Интриги императорского двора

Глава 9. Две проблемы

Плохие новости не заставили себя долго ждать. Следующим утром императора и его регента ждала весть из Вольсана, главного города Сигурё. Маршал Бартичелли писал, что столицу, как и ожидалось, войска Запада захватили, однако сама провинция еще не сдалась. Остатки вражеской армии во главе с сигурёсским полководцем Кан Тэ Ги заперлись в крепости Хвасон, которая вот уже пять сотен лет считается неприступной.

– Это удивительно, – услышав весть, покачал головой Северин Вельф.

Он не выглядел встревоженным. Казалось, что герцог даже немного рад такому ходу событий.

– Удивительно? И это все, что вы можете сказать? – возмущенно спросил Альберт.

Он мерил стремительными шагами кабинет и сейчас был похож на тигра, которого дерзкие мальчишки отважились дернуть за хвост. Неприятности были ожидаемы – близился срок его официальной коронации, однако Его Величество и подумать не мог, что первый удар будет нанесен не во дворце.

– Да, потому что это действительно удивляет, – невозмутимо откликнулся регент. – Народ, который за всю свою историю не начинал и не выигрывал ни одной войны, стал единственным, кто оказал нам сопротивление. Сигурё еще до объединения Востока считалось миролюбивым государством. Воевать оно стало только тогда, когда вошло в состав Империи. Сначала с кочевниками, теперь с нами. Это удивительно. Их народ любит мир, но они отнюдь не трусы. Пожалуй, я с удовольствием посещу эту провинцию, когда количество дел немного уменьшится.

– Я очень рад, что вы открыли для себя нечто новое, сэр, – язвительно произнес император, садясь в кресло. – Но что мы теперь будем делать? Послать в Сигурё еще больше войск?

– Если уж маршал Бартичелли утверждает, что Хвасон нельзя взять силой, то, очевидно, так оно и есть, – отверг предложение Его Светлость. – Этот ботилианец учился на военного инженера, поэтому если он говорит, что крепость неприступна, значит, она непреступна.

– Замечательно. Однако даже мне понятно, что эту проблему нужно решить немедленно. Если мы отложим ее на потом, то страшно представить, во что это выльется.

– Чужой анклав посреди новой империи нам не нужен, – подтвердил герцог Вельф.

Альберт посмотрел в окно. В Синей комнате оно было единственным. Из него открывался вид на фонтан Триумфа, построенный в честь окончательного покорения Ботилиано. Это было самое большое и самое величественное сооружение подобного типа. Струи воды вздымались вверх столь высоко, что зрителям, стоящим на земле, казалось, будто они достигают небес.

– Следует послать переговорщика с заверениями, что, если они сдадутся, их помилуют, – предложил император, вспомнив подобный случай из учебника истории.

– Уже сделали. У всех полководцев есть приказ, подписанный вашей рукой, в котором говорится об амнистии восточных военных и о запрете мародерства. Маршал Бартичелли сразу же оповестил об этом Кан Тэ Ги. Но после того, как главнокомандующий Нергер сжег Цзянтун год назад, никто на Востоке не поверит нашим словам о мире. Посланник так и не вернулся из Хвансона.

– Но я – не мой отец! – возмутился Альберт.

– У Востока долгая память. В Кара говорят: "Сын плотника пилить умеет". Не значит ли это, что сын жестокого императора также умеет быть жестоким? Даже если они поверят маршалу Бартичелли, вряд ли они поверят вам.

– Неужели совсем нет никакого выхода? – простонал император, хватаясь за голову.

Его Светлость с интересом покосился на Альберта. Его подопечный предпочитал короткую шевелюру, благодаря чему такая прическа в последнее время была в моде среди дворян. Из-за этого герцог Вельф сильно выделялся среди придворных своей длинной, ухоженной косой. Если Его Величество внезапно облысеет, то Северин станет еще более заметной фигурой в аристократических кругах. Не то чтобы, он был против.

– Разумеется, выход есть. Нужно послать человека из близкого круга императора. Ваш отец в такой ситуации отправил бы в Хвасон кого-нибудь из своих советников. В качестве подтверждения его статуса во время переговоров посланник должен держать в руках Сапфирового пегаса.

– Это та самая статуэтка, что является главной жемчужиной императорской сокровищницы?

– Именно. Пегас – гербовое животное вашего рода. Из-за того, что сапфиры такого размера попадаются раз в столетие, статуэтка существует в единственном экземпляре. Она вот уже три века считается символом нерушимости слова императоров из рода Роялвингов. Еще до начала Столетней войны ваши предки использовали ее при заключении договоров с восточными правителями. В Сигурё о ней тоже должно быть известно. Но из-за того, что вам советники достались, так сказать, в наследство, вы отдать ее им, конечно, не можете. Здесь нужен человек, которому вы полностью доверяете.

Альберт вздохнул. Он был в смятении.

– Доверять кому-то из придворных? Мне всего четырнадцать, я не страдаю старческим слабоумием. После того как у отца появилась леди Жизель и у них родился Роланд, даже друзья детства отвернулись от меня. Все ведь думали, что отец рано или поздно избавится от меня и следующим императором станет второй принц. Доверенное лицо? А может быть, вы?..

– Это невозможно, – безжалостно отверг робкое предложение регент. – Если я сейчас покину столицу, то местные шакалы вас съедят. К тому же послы с Востока уже прибыли, аудиенция назначена на завтра. Они тоже далеко не белые овечки. Если я отправлюсь в Хвасон, то по возвращению обнаружу здесь хаос и разруху. На самом деле, чтобы развалить государство, многого не нужно. Достаточно устранить законных правителей, а далее потенциальные "наследники престола" справятся сами.