Ирония тьмы, или С легким паром

Глава 5. Вкус кленового сиропа и чужие тайны

Шаг за порог квартиры оказался прыжком в бездну чуждого, сверкающего хаоса. Сильвер-Холоу встретил меня не почтительным молчанием подданных, а морозным ветром, бесцеремонно ударившим в лицо, и какофонией визуального шума. Этот мир, казалось, страдал боязнью темноты: каждое дерево, каждый фонарный столб и витрина истекали искусственным светом. Разноцветные огни, сплетенные в нелепые гирлянды, опутывали здания подобно светящемуся плющу, мигая с ритмичностью, способной вызвать приступ эпилепсии даже у жабы.

Под ногами хрустел, пока я брела по улице, кутаясь в свой дутый «кокон» и с ужасом взирая на местных жителей. Если архитектура городка еще сохраняла остатки очарования, то мода этого мира представляла собой преступление против эстетики. Люди сновали мимо, облаченные в бесформенные куртки кислотных цветов, с нелепыми шапками, увенчанными меховыми помпонами. Никакого бархата, ни следа парчи или благородной кожи. Они напоминали стайку нахохлившихся, безвкусно раскрашенных птиц.

— Варвары, — прошептала я, пряча нос в высокий воротник свитера.

Нужная вывеска, украшенная нарисованной дымящейся чашкой, обнаружилась в конце квартала. Едва я толкнула тяжелую дверь, как морозный воздух отступил, сменившись густым, обволакивающим ароматом жареных зерен, корицы и ванили. Этот запах, теплый и сладкий, мгновенно усмирил мой гнев, обещая долгожданное утешение.

Внутри царила суета, но, в отличие от улицы, она казалась почти уютной. Я приблизилась к деревянной стойке, за которой колдовал — иначе и не скажешь — молодой человек с копной рыжеватых волос.

Заметив меня, он оторвался от шипящего агрегата и расплылся в улыбке столь лучезарной и искренней, что мне захотелось прищуриться. У него были добрые глаза цвета меда и вид преданного пса, готового вилять хвостом при виде хозяина.

— Доброе утро! — поприветствовал он, вытирая руки о передник. Голос его звучал мягко, без малейшей нотки подобострастия, что, признаться, немного коробило. — Добро пожаловать в «Утреннюю Звезду». Не припомню вас раньше. Вы новенькая в Сильвер-Холоу? Туристка или переехали?

Я смерила его взглядом, полным королевского достоинства, насколько это позволял пуховик.

— Можно и так сказать, — уклончиво ответила я, протягивая ему черную карту Ариона двумя пальцами, словно ядовитую змею. — Мне рекомендовали ваши... блинчики. И самую большую емкость с бодрящим напитком.

— Отличный выбор! — парень, кажется, совершенно не смутился моего тона. — Меня зовут Калеб, кстати.

— Селеста, — коротко бросила я.

— Если что-то понадобится или захотите узнать, где лучшие горки для катания — обращайтесь.

Он ловко принял заказ, что-то нажал на светящемся экране и вернул мне карту.

Спустя десять минут передо мной стояла тарелка, содержимое которой заставило бы покраснеть от стыда даже придворного кондитера. Стопка пышных, золотистых дисков возвышалась на блюде, щедро политая густым янтарным сиропом и усыпанная свежими ягодами, которые в это время года могли быть лишь результатом сильной магии.

Я отрезала кусочек, отправила его в рот и замерла.

Вкус оказался божественным. Нежное тесто таяло на языке, сладость сиропа идеально оттеняла кислинку ягод. Я прикрыла глаза, чувствуя, как тепло разливается по телу, размораживая заледеневшие уголки души. Если в этом убогом мире и было что-то стоящее, то это определенно кулинария.

Поглощая свой завтрак с аристократической грацией (несмотря на зверский голод), я начала прислушиваться к окружающим. Голоса сливались в гул, но отдельные фразы долетали до меня, вызывая недоумение.

Две девушки за соседним столиком, уткнувшись в маленькие светящиеся дощечки, обменивались странными заклинаниями:

— Ты видела новый видос? Полный кринж. Если не умеешь танцевать, зачем лезть в Тикток с этими раскорячками?

— Ага. Он мне вчера написал: «Что за игнор?». А я вообще не в ресурсе, чтобы выслушивать очередное нытье.

«Тикток»? «Игнор»? «Кринж»? Я нахмурилась, пытаясь расшифровать этот тайный язык. Очевидно, местные жители общаются кодами, чтобы скрыть свои темные дела. Возможно, «Тикток» — это местное божество связи, которое требует жертв?

За другим столиком мужчина в строгом костюме нервно говорил в воздух, хотя рядом никого не наблюдалось (маленький белый жук в его ухе, видимо, служил передатчиком):

— Дедлайн горит, Джон! Клиент хочет получить апдейты к вечеру. Мы не можем слить этот кейс, на кону годовой бонус!

Этот мир казался полным тревог, непонятных ритуалов и невидимых собеседников. Я сделала глоток горького, ароматного кофе, наблюдая за этим театром абсурда. Они все куда-то спешили, чего-то боялись, кому-то поклонялись через свои светящиеся амулеты.

И среди всего этого хаоса сидела я — Баронесса, лишенная трона, но с тарелкой самых вкусных блинчиков во вселенной. Что ж, Арион был прав. На сытый желудок апокалипсис (или перевоспитание) воспринимается чуточку легче.