Исцеление любовью

Глава 26.

*** 
В папиной машине было очень тепло. Перелёт из Вайоминга до Джексонвиля  Кэт не заметила. Наверное, со стороны она напоминала манекена или заводную игрушку. Она кивала, когда у неё что-то спрашивали, односложно отвечала на вопросы, когда кивка было не достаточно. Боже, как же болит в груди. Боль была такая ощутимая, почти физическая. На месте сердца Кэт чувствовала окровавленную рану. За что он так? Зачем?
Она уже не плакала. Кэтрин снова и снова повторяла себе, что она сама виновата. Глупышка. Доверилась молодому парню! Ты же уже проходила этот урок, помнишь. Забыла, пришлось повторить. 
- А где твоя жена, Алан? – впервые осмотревшись по сторонам, спросила Кэт. Их машина уже подъезжала к семейному особняку. Железные кованые ворота-решётки распахивались, пропуская автомобиль во двор.
- Элис? Она сейчас в тюрьме, - голос Алана был подавленным. 
- В тюрьме?  - Кэт снова посмотрела на своих родных. Теперь она видела, что Алан чем-то опечален, родители тоже не в самой лучшей форме. Кэт стало неловко. Она так была поглощена своими переживаниями, что снова пренебрегла чувствами родных. Как и всегда. А ведь она хотела это изменить, хотела снова стать частью семьи. Сейчас самое время начать меняться, разве нет?
- Она оказалась брачной аферисткой. – Ответила за Алана мама. – Элис притворялась порядочной девушкой. А на самом деле окручивала состоятельных мужчин. А потом, как правило, оставалась вдовой.
- Если бы ты не попала в эту историю с самолётом, то я был бы уже женат на ней, - вставил Алан. – Если бы ты прилетела во время, то я бы так и не узнал, что за человек была моя Элис. Поверить не могу, что говорю это вслух, но спасибо тебе Кэтрин, что твоя очередная сумасбродная выходка спасла мою жизнь.
- Кстати, на счет этой выходки, - подхватил отец. – Кэт, о чем ты думала, когда согласилась лететь с этим мужчиной? Что если он бы оказался мерзавцем? Маньяком? Или ещё что-то похуже!
- Я не соглашалась папа, я сама его уговорила взять меня с собой.
- В этом вся Кэт! – Улыбнулся Алан. – Не дня без безумной затеи. Ты совсем не изменилась, сестричка. Мы очень по тебе скучали. Без твоего смеха в огромном доме стало пусто.
- А как поживает Мэри-Сью? – Спросила Кэтрин. – Где она?
- Она с мужем и двойняшками сейчас у себя, - пояснила мама. – Скоро они приедут к нам. Мэри-Сью очень за тебя переживала. Мы все так рады, что ты цела и невредима! Это настоящее чудо, что с тобой ничего не случилось! Я столько молилась, чтобы тебя нашли.
Машина остановилась у входа в особняк. Кэт не была здесь с подросткового возраста, и казалось, что ничего не изменилось за это время. Те же ступени, та же кремовая плитка в холле. Кэт только сейчас обратила внимание, что на ней надет халат из больницы и тапочки. Она смотрелась нелепо в этой одежде в богатом доме родителей. Хотя, нелепо и Кэт – здесь это  значит одно и то же. Так что всё в порядке. 
Девушка прошлась по гостиной, отмечая новый белоснежный диван и более ворсистый ковёр на полу. Но в остальном изменений она не замечала. Дом, милый дом. Когда жизнь рушится, и неизвестно наладится ли снова, то нет места лучше родного дома. Сколько бы лет тебе не было. 
Ей почему-то вспомнился тот день, когда она, окрыленная игрой на гитаре и хрипловатым голосом одного рокера, покидала этот дом тайком. Не смотря на строгий родительский запрет. Маленькая бунтарка в ней давно уже выросла, теперь там только разочаровавшаяся в жизни грустная усталая женщина. 
Кэт направилась по ступеням наверх, в спальню, что когда-то она называла своей. Комната ни капельки не изменилась. Те же плакаты на стенах, коллаж из немыслимых фотографий. Её первые пробные работы. Даже шкаф был полон её одежды. Той, что не влезла в рюкзак, когда она убегала из дома. 
