи, где на вощеной бумаге был разложен ароматный, еще теплый хлеб нескольких видов. Нашлось здесь место и пышным караваям, и ореховому хлебу, и хрустящим багетам и даже хлебу с тертыми ракушками (кто только решится такое есть, непонятно). В этой части зала люди не задерживались, брали, что им нужно, расплачивались и спешили каждый по своим делам.

Во второй комнате было расставлено шесть круглых столиков со стеклянными двойными столешницами: под стеклом были выложены из цветных камушков узоры, как в калейдоскопе. А стулья были разномастными: венские деревянные с изящно округлыми спинками, другие – с точеными ножками и сиденьями, обтянутыми чуть потертым малиновым бархатом, были даже кресла в чехле из цветных лоскутов.

Графинов, наполненных кофейными зернами, статуэток, картинок и прочих безделушек было ровно столько, чтобы вызвать желание задержаться и придать залу уюта, без вычурности и чрезмерности. Там же, в витрине, словно изящные украшения, красовались под стеклянными колпаками пирожные, крошечные кексы, круассаны и торты. Пахло свежемолотым кофе и ванилью. Улыбчивая девушка, в которой Стефан признал одну из домочадцев Евы, ставила на стойку чашки с кофе, которые посетители сами разбирали.

В вечер знакомства Стефану было не до того, чтобы увидеть, что дом Евы традиционно включает в себя не только жилую часть, но и магазин. Пекарня, видимо, располагалась в задней части дома, потому что когда открывалась дверь за прилавком, до посетителей доносились шум и манящие запахи. Стефан взял кофе, шоколадный рулет и устроился за свободным столиком, то и дело поглядывая на дверь. Вскоре его надежды оправдались, и в зале появилась Ева, вытирая руки о белоснежный с вышивкой фартук. Ее длинные волосы были надежно скручены в тугой узел, лишь на висках чуть вились непокорные завитки.

Стефан поспешно перевел глаза на окно, за которым сновали прохожие, радуясь долгожданному затишью и солнышку. Он не хотел, чтобы Ева поняла, что он ее ждал. Пусть сама его увидит и если уж решит подойти, он сочтет это добрым знаком. Стефан услышал, как Ева дала распоряжения девушке-продавщице, потом стала приветствовать посетителей, подсаживаясь к каждому за столик и уделяя на разговор примерно равное количество минут. Добрая традиция хозяев маленьких кофеен!

Поэтому, когда она остановилась у его столика, Стефан вскочил и поспешно отодвинул для нее стул. Ему почудилось, что Ева взглянула на него несколько удивленно, но присела, тепло улыбнувшись:

- Вижу, вы воспользовались моим приглашением! Я рада! Как вам выпечка?

- Восхитительно! Впрочем, я это понял еще за ужином у вас дома. Вы – кулинарный гений.

Ева покачала головой:

- Вы мне льстите. Легко быть мастером, когда рецептура отработана годами. Мое изобретение лишь одно – пурпурный хлеб. Остальное – заслуга тети.

- Тети?

- Ну, да, Ирмы, - пояснила Ева.

- Я думал, это ваша мама, вы так похожи.

- Что неудивительно: моя мать и Ирма – близняшки. Но внешность – единственное, чем они схожи. В остальном же… Ирма – приверженец традиций, такая мама-наседка для всех, кто попадет под ее крыло. А мама – искательница приключений.

- Необычно, - осторожно заметил Стефан.

Ева махнула рукой:

- Ладно, если вы надолго к нам, то все равно узнаете, сдамся сразу. Моя мать – Инга Заремская, отец, соответственно, Тадеуш Заремский, ну а вместе…

- Современная Одиссея Заремских? – сообразил Стефан. – Самое популярное визорное шоу про путешествия, которое много лет держит рейтинг? Так они – ваши родители?

- Да, плюс они – местные звезды и обладатели собственного городского праздника. Вы видели «Старую таверну» в порту?

- Нет, если честно, до порта я пока не добрался.

- Ее держит мой дядя по отцовской линии, много лет он работал оператором на их «Единороге», пока в результате несчастного случая не потерял руку. Теперь в таверне он устроил настоящий музей шоу: все стены увешаны фотографиями со съемок, а в зале много раритетных находок из их путешествий. Так вот, каждый год, когда родители возвращаются из очередного вояжа, в их честь городские власти устраивают на берегу праздник.

- Слушайте, это очень круто! Должно быть, у вас было увлекательное детство!

Ему показалось, или на лицо Евы набежала легкая тень? Она вдруг поднялась, сказала мягко:

- Простите, Стефан, я не планировала вести беседы, так много дел еще… Вы не обидитесь, если мы продолжим разговор в следующий раз?

- Конечно! – Стефан тоже поднялся, - я просто подумал…

- Что?

- Что подсаживаться к клиентам – это своеобразная традиция, вот и воспользовался. Я же видел, как вы…

Ева чуть нахмурилась, потом рассмеялась: