Инженер Его Сердца

Глава 5

06:00.

Синхрон: Пробуждение успешно. Пульс в норме. Ментальная активность — 87%.
Рекомендация: дыхательная практика и уничтожение объекта раздражения.

Приятно, когда система с полуслова понимает, что утро началось не с кофе, а с посттравматического воспоминания о пьяном идиоте.

Глаза открываются мгновенно.

Свет проникает сквозь матовую голографическую штору — не слишком яркий, отфильтрованный спектральной панелью с настройкой на мой циркадный ритм. Параметры атмосферы идеально подогнаны. Ни пылинки. Ни случайного шума. Всё, как я запрограммировала.

Я встала, сонно потягиваясь.

За ночь я успела:

– Сделать прототип расписания с учётом возможных форс-мажоров (вроде недоразумения на соседней койке);

– Пересчитать энергонагрузку на локальную сеть;

– И да, построить перегородку.

Из адаптивного углеродного волокна.

Система напечатала её за 48 минут на модуле трёхмерного синтеза, встроенного в стену. Звукоизолирующая, прочная, с защитой от вторжения и эстетичным покрытием под структуру сплетения иеронита.

Почти произведение инженерного искусства.

Если бы не тот факт, что я вынуждена была строить её, потому что кто-то спящий рядом, к сожалению, всё ещё дышит.

За стеной послышалось ворчание. Шорох одеяла. Тяжёлое «чёрт» сквозь зубы.

Живой значит... Грустно.

— Что. Это. Такое? — раздалось недовольное шипение с той стороны, с хрипотцой и раздражением, от которого хотелось стерилизовать воздух.

Я не обернулась.

— Перегородка. — ответила я монотонно. — Установлена для сохранения приватности, когнитивного комфорта и психического здоровья.

— "Приватности"? А ничего, что мы и так в одной комнате?

— Именно поэтому она и необходима.

Он встал. Растрёпанный, босиком, с ошарашенным взглядом, как будто это он был жертвой вторжения. И это… почти разозлило.

— Ты решила спрятаться от меня за этот кусок пластика?

— Это не пластик, а композитный полимер с адаптивной светопоглощающей матрицей.

Он ткнул в перегородку пальцем. Поверхность отозвалась мягким колебанием света — словно живая. Перегородка мигнула.

На что отозвался синхрон.

Синхрон: Объект без допуска. Электростимуляция в пределах безопасной нормы активирована.

Рейн дёрнул руку.

— Перегородка что, только что током меня ударила?

— Представь себе. В отличие от некоторых, она знает, где твоё место.

Он смерил меня взглядом. Острым. Как будто сканировал на уязвимости. И, возможно, находил.

— Убирай. Или я сам сломаю. Подчистую.

Я повернулась к нему — медленно. Моё тело оставалось неподвижным, но в груди нарастала дрожь. Не страх. Напряжение. Будто внутри работал реактор.

Рейн подошёл ближе. Насколько это было возможно в ограниченном пространстве модуля.

— Ты думаешь, эта штука остановит меня?

— Думаю, у тебя достаточно мозгов, чтобы не проверять. Или нет?

Он усмехнулся. Наклонился, словно собирался сказать что-то интимное — и в этот момент близость стала почти физическим нажимом. Тепло его кожи будто ударило сквозь воздух.

— Или ты просто боишься снова остаться в одной комнате наедине со мной?

Я замерла. Всё моё существо напряглось, будто кто-то переключил меня в боевой режим.

Синхрон уже раза три гудел, прося обратить на него внимание и не отвлекаться от составленного расписания.

А я гудела изнутри, будто держала в руках оголённый кабель. Так сильно чесались у меня кулаки.

Молчать. Просто молчать. Игнорировать.

Но Рейн упрямо продолжал.

— Ну да, ты же Астелия Вэйрин. Гений, идеальная дочь и ходячее расписание на 24/7. Почти что робот. Скажи, ты когда-нибудь вообще разрешаешь себе просто жить?

— Я просто не разрешаю себе слабоумных мужланов, забирающихся на мою кровать ночью.

Он скривился, усмехнувшись.

— Тогда почему ты меня не остановила?

— Потому что была в шоке от уровня твоей тупости.

— Ложь.

Я подошла ближе. Теперь между нами — только жалкие дюймы.

— Потому что я дала себе слово, что не начну первую неделю с дисциплинарного протокола. Но ты, Рейн Кассар, — исключение, которое так и просится на статью.

Синхрон мигнул жёлтым.

Рейн же рассмеялся. Тихо, хрипло.

— Ты правда думаешь, что можешь запереться от меня в четырёх стенах и делать вид, что ничего не произошло?

— Это не «стены», это базовая изоляция. А «ничего» — идеальное описание твоего поведения после вчерашнего.

— Я мог бы извиниться.

— Но не извинился. Интересно, почему?

Брюнет дёрнул щекой, оскалившись.

— Несложно заметить, что раздражаю тебя. Интересно, почему? Потому что не веду себя, как весь твой идеально предсказуемый мир?

— Меня бесит, что ты в него лезешь грязными руками.

— Слушай, может, хватит играть в ледяную принцессу? Хотя стоит признать, ты такая красивая, когда злишься.

— А ты особенно красив, когда молчишь. Жалко, что происходит это так редко.

Кассар чуть наклонился, лицо близко.

Чересчур близко.

Но я не отступила.

Плевать, что синхрон уже чиркнул тревожным красным.

— Знаешь, ты куда интереснее, чем притворяешься.

— А ты куда тупее, чем пытаешься казаться.

— Говори, что хочешь. В итоге тебе всё равно придётся учиться жить рядом со мной. Потому что мы с тобой — напарники.

— По ошибке системы.

Я молча села обратно за стол. Голографический интерфейс мгновенно активировался. Открыла график. Вычеркнула лишнее. Добавила план-сценарий на случай экстренной изоляции.

Рейн ещё пару секунд смотрел. Потом бросил через плечо, прежде чем выйти из комнаты:

— Надейся, что эта стенка выдержит. Потому что когда я её снесу — за ней не будет, где прятаться.