Исцели мои шрамы...часть 2

Пролог

Ирина.

Почему все старинные легенды о любви имеют печальный конец? Герои или погибают, или расстаются. Все время им кто-то или что-то мешает. То обстоятельства, то ревнивые соперники, то вредные родители....

В мифах Древней Греции есть одна легенда. О созвездии "Орион*". Она одновременно и красивая и страшная. О любви и предательстве. О молодом, красивом охотнике по имени Орион и о Богине плодородия и охоты Артимеде. Великой лучнице, что не знает промаха.

Он был возлюбленным Артемиды, а она берегла себя для него... Они были друзьями. Много времени проводили вместе и верили друг другу беспрекословно. Но их любви завидовал Аполлон. Он ревновал Артемиду и придумал коварный план.

В один из дней Орион рыбачил далеко в море. Аполлон позвал богиню и та ни о чем не подозревая пришла к нему...

- Видишь ли ты там вдали черную точку?

- Вижу. - ответила она ему.

- Если ты попадёшь в нее, я разрешу вам с Орионом любить друг друга.

- Правда? Ты не обманываешь?

Наивная Артемида очень обрадовалась этой сделке. Ведь она - богиня охоты и ее стрела всегда попадает в цель. Она взяла свой лук в руки и выпустила самую большую и красивую стрелу прямо в цель. И она попала.

- Аполлон, я сделала, как ты хотел. Теперь ты позволишь мне любить его?

- Да разрешу, вот только.... Ты сможешь любить труп своего Ориона?

- Что? Я не понимаю о чём ты говоришь! Аполлон, что ты задумал?

- Глупая... Ты была так ослеплена своей любовью и нетерпением, что даже не посмотрела, что это была за точка.

- Не может быть! Неужели это был он...

Так и есть - этой чёрной точкой была голова Ориона. Апполон изначально задумал избавиться от Ориона, но хотел сделать это так, чтобы Артемида почувствовала сильную боль, а Орион был обманут любовью к ней. Он был убит той, которую любил больше всего, но самое главное он не понимал за что она его убила, но то что в этом виноват Апполон он так и не узнает, а вот Артемиде было больнее всего, ведь она убила своего возлюбленного и при этом радовалась несколько секунд, пока не узнала, что целью был именно он. Артемида была разбита горем. Она оплакивала Ориона и тогда она решила на века почтить его память и увековечила Ориона на ночном небе.

Так появилось созвездие Ориона, а для Артемиды это было напоминанием о том кого она любила больше всего и кого предала и убила. Нам лишь остаётся надеяться, что у звёзд в этом созвездии есть душа...и Артемида все же была прощена...

Но не я. Тяжелая, железная дверь допросной с грохотом закрывается. Больше всего на свете мне хочется сползти на пол. Под этот стол. Провалиться под землю в огонь преисподней. Чтобы тысячи чертей день и ночь сдирали с меня кожу. Может тогда я избавлюсь от этого липкого чувства. Грязи. Глаза скользят к камере под потолком. Я знаю, они наблюдают. За каждым моим шагом. Поэтому нужно сохранять лицо. Пусть я умру сама для себя. Пусть он никогда меня не простит, но хотя бы останется жив. Они обещали. Если я сделаю все, как надо, то о нем позаботятся.

Делаю несколько глубоких вдохов и медленно встаю. Давай, Ира. Это не сложно. Не страшно. Не больно...

Он был так спокоен. Всего пара вопросов. Лицом к лицу. А потом сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда голубые глаза погасли.... Больше никаких чувств. Лишь холодное, чужое стекло. Губы улыбаются, а глаза мертвы. В них нет больше моего отражения.

Ты со мной, а я с тобой. Но если ты предашь меня, то я убью тебя...

Ты со мной? Ира.

С тобой! С тобой, твою мать!!!!! Мысленно орала на всю эту гребаную ментовку! Глаз камеры следит за каждым выражением на моем лице. Я словно стою рядом и наблюдаю за самой собой. Я слушала его рассказ... Я держала его за руку... Я прикасалась к нему... Только я одна. Вот так по настоящему. Одна на всем белом свете. И кошмары ушли. Он говорил мне "спасибо"...

Чтобы ни случилось, ты всегда можешь доверять мне. Слышишь, котёнок? Кто бы что не сказал и не сделал, ты должна верить мне, а я тебе... Если ты моя, то МОЯ...

А ты? Ты мой?

Конечно твой. Чей же ещё...

Выхожу из зала Суда. Ноги не держат. Прислоняюсь спиной к стене, медленно сползая вниз. Тот последний взгляд мне никогда не забыть. Точно так же он смотрел на Вольского, когда играл с ним в рулетку на выстрелы... Двадцать лет колонии строгого режима. Без права на условно досрочное... Что то внутри непоправимо сломалось. Не починить. Не исправить.

Не помню, как Женька запихивает меня в машину. Как едем к ним в дом. Просто в один момент осознаю себя, сидящей на диване со стаканом виски в руке. Бескровные губы едва шевелятся.

- Я сделала все, как вы хотели. Теперь вы выполните свое обещание?

- Какое, детка?

Грузный мужик, кряхтя, допивает спиртное, присаживаясь рядом с ним.

- А ты молодец. Честно не ожидал. Даже сам Соколовский поверил. Далеко пойдёшь.

Стискиваю зубы, снова произнося медленно каждое слово.

- Вы сдержите свое обещание?

Генерал, вздыхая с притворным сожалением, ставит стакан на столик, откидываясь на спинку.

- Я бы с радостью, детка, но уж больно мужик у тебя неугомонный. Нет бы тихо-мирно ехать, куда везут. Но он же так не может! Час назад Соколовский Роман Дмитриевич был застрелян при попытке к бегству. Вот так вот. Это карма наверное. Помянем, что ли.

Что он сказал? ЧТО ОН СКАЗАЛ?! Глаза впиваются в его рожу.

- Это вы. Это все вы!!! Не врите!!! Это вы приказали!! Почему?! Я же сделала все, как вы велели!!!!! У нас была сделка!!!

- Успокой ка свою девку, сын. Что то она шумная слишком.

- Уроды!!! Твари!!! Ненавижу вас!!! Чтоб вы сдохли!!! Я вас убью! Слышите?! Убью!!! Ночью, пока вы будете спать!!!! Сожгу этот дом к еб..ой матери!!!!

- Евгений! Убери эту мелкую с..ку, а то я за себя не отвечаю.

- Жирный, лысый урод!!! Свинья лживая! Я лично тебя зарежу!!! Клянусь, слышишь?!