Интернат теней. Это случится в полночь

Глава 1

Как только машина остановилась, мама повернулась и погладила меня по голове. Папа просто смотрел в зеркало с таким видом, как будто не мог дождаться, когда я уже уберусь. На самом деле они были моими приемными родителями. Я никогда не понимала, зачем они взяли меня из детского дома. Особой любви между нами никогда не было. Но я все равно не ожидала, что они выпнут меня из дома буквально на следующий день после совершеннолетия.

— Настюш, ну, посмотри какая красота! — мама перегнулась через меня, чтобы посмотреть на здание.

Оно и правда было красивым. Особенно в свете заходящего солнца. Закрытый интернат для элиты. Так они его назвали, положив передо мной пару недель назад документы о зачислении. Я натянуто улыбнулась и вылезла из машины. К нам уже торопился человек в темно-синей форме. Он достал из багажника чемодан и недоуменно посмотрел на меня.

— А остальное?

— У меня один, — пожала я плечами.

Колеса семейного авто захрустели по гравию. Никаких слезных прощаний и наставлений. Я подняла голову, рассматривая трехэтажное здание. По центру были высокие стрельчатые окна, которые придавали ему немного готический вид.

Удивительно, но мне не удалось найти никакой информации об этом интернате. Никаких хештегов в нельзяграме, ничего. Как будто этой «Дубравы» и вовсе не существовало. Мама сказала, что мне предстоит пройти годовую программу подготовки в международные вузы. Якобы после нее все университеты «Лиги плюща» будут драться за меня.

Мой сводный брат должен поступить сюда через год. Хорошо, что мы с ним здесь не пересечемся. Со Стасом я никогда не ладила. Вернее, он со мной. Постоянно называл меня Приемышем и всячески травил. Родители делали вид, что ничего не замечают.

— Вот сюда, пожалуйста, — мужчина показал мне на дверь, а сам скрылся за углом с моим чемоданом.

Я тихонько постучала и толкнула дверь.

— Здравствуйте.

Мужчина поднял голову и показал рукой на стул.

— Проходите. Анастасия Громова?

— Угу. — я смущенно поправила на плече рюкзак.

Не так я себе представляла директора интерната. Мне казалось, он должен быть старше и не таким… красивым. Его светлые волосы были уложены в стильную прическу, а костюм явно стоил целое состояние.

На вид мужчине было лет сорок. Наверняка тут за ним все девчонки бегали. Как только эта мысль пришла в голову, я смущенно опустила взгляд. Не хватало еще, чтобы он подумал, будто я пялюсь на него.

— Меня зовут Константин Георгиевич. Я директор интерната. По всем вопросам, не связанным с учебным процессом — ко мне. По учебе — к Светлане Леонидовне. С ней вы познакомитесь позже.

Я молча кивала, пока мужчина объяснял правила поведения. Здание интерната после отбоя не покидать, за территорию не выходить, в подвал не спускаться. Подвал? Мои брови удивленно поползли вверх.

— В комнате ничего не переставлять и не выкидывать.

— Э-эм, — я растерянно открыла рот, — л-ладно.

Какие-то странные у них тут правила. А как же алкоголь, курение, половые связи? Это все можно? Ничего из этого я, конечно, не пробовала, но разве студенты не этим грешат?

— Расписание занятий вы найдете на планшете в своей комнате. Вот ключ.

Директор протянул мне длинный ключ с гравировкой. Я потянулась к нему, задела случайно пальцами мужскую ладонь и вздрогнула. Ключ упал на стол.

— Простите, — пробормотала я смущенно, забирая его и выскакивая из кабинета.

Только оказавшись в коридоре, я поняла, что не знаю, куда идти. Вспомнила, что мужчина с чемоданом повернул за угол, и пошла туда. За углом оказалась лестница на второй этаж. Я с опаской посмотрела наверх. На стенах тускло горели светильники, а в конце лестницы было и вовсе темно.

Я поставила ногу на первую ступеньку и огляделась. Никого. И тишина такая, словно я одна в этом огромном здании. Стало совсем не по себе.

— Так, ладно, — встряхнулась я и начала подниматься.

Уже на самом верху я поняла, что свет все же горит, просто чуть дальше по коридору. Судя по всему, этой лестницей пользовался только персонал. Преодолев темный участок, я посмотрела на цифры, выгравированные на ключе. 22.

Где-то в глубине здания послышались чужие голоса и смех. Я облегченно выдохнула. Значит, я иду в правильном направлении.

— Привет!

Подпрыгнув от страха, я резко развернулась. За моей спиной стояла девушка. Заметив мою реакцию, она весело рассмеялась и протянула мне руку:

— Я Милана. Ты новенькая? Видела тебя из окна.

— Привет, ага. Я Настя.

— Ты в этом году одна.

Я нахмурилась.

— То есть в этом году никто, кроме меня, сюда не поступил?

— Неа, — она засунула руки в карманы облегающих штанов и пошла по коридору. — Заведение не из дешевых, сама понимаешь.

Вообще-то, я ничего не понимала. Место это было какое-то странное. Находится в глуши, никто про него ничего не знает. Директор как будто с обложки модного журнала сошел.

— Какая у тебя комната? — Милана вытянула ладошку, и я отдала ей ключ.

Увидев гравировку, она остановилась и присвистнула.

— Одиночка?

— Что это значит?

Она как-то грустно усмехнулась.

— Значит, что тебе выделили отдельную комнату.

— А разве не у всех так?

Она тряхнула головой и пошла дальше.

— Нет, почти у всех есть сосед.

Еще одна странность. Если это такое дорогое заведение, неужели они не могут каждому ученику выделить комнату?

— А что не так с одиночными?

Мы дошли до конца коридора, а потом повернули. Прошли еще немного и снова повернули. Милана остановилась у единственной в этом закутке двери с табличкой «22».

— Не хочу тебя пугать, но девушки, которые жили в одиночных комнатах, часто исчезали еще до конца учебного года.

— В смысле исчезали?

— Ну вот так, — она развела руками, — в один день не приходили на занятия, и больше их никто не видел. Цербер, конечно, говорит, что они просто отчислились, но кто ему верит?