Девушка провела пальцами по своему туалетному столику. Кажется, она сидела за ним только вчера. Сейчас из зеркала на неё смотрела бледная, исхудавшая тень той, что когда-то жила в этой комнате.
Не удивительно, что Джул так быстро перекинулся к красавице-шатенке. Конечно, она была накрашена, ухожена, хорошо одета.
Повинуясь какому-то немыслимому порыву,  Кэт сняла с себя халат и пижаму и одела джинсы из шкафа и рубашку с молодёжным  принтом. Штаны были велики ей в талии, но эту проблему легко решить с помощью ремня. 
Усевшись перед зеркалом, Кэт занялась своей прической. Волосы немного отросли за эти две недели, но всё равно легко уложились. Джул сказал, что она похожа на Клеопатру. Сейчас это наконец-то стало заметно.
Джул. Она знала, что не забудет его ни через месяц, ни через год. Никогда. Да и можно ли забыть такое? Он перевернул её жизнь с ног на голову, поделил  жизнь на два отрезка «до» и «после». Кэт задумалась. Вот история и повторилась. Второй раз на те же грабли. А она, глупышка, думала, что это счастье. А нет, снова опыт.
Кэтрин истерически расхохоталась. Жечь мосты она умеет, тут ничего нового нет. А одиночество… Одиночество она уже проходила, и эта перспектива Кэт не пугала. К тому же есть ещё кошки, шесть штук. Нет. Надо десять. Не меньше. Всё наладится, да разве может быть иначе? Сейчас больно, но мы ведь знаем, пройдёт время и эта боль притупится. Жаль, что время не лечит. Но и на притупление боли Кэтрин была согласна. 
 В её комоде лежала та же косметика, что она и оставляла здесь. Тушь, естественно, засохла за эти годы. Но вот чёрный карандаш был в полном порядке. Как и когда-то в юности, она сделала свои глаза яркими и выразительными, рисуя карандашом стрелки. Жаль, что остальная косметика пришла в негодность. Даже блески для губ. 
Теперь девушка была собой более-менее довольна. В гардеробной она взяла с полки первые попавшиеся туфли, естественно на высоком каблуке, других там не было, и собралась спускаться вниз. 
Она только повернулась в сторону двери, как та сама собой распахнулась. В её спальню вошёл Джул. Глаза его были сердиты и метали молнии, кулаки крепко сжаты. Весь вид выражал крайнюю степень сдерживаемой агрессии. Казалось, ещё немного, и он тут всё разнесёт.
Дверь с грохотом захлопнулась за его спиной.
- Ты обещала, что не будешь исчезать, когда нас найдут, разве нет? – почти прорычал он. – Ты думала, что можешь поиграть со мной, а потом убежать? 
Кэт стояла поражённая. И это ещё говорит ей он! Вот это наглость!
- Вообще-то, - начала она. – Это ты, не успели нас спасти, кинулся в объятия той шатенки.
- Шатенки? – Джул наморщил лоб. – Я не обнимал ни одну шатенку! 
- Самое нелепое оправдание, какое я когда либо слышала.  – Кэт сдерживала слёзы.  – Зачем ты пришёл?
- За тобой, - голос его стал мягче. -  Я видел тебя растрепанной, я видел тебя голой, я видел тебя без косметики. – Он усмехнулся. – И вот я здесь. Я собираюсь схватить тебя, отвезти к себе  и сделать счастливой. Немедленно. 
- Не выйдет. Хватай ту красотку, что обнимал в больнице.
Глаза Джула полезли на лоб, затем в них промелькнуло озарение, и он стал улыбаться. Улыбка снова зажгла его глаза мягким тёплым светом. И Кэт чуть не разрыдалась, видя его, такое родное, такое любимое лицо.
- Кэтти, моя мать, конечно же, неплохо выглядит, - он отошёл от двери, и Кэт почувствовала, как в комнате стало тесно от его большой фигуры, заполнявшей всё пространство.  – И ей ужасно польстит, что ты приревновала меня к ней. Пожалуй, лучшего комплимента ей ещё никто не делал.
- Та женщина, это твоя мать? – Кэт была поражена. Он не предавал её. Не бросал её. И облегчение от этих мыслей было таким осязаемым, что его, казалось, можно трогать руками.  – Сколько же лет твоей матери?
