Ирлинги. Дети Северного Льда

Глава 3.

За хлопотами время незаметно пролетело, а спохватился Тар уже только когда с трудом мог что-либо разобрать в густых вечерних сумерках. Освещение в саду, как и в мастерской, если и было, то найти он его без подсказки не смог. Да и желудок давно уже не просто намекал, что пора бы подкрепиться, а истошно об этом орал, выводя басовитые рулады. Чувство терзающего потроха голода было привычным состоянием, но к моменту, когда прибежал сильно запоздавший курьер с кучей корзин и свертков, Тар готов был его обнять, как родного. Тот, конечно, удивился, увидев вместо привычной ему женщины-артефактора странного, и, давайте честно, страшноватого, незнакомца, но все же заказанное отдал, корзины с посудой и записку с кривыми рунами вайэд принял. Паренек производил впечатление завзятого пройдохи! Воля бы Тара, он бы его на порог не пустил! Симка, делая вид крайне деловой, изучил список и обещал доставить все утром, но немного позже обычного, клятвенно заверив мужчину, что непременно все купит на личные средства на ближайшем рынке. Откровенно набивая себе цену и намекая на увеличение награды за старания, курьер тянул время, неимоверно нервируя голодного и усталого Тара. Ничего толком не обещав, он выпроводил словоохотливого подростка, старательно сглатывая слюну, набегающую от идущих из корзин завлекательных ароматов.

К счастью, северянка спустилась сама, едва он успел накрыть на стол. Замешкалась пороге и с нечитаемым видом принялась разглядывать сервированный на две персоны поздний ужин. Комментарии она пока что оставила при себе, мучать лишними задержками не стала, выбрав себе только какой-то салат, немного ржаного хлеба и кувшин с молоком, спокойно заняв свое любимое место. Остальное кулинарное богатство, как понял Тар, предназначалось для него. Он и не думал отказываться, с удовольствием уплетая сытную пищу и запивая это все по очереди то крепким бульоном, то вкуснейшим ягодным киселем. Время от времени он чувствовал на себе задумчивый взгляд хозяйки дома.

— Чем дальше, тем больше у меня вопросов… — Подала она голос, едва Тар утолил голод. Девушка сидела и не мигая смотрела в окно, подперев щеку кулаком.

— Например? — Из соображений банальной вежливости спросил он.

— Например… — Она усмехнулась и перевела свой нечеловечески-светлый взгляд на Тара, — Ну хотя бы то, с каких пор у нас рабы, прожившие неизвестно сколько лет среди соэли, так ловко орудуют приборами и сервируют стол, как принято в старинных домах вайэд. Не всякий отпрыск богатого дома может блеснуть подобными знаниями. Это раз.

Тар замер, внимательно осмотрев расположение блюд и посуды на столе. На такую мелочь он внимание не обратил, а зря, конечно. Мысли его в тот момент были заняты только желанием поскорее приняться за еду. Его действиями руководили, похоже, те же глубинные привычки, что и днем, в мастерской. Сейчас же он заметил разницу. Соэли предпочитали размещать в центре стола основное блюдо, а все остальное пространство заполнялось кучей мелких плошек с соусами и разнообразными закусками к нему. Считалось хорошим тоном заставить всю доступную поверхность, демонстрируя богатство дома и хозяев. Есть же полагалось, сидя или же вообще, лежа, вокруг низкого стола на полу, что поначалу очень бесило Тара. Приборы, как и посуда, в этом доме тоже были иными. Но не вызывали вопросов у него, как до этого инструмент в садовом сарайчике.

— Если бы ты мне не указала, я бы и не заметил разницы. Честно. У меня вообще никаких сложностей не возникает. Будто бы это, — Тар обвел рукой большую кухню-столовую, — Привычная мне обстановка. У соэли… В начале… — Тар попытался подобрать формулировку, — В первый год, как я начал осознавать себя, я тыкался, как слепой. Одежда, вещи, люди, порядки в домах — все было чуждым, как и язык. А здесь… — Он беспомощно пожал плечами, — Я будто бы жил в похожем месте.

— Я-то тебе верю, парень. Хотя и все это выглядит очень подозрительно, ты не находишь?

— Вынужден согласиться с тобой.

— Хорошо. Тогда ты согласишься и с тем, что для раба, проведшего, как я понимаю, долгое время в плену, так же вызывает сомнения твоя манера речи. Скорее подходит ученому, либо же человеку, получившему хорошее образование и воспитание. Я могу гарантировать, что все, что я тебе говорю — понятно. Даже технические термины. Хотя я их даже не на языке лорлин называла. Помимо этого, довольно необычно то, как легко ты адаптируешься.

— Я бы не назвал это «легко».

— Поверь мне, легко. Я не раз видела рабов, что провели менее года в неволе и потом еще десяток лет вытравливая из себя страх и раболепие по капле. Ты же… — Вместо слов она указала на позу Тара, — День еще не вышел, а ты сбросил с себя рабские привычки, расправил плечи. Да, есть еще зажатость, есть сложности. Психика еще не адаптировалась, что логично, ведь для тебя было вопросом выживания выполнять ритуалы. Уверена, что если начну тебя провоцировать, то в ответ получу не страх и раболепие, а злость и колкость. Будто бы и не был в плену. От сюда напрашивается интересный вывод, дитя севера.

Девушка склонила голову и кивнула свои мыслям, продолжив рассуждения:

— Что те годы, что ты провел в плену, были малостью в сравнении со сроком твоей жизни. И что это увеличивает твой предполагаемый возраст.

— Поясни, пожалуйста.

— Я могу ошибаться, но твои привычки настолько машинальны, настолько вбиты, что тебе не составило труда перестроиться обратно. Просто прими на веру, что за годы странствий я набралась достаточным количеством наблюдений, что бы сделать подобные выводы. И вариант с тем, что тебя захватили в плен, либо подобрали ребенком, и ты довольно долгое время жил среди ваэйдов, становится более вероятным. Причем в доме не бедных людей.

— Ты весь день была в кабинете. Довольно смелые выводы для человека, с которым мы провели вместе минут сорок, не находишь?

— Порой и минуты достаточно, северянин, — со смешком парировала она, — Что бы понять человека. Тебя выдают твои манеры за столом, речь, даже поворот головы, движения рук, мелкие машинальные привычки…