Интернатура, или сильнодействующее средство

Часть 7. Новенький.

Однажды ко мне на занятия ЛФК пришёл очень привлекательный молодой человек. Он был из подросткового отделения, и звался Женя. Ему было около девятнадцати лет, но  выглядел парень старше своих лет и вид имел уверенный, но  незадиристый, как у большинства подростков.

Новенький пришёл в тот момент, когда меня потянуло потанцевать, я показывала парные танцевальные упражнения. Он лихо встал со мной в пару, видимо чувствовал себя уверенно с женским полом.  Крепко и непринуждённо обнял за талию, и выбраться из этих объятий было невозможно, да и не хотелось. Меня окутал большой, мягко-упругий, тёплый золотистый шар энергии.

Я почувствовала эйфорию и подъём на волны влюблённого настроения. Во время танца мы не обменялись ни словом, лишь улыбками и, может быть, узнаванием влюблённого отношения к жизни, людям и кому-то особенно близкому. Ну, во всяком случае, я попала на такое состояние, которое уже испытывала в своей жизни.

С тех пор Женя приходил часто, обычно с невысоким скромным пареньком, который не привлекал к себе внимания и создавал контраст уверенным манерам Жени. Его уверенность, как я поняла, шла из умения располагать к себе людей, и мой новый знакомый это понимал.

 Независимое поведение, как и у других подростков, у Жени тоже присутствовало, но больше было интереса и восхищения. Мы занимались с ним  йогой, танцами, иногда я показывала удары из восточных единоборств. Несмотря на то, что вокруг было много других людей,   часто возникало чувство, что мы с ним вдвоём.

Я конечно рассмотрела его получше: высокий, крепкого телосложения, со светлыми волосами, подстриженными ёжиком. Но в его облике и манерах мягкости было больше чем у меня, особенно в лице, слегка округлом, и в светлых, тёплых, лучистых глазах тоже.

Однако во взгляде мелькала серьёзность, и вёл он себя не по годам рассудительно.  В свои юные годы Женя успел уже поработать, на шахте. А так в отделении он всё время что-то ремонтировал по просьбе медперсонала, и вокруг него постоянно собирались другие подростки.

Иногда я видела возле него уже знакомую мне по ЛФК голубоглазую Брюнетку. Если детей нельзя было водить за территорию тубдиспансера, то подростки ходили, где хотели. Я часто видела их на Покровском рынке, куда ходила за продуктами.

И Женю как-то раз встретила там с Брюнеткой, она к нему сильно «липла». Женя смущался и называл её «горюшко моё». Я тоже смутилась, хотя и пыталась спрятать это за невозмутимостью. Мы обменялись приветствиями,  смущением, и разошлись.

На занятия ЛФК Женя появлялся без неё. А она вообще перестала ходить вместе со своими подругами Близняшками. Но я была не в обиде, общение с Женей компенсировало  все мои усилия по проведению занятий.

Возможно, я боялась столкнуться с ревностью и не расспрашивала Женю о его жизни в подростковом отделении тубдиспансера, а больше рассказывала о себе, точнее, о своих увлечениях. Я даже рассказывала про Учителя, который играл такую большую роль в моей жизни. Чего я раньше не делала в разговорах с мужчинами, которые мне нравились.

Нельзя сказать, чтобы Женя меня в этом понимал. Но критикой, осуждением и даже насмешками он не занимался, слушал спокойно и с любопытством. А мне, видимо,  пришло время говорить.