Интриги другого мира

Глава 1

Этот день истлевал под песни и пляски роскошной свадьбы.

Вардарий в сотый раз окинул взглядом праздничные столы, которые ломились от угощений. Лучше бы эти деньги пошли в казну, на нужды страны, чем были бы просто прожраны лордами, съехавшимися со всех её уголков. И так у многих брюхо висит над поясом, угрожая перетянуть незадачливого хозяина в грязь. Кронпринц жутковато усмехнулся, представляя эту картину, но это было единственное, что он мог сделать.

Как-никак свадьба первого наследника престола не могла быть не грандиозной. Вардарий даже не сомневался, что за пределами сада подобные же столы накрыли всевозможные сановники, чиновники, жрецы, монахи, слуги, крестьяне, горожане... Все эти напыщенные пионы, томные розы, юные нарциссы и астры, проживающие в стране. Даже последняя дворняга сегодня получит сахарную кость в честь праздника.

Кто бы Вардарию дал такую кость.

Солнца уже не было видно с площади, лишь его багровые отблески катились по небу. Светило словно цеплялось за последние мгновения, оттягивая ту минуту, когда на землю ляжет полог ночной темноты. Минуту, когда, согласно обычаю, жених и невеста наконец-то увидят друг друга.

Вардарийне был солидарен с солнцем. Более того – истово желал, чтобы оно скорее уже закатилось. Однако это нетерпение было вовсе не трепетным волнением молодожёна, сгорающего от любви. Всё было куда прозаичнее – жених в течении целого дня пере свадьбой не мог ни есть, ни пить, ни присесть, только стоять как болван и ждать, когда же спустится наречённая. День же сегодня был очень жаркий, а прошлую ночь Вардарий был занят бумагами так, что вспомнил о сне только перед рассветом.

Небо, наконец-то, начало темнеть.

- Что, не терпится? – довольно ухнул над ухом голос лорда Кортвиля и в тот же миг на плечо упала его тяжёлая ладонь, - сам, помню, стоял целый день ради своей астры, как привязанный!

Вардарий дёрнулся, но не от страха, а от раздражения – надо же было так сильно уйти в свои мысли, чтобы не заметить приближения этакого борова. Дядя всегда был немного туповат, но за то очень радушен. Раньше Вардария это радовало, но сейчас он чувствовал лишь глухое раздражение. В прочем раздражало его сейчас почти всё.

Видимо заметив красные искры в глазах племянника, лорд понял свою ошибку и поспешил ретироваться. Так-то. Никому не хочется связываться со жрецом Праотца.

- Хотел бы узнать, зачем ты пугаешь моего отца, но не буду, - раздался рядом чуть насмешливый, знакомый голос. Верный друг, товарищ с детских лет, Дарэн знал Вардария как никто другой, - Вард, скоро всё закончится и сможешь наконец-то напиться с горя. Ну, или наесться от счастья.

В карих глазах друга заплясали золотистые огоньки, оповещая, что уже зажгли огни в чашах с маслом. Значит, ночь всё ближе. В противовес желанию поскорее убраться с опостылевшего места, эта мысль вызвала у Вардария отвращение.

- Кончится только для тебя и для остальных. Мне придётся жить в этом кошмаре ещё много лет.

- В кошмаре? Может, ты хотел сказать С?

- Я сказал то, что сказал, - кронпринц был не расположен шутить.

Друг молча кивнул, принимая это.

- Жаль, что предсказание не сбылось.

Повисло тягостное молчание. Вардарий тихо выдохнул, отведя взгляд. А, что он мог сказать? Да, жаль. Хоть он и не романтик.

- Не посыпай ожог углями. И так тошно.

- Да, но, ведь, Мадина никогда не ошибалась, я думал... – он замолчал. Слова были излишни, - Удачи, мой принц. Но я всё же приберёг тебе бочонок огненной.

А вот это было очень кстати. Вардарий даже слабо ухмыльнулся, провожая Дарэна взглядом. Однако, порыв ветра всколыхнул его седые волосы, на мгновение застилая обзор. Именно поэтому он пропустил тот миг, когда всё-таки распахнулись резные двери. В тот же миг, раздался всеобщий вздох. Жрецы огня тут же начали напевать молитву...

Ну, наконец-то.

Вереонсиния плыла по ступеням, точно облако по горному хребту – изящно и прекрасно. Но в отличие от бесстрастной природы, девушка точно знала свою красоту. Огонь в чашах заставлял сиять её алое платье, обтянувшее хрупкую фигуру. Бусы из чёрного жемчуга обхватывали шею и спускались ниже плотно укрытой тканью груди, чуть покачиваясь при шагах. Тёмные волосы убраны на затылке в хитроумную причёску с рубиновыми цветами шпилек. Черный пояс на талии, развевался полупрозрачными крыльями от движения. Вардарию не нужно было даже заглядывать невесте за спину, чтобы представить себе вырез, опускающийся до самой поясницы.

Его невеста была подобна живому пламени, танцующему между углей костра. Кронпринц глядел в её лицо. Чуть выбеленное, смуглое лицо, с призывно приоткрытыми губами. Глаза, как два бездонных озера в безлунную ночь... Глядел... И ничего не чувствовал.

Наверное, потому что знал, что скрывается под этой красотой.

- Надеялась, что вы сдохните в канаве подобно шелудивому псу, мой принц, а не придёте сюда, - тихо, даже не шевеля губами, произнесла наречённая, стоило ей спуститься к нему.

Изобразив что-то вроде улыбки, Вардарий взял невесту за руку.

Их помолвили, когда кронпринцу было десять. Вереонсиния едва только успела родиться, а он уже понял, что радостные дни его жизни кончились. Потому что королева Клатвир настояла на браке. Потому что именно она занялась воспитанием будущей жены престолонаследника, стоило той только научиться говорить. Точнее, невоспитанием. О дурном нраве Вереонсинии знали в столице и всех окрестных землях. Но королеве всегда удавалось прикрыть свою фаворитку от гнева короля. Потому-то сейчас, вместо того чтобы заниматься внешней политикой, Вардарий изображал улыбку и надеялся, что никто, увидев её, не сдохнет.

- Заткнись и шагай, - он повёл её по усыпанной мерцающими камнями дорожке к алтарю.

— Вот, интересно... Что будет, если я этого не сделаю? – она изящнейше повела плечами, от чего бусы мелодично зазвенели, - остановлюсь прямо здесь...