Ирис и чертополох. Книга 1

Глава 1. Спасение Ники

Вестлица, 1305 г.

Если знатный гость столицы перейдет мост через реку Вестла, а затем пройдет прямо вдоль пышно цветущих вязов, он окажется перед главным сооружением Вестлицкого княжества — замком Капита. На протяжении десятилетий тот служил своего рода маяком для жителей столицы, которые все еще не могли похвастаться освещением улиц и в темное время суток старались не выходить из дома. Сегодняшним теплым майским вечером огни замка горели особенно ярко.

На первом этаже в тронном зале князь пировал с дружиной, и весь двор был залит светом. Громкий смех и крики порою долетали до распахнутого окна третьего этажа, где в печальной задумчивости коротала вечер юная княжна Илария со своей фрейлиной Дитой. Последняя не могла найти себе места и со слезами рассказывала госпоже о произошедших недавно событиях:

— Вы не присутствовали на казни, а я все видела воочию… И костер, и как пламя поглотило звездочета. До сих пор в голове его истошные крики! — Дита встала и подошла к окну, приложив пальцы к вискам. — Моей сестре удалось бежать, кто-то помог ей. Одна бы она не справилась. А вот Ника в темнице, и я не знаю, как его вызволить! — Девушка обернулась к своей госпоже. В глазах ее читалась немая мольба.

—Твой племянник не в ответе за своего отца, — спокойно ответила Илария. — Хочешь, я попрошу за него великого князя?

— Ваш батюшка не станет идти против инквизиции, чтобы помочь моей семье. Нику не казнят, я в этом убеждена, но могут использовать для поимки Жулиты. Даже если просто изобьют, это будет ужасно! Мальчику всего семь лет, он и так слабенький, постоянно болеет… Я боюсь, что он зачахнет в темнице и умрет.

— А ты не пробовала поговорить с моим дядей?

— С князем Давидом?! — На лице девушки отразился испуг. — Вы не хуже меня знаете своего дядюшку, он не станет просто так помогать. Я не верю ему, не доверяю. Уж лучше броситься в ноги великому князю, чем вытерпеть один взгляд вашего дяди. — Фрейлина подошла к госпоже и, опустившись подле нее на колени, взяла ее тонкие белые руки в свои. — Милая княжна, выручите Нику! Только вы можете мне помочь.

— И все же я бы поговорила с отцом или с дядей. Не тайком же мне вызволять мальчика из темницы… — Илария с сочувствием посмотрела на еще совсем юную пятнадцатилетнюю фрейлину и ласково сжала ее пальцы. — Но мы непременно спасем Нику, — уверила она. — Нужно только подумать, как… Пожалуй, я пойду и прямо сейчас поговорю с отцом.

Илария встала и намеревалась уже покинуть свои покои, как на пороге показалась старая нянька Юстина. Она вошла в комнату и прикрыла за собой дверь.

— Ну и дела творятся! Прости Господи! — Она покачала седой головой в цветастом платке и с прискорбным видом взглянула на свою воспитанницу.

Илария ожидала продолжения, чувствуя, как тревога начинает закрадываться в сердце.

— Отец-то твой снова женится! — Юстина всплеснула руками. — Все отцы как отцы… И ладно бы вдовушку какую нашел, а то молодую ему подавай!

— И сколько же ей лет? — тихо спросила Илария, пытаясь сохранять самообладание.

— Младше тебя, вон как Дита. Ей этим летом только шестнадцать исполнится.

Илария переглянулась с фрейлиной. Обе поняли друг друга без слов. Девушки до того растерялись, что и забыли спросить, как зовут невесту. Старая нянька опустилась на стул и, отерев пот со лба, сообщила:

— Дочь Лешека из Терцка, что месяц назад была принята в штат фрейлин. Она и приглянулась нашему князю.

— Но ведь Чеслава может не принять сватов, — предположила Илария. — Зачем ей муж, который в три раза старше?

— Деточка моя, Чеслава уже дала слово. Всё решили, она выйдет за великого князя. Твой отец хочет сына. Ему нужен наследник…

— А как же наша княжна? — спросила Дита, подойдя к старой няньке.

Илария, услышав вопрос, печально улыбнулась и села в кресло у нетопленного очага:

— Отец не любит меня. Ведь я похожа на мать, а она, в свою очередь, на бабушку-палестинку. Те же черные волосы, карие глаза… Для отца я ничем не отличаюсь от басурманок. Как такую, как я, во главе государства ставить? Да и потом, я женщина, и одно это лишает меня прав… В лучшем случае отдадут иноземному герцогу в жены… Правда, если Чеслава не родит великому князю сына, то мои дети станут наследниками. Мы объединимся с Узурией и станем одним большим королевством. Но отцу этого не хочется. Он бы отослал меня подальше, а сам с молодой женой здесь остался.

— Перестань, — пресекла ее нянька. — И так сердце за тебя болит. Как будет, так и будет. Ничего тут не поделаешь. И не вздумай упрекать отца за Чеславу, а то он и вовсе тебя с глаз прогонит.

Илария молчала, скрестив на груди руки. К великому князю она уже не пойдет, не станет просить за Нику. Однако спасти мальчика необходимо… Что ж, Илария попробует сделать это сама. Слова няни и Диты больше не долетали до сознания княжны, мысли ее теперь были заняты другим.

Вечером того же дня, никем не замеченная, Илария выскользнула из покоев и спустилась в нижнюю галерею замка. Здесь уже сгустились сумерки и, кроме стражников, не было ни души. Илария собиралась действовать осторожно и быстро. Идея вызволить сына еретика виделась ей не просто опасным приключением, возможностью проявить рыцарский дух и вызвать восхищение и благодарность Диты и ее племянника, но и необходимостью добиться справедливости, доказать себе, что здесь, в замке Капита, она может хоть сколько-нибудь влиять на государственные дела. Илария была воодушевлена и решительна. Она уже знала, к кому обратиться, и это был отнюдь не ее дядя. Последний, будучи человеком себе на уме, не пользовался ничьим доверием, однако племянница видела в нем своего покровителя, а подчас и друга. Но на сей раз что-то подсказывало ей, что дядя не вдохновится ее идеями и с холодной строгостью взрослого приведет ряд аргументов, один за другим ломающих крылья ее благородному порыву души, и вынудит отступить в сторону, сославшись на необходимость быть осмотрительной и благоразумной, как и подобает дочери великого князя.