Ираида.

Наказание за улыбку.

Вжик! Свист плетки уже давно не заставляет вздрагивать. Нужно просто отсчитывать удары сердца.

Вжик! Нельзя плакать. Тогда это безэмоциональное наказание надоест матушке Агате.

Вжик! Зажмуриться и сжать зубы. Ненавижу женщин! Ненавижу и боюсь. Жизнь в монастыре открыла мне их подлый характер и мерзкие поступки. Да и моя родная мама не отличалась добродушием.

- Во имя Единого! - матушка Агата довольно утерла лоб платком. - Наказание будешь нести в каморке за складскими помещениями. Дорогу знаешь, так что пошевеливайся!

Встала. Кожу на спине жгло, казалось бы, нестерпимо, но к этой боли я привыкла. Хуже только тоска по родителям в сердце и душе. Не застегивая платье на спине, я прошла в конец коридора первого этажа женского монастыря. Там была, как однажды сказала настоятельница, моя личная одиночная камера. Каморка в два на три метра обставлена с монастырским "шиком" - широкая лавка и... все. Упала на голую деревянную скамью и отключилась.

- Иришка, Ириш... - тихий шепот вернул сознание в жестокую реальность. - Это я, Веселея! Приготовься, я сейчас тебе раны обработаю.

По спине заскользили тонкие пальчики этой веселой девчушки. Холод мази успокаивал жар отметин на коже. Хорошо...

- Ты прости меня! - горячо зашептала Веселея. - Я же правду написала, а она на тебя подумала. А я ей сказала, что это я сделала, но меня в келье эта слониха закрыла. Наказание, она сказала, завтра придумает.

- Ты запятую не поставила. - прошептала я.

Светло-русая девчонка задумалась. Аккуратно втирая мазь в мою спину, она шевелила губами. Забавно наблюдать за ней в такие моменты. Будто и не пятнадцать ей, а все пятьдесят. Только характер не даст ей состариться. Всегда будет такой, как сейчас. Если доживет и никто ее не прибьет, конечно.

- То есть, мне надо было написать "Агата-не-только-дура-запятая-но-и-страшная"?

- И восклицательный знак в конце. - мелко улыбнулась этой шкоде. - За меня не переживай. Агата знала, что это твоих рук дело.

- Откуда? Ты же ни разу меня не сдала еще!

- Только твои буквы имеют разный размер. - хмыкнула я, намекая на непоседливость кое-кого.

Веселея быстро наложила повязку и застегнула через одну пуговки на спине моего платья.

- Она тебе жутко завидует! - таинственно прошептала она. - Ты очень красивая, молодая и отзывчивая. А эта мегера бесится и на деньги твои охотится.

- Какие деньги, Веселея? - вздохнула я. - Я беднее, чем приемный ребенок церковной мыши в неурожайный год!

- Не скажи! Я вот намедни присыпала Агатины портки красным перцем...

- Что?! - глаза мои слегка вылезли.

- Не обращай внимания. - отмахнулась та. - Судя по тому, что эффекта не было, она ходит без нижнего белья.

Какой кошмар! Как так можно? Уму не постяжимо! Без белья... Срамота!

- Дак вот! Я пока была занята, то расслышала ее разговор с нашим постоянным поставщиком овощей.

- А как это? - не поняла я.

- Я была в ее келье, а она в соседней комнате с фермером обжималась. Вот и говорила она ему, что давно бы тебя выперла замуж за какого-нибудь пропоицу, если бы не дом твоих родителей в Больших Колоколах. Прикарманить хочется ей его! Но я не позволю этого сделать!

- Дом? - совсем забыла про него. - Думала, что он давно перешел королевству...

- А как он перейдет, если ты жива и являешься прямой наследницей? - фыркнула Веселея. - Не забывай, что я разбираюсь в этой теме благодаря папеньке и его историям вместо сказок. Мир его праху. - девчонка перекрестилась. - Так что тебе нужно выбираться пока слониха не придумала чего!

- Как?... - меня перебил голос исходящий из коридора.

- Веселея, - Агата проплыла ко входу в каморку, но, даже если бы захотела, не смогла бы протиснуться в узкий проем - Ты залечила эту неуемную?

- Да, матушка. - девчонка пихнула мне в ладонь бумажку и быстро вышла, собрав бинты и банку с мазью.

- Идем! Посидишь под замком, пока я думаю над твоей провинностью. А ты-готовься! - толстый палец ткнулся в мою сторону. - С утречка гость к тебе пожалует.

За все мое пребывание в этой обители, Веселею настоятельница наказывала регулярно, но без огонька. А все потому, что девчонка - младшая дочка ее троюродного племянника. Да и проказы девчонки прекращаются не надолго, а потому наказания не отличаются особым разнообразием. Еще в раннем детстве она осталась без отца, но с мачехой. Ближайшие родственники Веселею тоже невзлюбили и сослали к жесткой настоятельнице монастыря в наказание за пакости, а заодно, с надеждой, что она перевоспитается. Сама девчонка решила, что наказали весь монастырь и она обязана покарать всех и каждого. Впрочем, недалеко от истины.

Наше первое знакомство началось с того, что Веселея перепачкала землей всю посуду на кухне. Мыть заставили всех послушниц. Когда старшие смотрительницы отвлеклись, то ее пытались притопить в раковине. Я отстояла девчонку, за что и получила сначала кулаками от девиц, а потом и плеткой от Агаты. Тогда-то мы и сдружились.

Это было первое мое наказание. Потом получать их начала много и часто. Я не выкидываю коленца, но "поучают" меня как последнюю рецидивистку. Умудрялась схлопотать даже за смех и за долгую или короткую молитву... Поняв, что получу в любом случае, я стала прикрывать подружку. Не помогала, но пыталась сдержать или минимизировать разруху. Сейчас вот я огребла за улыбку при виде надписи на дверях кельи Агаты.

Прислушалась. Тишина какая... Тихонько развернула записку.

"Жених идет завтра. Соглашайся! Это я его выловила и напомнила, что у него перед тобой должок."

Вот опять напасть! Мне завтра исполняется девятнадцать, а Агата даже не начинала суетиться по этому поводу. А может не все так плохо? Хотя... Она меня невзлюбила с первых секунд знакомства. Именно она забрала меня три года назад из Велиграда соседнего королевства, когда сгорела таверна, где я с родителями остановилась. Меня спасло только то, что я на своей лошадке отправилась объезжать окрестности.