Инженер Бессмертной Крепости

Глава 28. Тень в камне 

Глава 28. Тень в камне

Следующие два дня прошли в лихорадочной, почти механической работе. Успешный пуск узла стал сигналом к началу второй фазы «Пилотного проекта». Согласно инструкциям, всплывавшим в сознании через золотой камешек, нужно было стабилизировать ещё три подобных узла в разных частях нижнего периметра. Но теперь работа должна была идти одновременно на двух фронтах. Рикерт и его мастера, используя полученный опыт, возглавили вторую и третью бригады, состоявшие уже не только из старых проверенных кадров, но и из добровольцев — тех самых каменотёсов и плотников, которые после «разбора полётов» на площади решили, что шанс стоит риска. Ульрих предоставил им охрану и скудные, но реальные дополнительные пайки — мотивация, понятная всем.

Наша же, первая бригада, должна была двигаться дальше, в более глубокие и сложные сектора, где требовалось не столько грубое укрепление, сколько тонкая настройка «нервной системы» Регулятора. И здесь без ордов было не обойтись. Но после истории с убитым магом доверия между сторонами поубавилось.

Убийство расследовали формально. Жертвой оказался молодой заклинатель из свиты Брунора, не фанатик, а скорее карьерист, любивший пошуметь. Его нашли в заброшенной часовне недалеко от верхних входов в тоннели, с проломленным черепом. Орудие — обычный строительный молот, валявшийся неподалёку. Никаких следов магии, никаких явных улик. Совет, конечно, сразу обвинил ордов. Но Ульрих, к его чести, провёл своё расследование. Выяснилось, что маг был замечен в сношениях с цеховым старшиной из клана Гронта, и накануне смерти получил изрядную сумму серебром «за информационные услуги». Что он собирался сообщить и кому — осталось тайной. Орды же, по словам Альрика, отрицали причастность. Их логика была простой: убийство человека вне зоны работ и до завершения проекта — бессмысленный риск, угрожающий «Целому». Им это было невыгодно. Но кто-то явно хотел, чтобы казалось иначе.

Это невидимое напряжение витало в воздухе, когда мы на рассвете седьмого дня спускались к месту новой работы — обширной подземной каверне, которую система обозначила как «Узел синхронизации гидравлических контуров». По сути, это была древняя насосная станция, чьи каменные поршни и сифонные трубки давно заклинило или разъело. Задача — оживить её, не разнеся на куски.

Ордов сегодня вела не привычная пятёрка, а сам Гракх в сопровождении всего двух помощников — Скрипа и того самого коренастого орка с «камертоном», которого звали, если верить Альрику, Борк. Прораба и старого мастера не было. По словам Гракха (переведённым Альриком), они остались «успокаивать клан» — видимо, среди ордов тоже были недовольные сотрудничеством, и убийство человека добавило им аргументов.

Сама каверна поражала масштабом. Это был не тоннель, а подземный собор, высеченный в скале. В центре, подобно застывшим исполинам, стояли три огромных каменных цилиндра — плунжеры насосов. От них в стены и в пол уходила паутина труб, желобов и каналов, часть из которых была разорвана, часть — забита известковыми отложениями. Воздух был влажным и тяжёлым, пахло стоячей водой и ржавым металлом.

— Великолепно, — прошептал Альрик, очарованный масштабом инженерной мысли древних. — И одновременно ужасающе. Если мы ошибёмся и сорвём хоть один из этих «поршней», он, как таран, проломит пол и уйдёт в нижние пустоты, устроив нам локальный потоп.

План работы, переданный системой, был одновременно простым и невероятно сложным. Нужно было:

1. Вручную, с помощью блоков и лебёдок, приподнять каждый из трёх плунжеров ровно на дюйм, чтобы расцепить их с заклинившими направляющими.
2. Очистить гидравлические каналы от наслоений, используя химический раствор на основе той самой «смазки» ордов и наших щелочей.
3. Заменить разрушенные элементы сильфонных соединений на новые, изготовленные по древним чертежам.
4. И синхронизировать работу всего узла с помощью геоматического импульса, который должна была дать система через мой камень.

Первые два пункта были тяжелейшей физической работой, которая легла на плечи наших людей и трёх ордов. Орды, как выяснилось, были невероятно сильны. Борк в одиночку управлялся с лебёдкой, за которую обычно бы тянулись четверо наших. Гракх и Скрип, вооружившись странными вибрационными скребками, принялись за очистку каналов, работая с такой скоростью и точностью, что наши мастера только качали головами.

Я, Альрик и Лиан занимались диагностикой и составлением карты уцелевших и разрушенных соединений. Золотой камешек в моих руках служил сканером: при приближении к повреждённой области он начинал вибрировать, а в сознании всплывала чёткая, трёхмерная модель дефекта.

Именно во время этой работы я почувствовал его впервые. Не через камень. Сам. Как лёгкое, едва уловимое присутствие где-то на краю восприятия. Чужая внимательность. Кто-то наблюдал. Не из нашей группы. Не из ордов. Кто-то третий.

— Лешек, — тихо позвал я. Старый разведчик, как тень, материализовался рядом. — У нас есть хвост. Где-то там, — я кивнул в сторону одного из тёмных, незадействованных в работах ответвлений каверны.

Лешек не задал лишних вопросов. Его глаза сузились. Он дал знак двум своим людям, и те, как призраки, растворились в полутьме, чтобы занять позиции с хорошим обзором.

Работа продолжалась, но теперь у меня в затылке неприятно свербило. Наблюдатель не предпринимал никаких действий. Просто смотрел. Это было почти хуже, чем открытая угроза.

К полудню первый плунжер был успешно приподнят и расцеплен. Рикерт, весь в поту и мазуте, выдавил из себя подобие улыбки.
— Один из трёх. Два осталось. И это ещё цветочки. Ягодки будут, когда чистить начнём — там, гляди, всякая дрянь за века наросла.

Он оказался прав. Когда Гракх и Скрип добрались до центрального коллектора, их инструменты завыли тревожно. Скрип отпрыгнул, защебетав что-то, и показал на тёмную, маслянистую слизь, вытекавшую из расчищенного отверстия. Она не просто текла. Она шевелилась.