Инструкция к мужчине 2. Как выйти из френд зоны

Глава 15

До следующей пятницы (до выставки) я держалась в стороне от друзей и Никиты. Я придумывала разные поводы не ходить на кофе вечером, отказывалась от подвозки Никиты, постоянно приезжая на своём автомобиле, и свою занятость объясняла необходимостью помочь своей старенькой бабушке.

Говоря откровенно, я каждый вечер посещала свою бабушку, ведь она немного приболела, но ежедневный визит был явно излишним. Это меня не останавливало. Я приезжала регулярно. Мы играли в карты, смотрели сериалы, ужинали вместе. Я хандрила, но рядом с бабушкой мне удавалось скрыть своё внутреннее волнение.

В какой-то момент я даже хотела отказаться от поездки с Никитой на выставку, понимая, что нам нужно будет провести вместе больше часа в машине, и казалось, что уже достаточно событий произошло, чтобы разорвать мой замкнутый круг пыток. Но в итоге я убедила себя в необходимости поехать, объясняя своё решение данным обещанием. Довод был слабенький. Кто мне Женя? Но этого хватило, чтобы моя совесть заснула.

В пятницу после работы Никита заехал за мной. В его жизни ничего не поменялось: та же добрая улыбка, приветливый взгляд, ласковые слова, будто заведённая пластинка. Он действительно считал себя моим другом, или это самообман? Своего рода развлечение? У меня не было ответа на эти вопросы.

Мы слушали музыку, за окном барабанил дождь, в салоне было тепло. Запах духов Никиты окутал меня. Лучший расклад! Но я просто друг. Фу!

Разговор крутился вокруг офиса, общих тем, абсолютно неинтересных, но я говорила по инерции. Я не думала, что эти отношения зайдут в такой глухой угол, просто тупик.

По дороге я умудрилась задремать. Это было лучшее решение, чтобы не разговаривать. Я проснулась, когда мы въезжали в город. Никита аккуратно коснулся моего плеча, и я открыла глаза.

Мы остановились возле ларька, и Никита взял мне кофе. Я взбодрилась и теперь была готова идти на выставку. Я поправила макияж, накинула пальто, и мы с Никитой вышли на улицу. Дождь перестал идти, но дул прохладный ветер. Мы быстро проскочили до красивого здания и скрылись там.

Внутри было тепло, ярко и очень оживлённо. Уже собралось много народу. Мы сдали верхнюю одежду и тоже присоединились к посетителям, рассматривающим фотографии. Я поздоровалась с Женей. Он тихо сказал, что здесь не будет Игоря, и я с благодарной улыбкой кивнула.

- Ты выспалась? – шепнул мне на ухо Никита с такой милой улыбкой, что даже я улыбнулась.

- Я немного вымоталась.

- Я заметил. По вечерам постоянно занята, - неоднозначно проговорил Никита. Я сделала вид, что внимательно рассматриваю портрет женщины в чёрно-белых тонах. Следующий кадр заставил биться моё сердце сильнее. В красивой рамке была большая чёрно-белая фотография, на которой была запечатлена девушка спиной. Длинные волосы развивались, лёгкое платье вторило, создавая красивую композицию.

- Очень красивая фотография, - снова шёпот Никиты, аж мурашки побежали по спине.

- Хочу себе этот шедевр, - протянула я.

- Я узнаю тебя даже со спины, на обнажённом плече необычная родинка, - Никита вгонял мне в краску, я боялась нормально вдохнуть, - когда Женя тебя фотографировал?

Я кинула взгляд на него, пытаясь продемонстрировать свою уверенность, но коленки мои подрагивали.

- Это было летом. Спонтанное предложение и моё необдуманное согласие, - объяснила я.

- Очень удачно! – повторил Никита.

- Вероника – модель на этой фотографии? – послышался знакомый голос. Мы с Никитой обернулись, встречаясь взглядом с до боли знакомой парой - Максимом и Евой. Почему она? Я только начинала таить.

- Да, получилось здорово, - снова похвалил меня Никита. Максим в упор смотрел на меня. Его взгляд был таким живым и любознательным, что очень меняло выражение его лица. Я задержала взгляд на дольше, чем это было положено рамками приличия.

- Фотография – динамичная, - прокомментировала Ева, - но это скорее работа фотографа, чем модели. Показать спину – не большая сложность.

Куда там мне до профессионала! Никто не стал продолжать заданной Евой тон разговора. Критика хороша, когда уместна.

Никита поцеловал её в щёку. Позиции резко поменялись. Никита теперь стоял возле Евы и обнимал её за талию. Я вдруг осталась одна и чётко это ощутила. Максим продолжал находиться возле Евы. Я не сразу поняла, как мы теперь будем смотреть выставку, но надеялась на правильный исход нашего квадрата.

- Какой сюрприз! – тихо говорил Никита, но мы всё слышали, - я не знал, что ты здесь будешь.

Я чувствовала себя третьей лишней, думаю, Максим имел те же эмоции, но тщательно скрывал это.

- У меня получилось вырваться, я знала, что ты здесь будешь, и когда услышала, что Максим планирует заехать сюда, то решила составить ему компанию, понимая, что я встречу тебя здесь, - прощебетала Ева. У меня скулы свело от её голоса. Как мне теперь пережить этот вечер и эту компанию?

Мы немного побродили по галереи, и в конце концов разошлись. Я не заметила, как осталась одна. Вечер становился ещё грустнее. Максим тоже не спешил присоединяться ко мне. Я не видела его даже рядом. И как мне теперь вести себя? В ожидании пока парочка налюбуется друг другом, я выучу все фотографии на память!

В моём поле зрения появился Максим. Он постепенно приближался ко мне, но очень медленно, рассматривая фотографии скрупулезно. Я сократила между нами расстояние, было слишком грустно в одиночку наслаждаться искусством.

- Фотографии продаются? – загадочно спросил Максим.

- Я думаю, это можно устроить. А тебе что-то приглянулось?

- Возможно, - Максим не стал уточнять.

- Где Никита и Ева? – спросила я то, что меня больше всего интересовало.

- В соседнем крыле. Они не выделись несколько дней. Им приятно быть вместе, тот период, когда ловишь каждое мгновение, - беспристрастным тоном говорил Максим. Мне не понравилась его речь.

- Ева могла договориться об этой встрече. Нам всем почти по тридцать, пора забывать про ванильный период, - бросила я, почти веря в свои слова. Всем нравятся красивые отношения, но я была готова перепрыгнуть этот период и сразу съехаться с Никитой для построения нормальной семьи. Сколько можно любезничать? Но меня он даже не видел сейчас. Рядом была Ева.