Ирлинги. Дети Северного Льда

Глава 8

Уже на улице, после того, как они с Астель, тем же ураганом методом, пронеслись по секретариату и оформили все бумаги, Тар, с трудом расцепив сведенные судорогой челюсти, нашел в себе силы спросить:

— Девяносто пять тысяч?..

— Забудь. Это не важно.

— Да нет, я просто интересуюсь… Шансов дожить до этого момента у меня и так мало, но такая сумма…

— Мы обсудим это позже, Тар, — не поворачиваясь, ледяным тоном отрезала Астель, — Не все так просто с этой суммой. Это давние дела между мной и Жуком. Просто поверь, что такой размер выкупа — для твоей же безопасности, не более. В нужный момент я напишу расписку, что ты мне ничего не должен, и лети, как ветер.

Она явно кого-то высматривала, и разговаривать, а, тем более, спорить, или же успокаивать нервы Тара, ей сейчас совершенно не хотелось.

— Намечается интересный вечер? — Он кивком головы указал на выглядывавшего из ближайшей подворотни молоденького волко-человека.

— Как пойдет, — неопределенно ответила девушка.

— Приятная компания? — Спросил ее мужчина, глядя куда-то поверх ее головы.

— Ха! Точно не скучная, — криво усмехнувшись, ответила она.

Девушка взмахом руки привлекла внимание ближайшего извозчика. Пока тот выворачивал от обочины и подъезжал, она, очень странным взглядом посмотрев на Тара, предупредила:

— Прости, Тар, не могу быть твоим гидом сегодня. Я вернусь только завтра, ужинай без меня. Если все пойдет нормально, то вечером повезем тебя к Мику на осмотр.

— А если нет? — Очень ровно, прямо таки покладисто ответил мужчина.

— Если нет, то в коридоре я оставила шкатулку. Рядом — три стопки маленьких листов. Белые, желтые и красные. Вложишь внутрь желтую, напишешь на уголке Амилия Ист-Берринг. Она поймет, что нас не нужно ждать.

Она словно бы хотела сказать что-то еще, но оборвала себя, еще раз глянув на ожидавшего ее волчонка. Тот широко улыбался, демонстрируя знатный оскал, и отчаянно махал рукой. За ним Тар рассмотрел чуть ли не с десяток прочих мужчин с характерной военной выправкой. Астель махнула им в ответ рукой. Взгляд чародейки был задумчив, а жесты скупы и нетерпеливы, когда она называла извозчику адрес и, попросив его об небольшой экскурсии по городу, оплачивала авансом проезд.

— Прошу тебя, будь очень осторожен. Этим вечером не выходи за пределы стен «Фьорда». Кто бы не приходил, держись внутри дома. Лучше вообще не открывай дверь, — добавила она тумана, — И, пожалуйста, не совершай необдуманных поступков, — предупредила она его, видя настрой мужчины.

Недосказанность, тайны и обида повисли между ними, разорвав протянувшуюся-было накануне тонкую ниточку доверия.

— Могу посоветовать тебе того же, — не удержавшись от шпильки, крикнул напоследок северянин. Коляска, набирая скорость, покатила по мостовой, и, когда они уже сворачивали с площади у здания Управления, Тар, не удержавшись, кинул вороватый взгляд в ту сторону, куда ушла Астель. Очень своевременно, что бы успеть заметить, как капитан, увиваясь вокруг северянки, как кот вокруг крынки со сметаной, как раз галантно помогал госпоже-недотроге сесть в здоровенную черно-лаковую карету, запряженную роскошной четверкой вороных.

«Что ж, — подумал про себя Тар желчно, отворачиваясь, — А ты на что рассчитывал, приятель? Тоже, небось, выбрал бы бравого капитана на ее месте. И стать, и манеры, и положение в городе… И достаток имеется.» Он воотчую видел, как они вдвоем едут в шикарный ресторан, садятся за столик… В душе мужчины ядовитой змеей свернулась злость и ревность. Решив про себя, что если не удовольствие, так хоть пользу от этой экскурсии он просто обязан получить.

В конце очень познавательной поездки, нарочно разговорившись с возницей, он получил, в том числе, и адресок с обещанием протекции у одной молодой «веселой вдовушки». Извозчик божился, что дама, по совместительству его дальняя родственница, была женщиной приятной во всех отношениях, чистоплотной и готовой (если Тар ей глянется) принято скоротать вечерок-другой. Разумеется, в обмен на небольшую, посильную помощь по хозяйству. А с учетом, что дойти до нее можно было буквально минут за тридцать, то его, Тара, этот вариант более чем устраивал. Мстительно он подумал, что по договору ему, будто бы свободному человеку, полагался выходной — с полудня каждого девятого дня недели, до полуночи дня десятого*.

***

— Так, хватит, натерпелись! Дальше верхом, — констатировала Астель, со стоном пытаясь выбраться из тряского и душного нутра кареты, — Фух. Тоже мне, придумали! Сами-то хоть раз попробовали в карете переодеться? Госпожа Сати, искренне благодарю вас за помощь! — Тепло поблагодарила она супругу капитана, помогавшую ей в дороге.

— Знаешь, какими путями мы твое барахло забирали?! На чем нам это было везти? На телеге? Или в мешок засовывать? — Возмутился Торвульф, с широчайшей ухмылкой подавая руку Астель. Та трагически вздохнула и приняла помощь под всеобщее улюлюканье и свист. Уже три года, как она проиграла пари, а парням все никак не надоедало это зрелище. Ей осталось продержаться еще два года, ведя себя в компании Торвульфа, «как положено нормальной даме». Единственным исключением, хоть и частичным, были совместные рейды.