Ирлинги. Дети Северного Льда

Глава 9

— Готовься! Арбалеты, второй ряд! Заряжай. — Пронеслись команды.

Четверка вооружённых тяжёлыми самострелами людей и чародейка вышли вперед, беря чуть в сторону от основной группы. Остальные встали плотной цепью, полукругом перегородив единственный возможный выход из оврага. Отряд ощетинился легкими копьями, выставляя их перед собой. Граненные длинные лезвия масляно блестели в свете луны, смазанные парализующим ядом. К их удаче, хуторяне ленились сравнивать и расширять края разработки, с годами ставшей похожей на полу-пещеру. Рыхлые стены тоже больше служили на пользу охотникам, чем их диче. Астель подняла руку, направляя ее в сторону склонов оврага. Дождавшись команды от капитана, она начала колдовать. От ее ладони к противоположной стене оврага рванул шар огня, попутно теряя свою яркость и плотность, но кратно вырастая в размерах. Достигнув края, он словно бы впитался в камни и глину склона. Трава и ветви в месте удара почернели и вспыхнули, как сухой трут, облетая легким пеплом. Камни, на которые пришлось попадание колдовского огня, тускло светились жаром горна, глина алела и пошла черепками, будто бы побывала в печи. Высвободившаяся влага заполняла овраг клубами горячего пара. Еще и еще раз чародейка проворачивала этот странный, беззвучный финт, постепенно забирая от краев к центру, заботливо оставляя широкий выход из горловины получившегося «мешка», где стаю поджидали стрелки под прикрытием вставших на одно колено копейщиков.

Но вот, когда очередной, уже пятый по счету шар влетел уже в середину, затаившаяся там стая, ослепшая и с трудом дышавшая от жара, не выдержала. Раздался вой, полный ярости, и по единственному доступному выходу на них понеслась серая волна. Арбалеты успели сделать только один залп, и воины, откинув бесполезные сейчас самострелы, слаженно отступили за ряд копей. Первые из ослепших от боли хищников бестолково натолкнулись на острия, с рыком и визгом увлекая оружие за собой на землю. Следующие бежали уже по их трупам, норовя перемахнуть через вставших на их пути воинов и зайти им за спины. Выхватив клинки, мужчины приняли короткий и злой бой. Вторая группа, не мешкая, «затянула» горловину ловушки. Ни один из рейдеров не дрогнул, понимая, что если не остановить подчиненную воле вара стаю сейчас, то дальше будет только хуже. Волков в этот раз было очень мало, будто бы самка собирала их второпях. Вся схватка заняла не более пары минут.

Астель, тоже успевшая внести свою лепту, стояла, исподлобья глядя на овраг. От ее фигуры шло слабое сияние. По доспеху пробегали серебрянные искорки, с сердитым шипением срываясь в траву маленькими светлячками.

— Ну, давай, ублюдок! Ты же чувствуешь меня, правда? Смотри, сколько силы!Вкусно? — Шептали ее губы. Закованные в подвижную броню пальцы любовно гладили изрезанное рунами древко копья-яри.

И тварь словно услышала ее тихий злой шепот, ринувшись темно-серой тенью прямо на манившую его чародейку. Уворот, удар, щелчок сработавшего механизма, короткий импульс силы и колдовское лезвие, глубоко войдя в мягкое подбрюшье, раскрывается тремя серебристыми лепестками, в клочья разрывая потроха. Перекинув над собой нанизанную на копье тварь, Астель с размаха вбила ее в землю, пригвоздив к земле. Навалилась, продолжая внимательно следить за окружающим ее пространством. Руны полыхали огнем, передавая импульс и добивая жертву. Плохое оружие. Злое. Созданное когда-то именно против такого вот врага.

— Нельзя, — рявкнула она на возжелавших посмотреть стражников, крепко, двумя руками налегая на дверко.

Горизонтальная планка-перекладина у основании лезвия, словно рогатина на кабаньем копье, не давала твари возможности сорваться. Вар все еще трепыхался, ожесточённо кусал стальной оковок, роняя клочья кровавой пены, хрипел и скреб землю лапами. Чародейке пришлось еще дважды посылать импульсы силы, прежде чем тварь окончательно затихла. Лезвие с сухим щелчком сложилось, с мерзким звуком покидая не совсем безопасный даже сейчас труп. Астель, не оборачиваясь, скомандовала:

— Мик, живо!

Берринг, не теряя времени, бросился к подруге. Сколько раз они это делали в прошлом? Он не мог сосчитать. С момента, как они остались вдвоем, Мик был вынужден помогать ей, хотя и с трудом выносил подобные этому выезды. Да, отчаянно труся. Но помогал же? Глаза внимательно следили, подмечая детали, а руки, работали сами, будто бы механические. Кожаные перчатки, исписанные рунами и пропитанные эликсирами, уже были на нем, защищая руки. Мешок с анти-ядом так же был наготове. Осторожно, стараясь не дышать и не касаться твари лишний раз, он засыпал тушу порошком, нейтрализующим действие яда вара.

— Один готов. Мелковат что-то, — констатировал капитан, державшийся при этом на безопасном расстоянии, — Как думаешь, где матка? Луна встает, долго возимся.

— Где-то здесь, — бросила Астель, разглядывая что-то одной ей понятное в неопрятной серой туше поверженного самца, — Не могу ее засечь. Мик, чуешь кого-нибудь?

Берринг, как раз сейчас с ворчанием осматривавший трупы остальных хищников, отозвался сердито, рубя фразы:

— Нет. Нас слишком много, я тоже не могу ее учуять. Она точно рядом, Тель. Стая маленькая. Волки, собаки — все в кучу собрала, торопилась. Еды мало. Далеко она не отойдет. Найдем щенков — сама прибежит.

Капитан вопросительно посмотрел на чародеев. Берринг достал из кармана и передал Астель небольшой свисток. Торунги, видя это, скривились, как от зубной боли, причем разом все.

— Терпите! Что бы не единого звука! Кто может — слушает внимательно, — Буркнул Торвульф и, сцепив зубы, зажал руками уши, показывая пример остальным зверо-людям.

Было видно, что для более взрослой части отряда все происходящее здесь было делом привычным. Молодые же, не задавая лишних вопросов, повторяли действия за более опытными воинами. Девушка поднесла к губам свисток и подула. Тихий, едва слышимый звук не причинял людям вреда, а вот торкинги разом сжались.

— Там! — Указал пальцем один из молодых людей, заметив шевеление у груды камней в оголившийся сейчас зеве разработки. Зверо-люди, оглушенные манком, им сейчас были не помощники.