Интриги и тайны Леднигорского княжества

Глава 91

Глава 91

Находясь на пороге неминуемой гибели (или вполне заслуженной казни), Рудольф Дружинин не оставлял отчаянных попыток сопротивляться. Он вдруг решительно атаковал стоявшего напротив него князя темными заклинаниями-проклятиями, рассудив, что терять ему уже нечего. Но был немало удивлен, когда на пути сильных некромантских плетений словно из-под земли (или прямо из снега) вдруг возникли восемь высоченных парней с рысьими головами. Они заслонили князя своими крупными телами и молниеносно вскинули мощные когтистые лапы в защитной жесте. После чего собственное заклинание, отразившись от лигерийского щита княжеских телохранителей, полетело обратно в Рудольфа, врезалось ему в грудь, и не сработало лишь потому, что на шее некроманта висел драгоценный амулет из лигерийского алмаза.

Ледяной Борей тут же вмешался, не позволяя темному заклинанию рикошетом отлететь ещё в кого-нибудь. Артемий Романович порывом ветра сбил вражеские плетения с траектории полета и резко бросил их ввысь, в темное небо, где, под шквалом ледяных игл Демида Романовича потрепанные к тому времени плетения были окончательно разрушены и развеяны ветром.

Защитивший Дружинина лигерийский алмаз ещё пару секунд тревожно сиял на груди некроманта сине-золотистым светом родовой магии, явно не одобряя конфликта внутри семьи.

-Ха-ха, вы не сможете меня убить! – заливался истеричным смехом поверженный некромант.

А братья Вельские лишь хмуро переглянулись. Демид и Артемий перехватили подозрительный взгляд князя Владимира на огненный портал в Преисподнюю и одновременно поняли, о чем думает их старший брат.

Способен ли лигерийский алмаз защитить эту мразь от живого адского пламени?

Братьям Вельским совсем не хотелось бы, чтобы Дружинину удалось выбраться из пекла Преисподней, иначе эта затянувшаяся кровавая трагедия никогда не закончится.

Попытки некроманта напасть на князя, его лигерийский щит и истеричный издевательский смех вывели из себя шерифа Вельского. Яростный Буран опрокинул некроманта на землю, проволок его беззащитную однорукую тушку по ледяному насту плато, и закружил в крепких объятиях жестокой метели, забивая глаза и уши колючим снегом, дезориентируя противника и не давая ему сосредоточиться на очередной магической атаке. А напоследок еще и щедро приложил затылком об мерзлую землю, пригвоздив его к насту ледяными иглами. Демида Романовича было не слишком просто вывести из себя, но у временного главы Конклава это сегодня неплохо получилось.

А раздраженный и усталый князь Вельский просто от души прошёлся кулаком по физиономии поверженного Главы Конклава, не поленившись даже наклониться для столь ответственного дела. Правда после удара руку князя существенно покалывало защитное поле лигерийского щита. Но это была ерунда в сравнении с тем, что только что Владимир Романович получил значимое подтверждение своего неоспоримого статуса – Главе Рода даже индивидуальные лигерийские щиты не помеха, если он решит кого-то казнить. Правда сделать это придётся князю лично, собственными руками. Никого другого алмаз к Дружинину не подпустит. В этом все присутствующие на плато смогли убедиться, когда два лигра, которым было приказано проверить карманы некроманта и изъять из них всё лишнее, просто отлетели от Дружинина.

- На его амулете стоит дополнительная защита от любых носителей магии, - негромко произнес Хэльвард. – Ни один маг, кроме тебя, не сможет к нему подойти на расстояние удара. Никто не сумеет снять с него лигерийскую подвеску.

Значит, шанс покончить с давним врагом семьи раз и навсегда есть лишь у самого князя.

Ну что же, Владимир Романович на полном серьезе собирался оказать временному Главе Конклава эту небывалую честь и прикончить его лично.

Вот только, как оказалось, госпожа Смотрительница была категорически против такого решения, а госпожа Амалия была с ней полностью согласна.

***

Полина

Окружающее пространство напряженно вибрировало и, не отпускающая меня в последний час тревога, лишь нарастала. А ещё Барт и возрожденные телохранители, словно сговорились. Я по их лицам понимала, что происходит нечто серьёзное. Вот только (из-за мешанины образов, событий и эмоций) не могла точно определить, что именно?

- Барт, что происходит? – уже не первый раз напряжённо спрашивала я, нервно бродя по гостиной Дома Смотрителя, как тигр в клетке.

- Конклав у границ Леднигорска, - спокойно, и тоже не впервые, отвечал мне малыш Барт.

И я точно знала, что Бартоломео говорит мне правду. Только почему-то мне казалось, что это не вся правда. Точнее, это лишь малая часть постигших нас проблем, в которые, по какой-то причине, меня не собираются посвящать. Всё моё окружение сговорилось и держит меня в неведении, и в стороне от основных событий. Более того, под надёжной охраной Барта (который в стенах этого Дома был, практически, всесилен. Впрочем, на то он и домовой)!

Интересно, почему меня, фактически, заперли? Мне что-то угрожает?

- Может быть стоит присоединиться к Владимиру? - нерешительно и уже не впервые предлагала я. – Ему может понадобится моя помощь.

Но телохранители отвечали мне лишь спокойной улыбкой, а Бартоломео качал головой, тоже не в первый раз напоминая мне, что князь (забравший нас из больницы после восстановления лигров-телохранителей) велел сидеть Дома и никуда не выходить из этих безопасных и неприступных стен.