- Пятьдесят семь. Она неплохо сохранилась.  Да? – Джул протянул к Кэт руку и привлёк её к себе. На нём был новый костюм и белоснежная рубашка. – И ты подумала, что я способен так жестоко поступить с тобой?
Кэт молчала. Когда испытываешь на себе предательство однажды, то очень тяжёло и дальше продолжать верить людям.
- Хотя тот, что так разочаровал тебя раньше, видимо поступил похожим образом, верно? – Джул поднял её голову за подбородок, так чтобы их глаза встретились. – Я люблю тебя Кэтти. И я не предам тебя никогда. 
Он впервые сказал, что любит. Боже, неужели это не сон.
Кэт снова почувствовала, как её сердце начинает биться. На месте окровавленной раны в груди она ощутила приток веры и надежды. Снова появился пульс.  Рядом с ней был её Джул! И как она могла в нём сомневаться? 
- Ты так быстро убежала из больницы, – продолжил он. – Я только рассказал брату, где оставил Марка, чтобы Крис направил за ним вертолёт. Я не мог откладывать это дело. Я обещал Марку.  Затем я хотел познакомить с тобой свою семью, а тебя и след простыл. Я  не сразу подумал, что ты сбежала. Да мне и в голову такое бы не пришло. Я думал, что родные зашли вместе с тобой в твою палату, чтобы поговорить наедине. Когда я забил тревогу, ты уже летела в Джексонвиль.
- Я увидела тебя с другой и захотела убежать куда угодно, - тихо пояснила Кэт.
- Неужели ты надеялась, что я тебя здесь не найду? Неужели думала, что я так просто отступлюсь от тебя? – Он крепко прижал её к себе. – Ты моя. Ты нужна мне.
И Кэтрин почувствовала, как бабочки в её животе танцуют вальс. Теперь она знала, что слова могут не только больно ранить. Словами можно прикасаться к душе, даря исцеление. Слова могут ласкать нежнее, чем руки. И это было потрясающее чувство. 
- Я хочу, чтобы ты доверяла мне. А я доверяю тебе. – Джуллиан снова приподнял её за подбородок, и легонько поцеловал.  – Давай попробуем ещё раз. Кэтрин Браун, ты выйдешь за меня?
- Да. 
Боже, она это сказала. Ещё двадцать минут назад она размышляла о старости в одиночестве с десятком кошек. Как же она не постоянна!
- И ты представишь меня сейчас тем растерянным людям внизу, как своего будущего мужа? Просто мне кажется, что им не очень понравилось, что я ворвался в ваш дом и заперся в твоей спальне. 
Кэт улыбнулась.
- Я уже думала, что ничем не смогу их удивить. 
- Ого. Значит, я не всё о тебе знаю?   – Джул взял её на руки и плавно опустил на постель. – Давно мечтал целоваться с тобой на нормальной кровати. 
- Ты уверен, что сейчас самое время для поцелуев? Просто у моего папы есть дробовик. И если папа выломает дверь и застанет тебя в моей посели, то он может им воспользоваться.
- После падения самолёта и медведя меня не испугать никаким дробовиком. – Джуллиан опустился на неё сверху, не давая возможности вырваться. – Я чуть не посидел, когда понял, что ты сбежала. Не делай так больше. 
-  Папа мне всегда говорил, что из меня вырастет профессиональная нервотрёпка.
- Это точно. Здесь я с ним согласен. – Джул улыбнулся, склоняясь к её губам.
Кэт не смогла ответить, так как он закрыл ей рот страстным поцелуем. 
Раздался настойчивый стук в дверь.
- Кэт, всё в порядке? – голос Алана. 
- Что происходит? – голос отца. – Кэтрин?
Кэт попыталась подняться с постели, но Джул её удержал. Он сам встал, открыл дверь и остановился в дверном проёме.
- У нас всё хорошо, - ответил он. - Сейчас готовьтесь к ужину, мы поедим, затем я  забираю Кэтти, и увожу в свой дом. И продержу там до самой свадьбы, чтобы она больше не сбежала. 
- До свадьбы? – не понял Алан. – До какой ещё свадьбы?
- До нашей. – Кэтрин поднялась с постели и подошла к Джулу. – Я подумываю стать миссис Блеквуд.