Ирония тьмы, или С легким паром

Глава 8. Алхимия на сковороде и стратегическое планирование

Остаток дня растворился в гипнотическом сиянии черного прямоугольника. Я восседала на диване, скрестив ноги, подобно оракулу, и жадно впитывала потоки информации, которые извергала на меня бездонная сеть под названием Интернет.

Этот мир оказался куда сложнее и безумнее, чем я предполагала.

Я узнала, что здешние короли выбираются толпой крестьян, ставящих галочки на бумажках, что звучало как полнейшая анархия. Узнала, что железные драконы, именуемые самолетами, перевозят людей в своем чреве через океаны, не требуя ни капли магической энергии. Узнала, что истинными властелинами этой реальности являются кошки, чьим изображениям поклоняются миллионы незримых адептов в социальных сетях.

Но чем глубже я погружалась в цифровую бездну, вводя запросы «как открыть межмировой портал», «заклинания высшего порядка» и «ритуал возвращения домой», тем отчетливее проступала горькая истина.

Поисковик, этот всезнающий дух, выдавал лишь ссылки на нелепые детские сказки, странные фильмы и видеоигры. Истинной силы здесь не существовало. Ни единой крупицы, ни искорки, способной прожечь ткань мироздания. Арион не лгал: этот мир был стерилен, глух к зову магии, и от этого осознания внутри разрасталась ледяная пустота.

— Значит, Чудо, — прошептала я, откладывая нагревшийся смартфон. — Придется играть по правилам этого сентиментального абсурда.

Решимость укрепилась во мне, но тело вновь напомнило о своих низменных потребностях. Желудок требовательно сжался, намекая, что одними блинчиками, съеденными утром, сыт не будешь.

Я направилась на кухню, чувствуя себя генералом, вынужденным лично чистить конюшни. В холодильнике по-прежнему валялись лишь сырые продукты. Вновь обратившись к своему цифровому наставнику, я нашла видеоинструкцию под названием «Идеальная глазунья за 5 минут: справится даже ребенок!».

— Что ж, посмотрим, — фыркнула я, устанавливая телефон, прислонив его к сахарнице.

С экрана на меня смотрела жизнерадостная женщина с пугающе белыми зубами, которая щебетала о пользе белка. Я, закатав рукава шелковой блузы (переодеваться в домашнее было ниже моего достоинства), подошла к плите как к алхимическому столу.

Первая проблема возникла на этапе добычи ингредиента. Видео-женщина изящно ударила яйцом о край миски, и содержимое плавно выскользнуло наружу. Я попыталась повторить этот жест.

Хруст.

В моих пальцах оказалось липкое месиво из желтка и осколков. Яйцо не просто треснуло, оно было раздавлено моей чрезмерной силой, словно череп врага.

— Проклятье! — выругалась я, вытирая руки бумажным полотенцем.

Вторая попытка прошла удачнее, если не считать того, что половина белка оказалась на столешнице. Скорлупу, попавшую на сковороду, пришлось выуживать вилкой.

Но настоящий бой начался, когда я, следуя совету видео-женщины, плеснула масло на раскаленную поверхность. Жидкость зашипела, как разъяренная змея, и начала плеваться во все стороны обжигающими брызгами.

— А ну стоять! — взвизгнула я, отпрыгивая назад и инстинктивно выставляя перед собой крышку от кастрюли, словно щит.

Масло продолжало свою атаку, шипя и стреляя, пока я, пригибаясь и совершая сложные тактические маневры, пыталась вывалить содержимое миски в центр этого огненного ада. Яйца упали на сковороду с громким шкварчанием, тут же начав пузыриться и чернеть по краям.

— Убавьте огонь! — весело посоветовала женщина с экрана.

— Я пытаюсь! — огрызнулась я на телефон, лихорадочно крутя ручки плиты в разные стороны, пока пламя наконец не стихло.

Итогом этой битвы стала яичница, напоминающая подошву сапога с обугленными краями и подозрительно жидким центром. Я сидела за столом, ковыряя вилкой свое творение, и испытывала странную смесь отвращения и гордости. Я выжила. Я приготовила пищу. Пусть она была ужасна, но это была моя победа над враждебной стихией быта.

Покончив с ужином, я погасила свет и направилась в спальню. Холодная постель приняла меня в свои объятия, и я натянула одеяло до самого носа, глядя в потолок, на который падали отсветы уличных фонарей.

План созрел в моей голове, четкий и безжалостный, как удар кинжала.

Я не собираюсь задерживаться здесь, жаря яйца и сражаясь с сантехникой. Мне нужен трон. Мне нужна моя магия. А значит, я дам этому миру то, чего он так жаждет.

— Завтра, — прошептала я в темноту, закрывая глаза. — Завтра я найду какого-нибудь несчастного неудачника, совершу для него это дурацкое «доброе дело», заставлю Вселенную прослезиться от умиления и к вечеру уже буду пить вино в своих покоях.

Это всего лишь сделка. И я, Селеста, всегда получаю то, что хочу.