Исцеляющая тьмой. Второй шанс

Глава 2

Сориентировавшись, я двинулась в сторону библиотеки. Там точно есть кисти, тушь и бумага — мне нужно будет набросать эскиз для Камалы. А еще — свет. Электрические лампы установили недавно и не во всем доме, но для хранилища бесценных фолиантов матушка не поскупилась.

Это ее вклад в мое будущее, как она любила говорить. Знания — лучшее приданое для девушки. Как это соотносится с запретом на обучение магии, я никогда не могла понять. Даже спустя годы.

Умной быть нужно, а показывать этого нельзя. Особенно мужчинам. Как-то так.

— Ты же собиралась в подвал? — не без ехидства уточнила танна Рангсин.

Она по-прежнему следовала за мной тенью, не мешая, но и не собираясь выполнять мои просьбы. За помощью так никого и не послали. Но требовать или орать по этому поводу смысла нет. Сейчас я подросток, без власти и права голоса. Накачают успокоительным и уложат в постель.

А после я тихо погибну, так и не проснувшись — если, конечно, у Камалы не хватит сил запихать мое бесчувственное тело в шкаф. Снова.

— Сначала мне нужен контроль над даром! — отрезала я, распахивая двери и без сил опускаясь в кресло. Безошибочно нашла нужный ящик. Столько лет прошло, а я все помню. Невероятно. — Камала, я сейчас набросаю эскиз, постарайся воспроизвести как можно точнее.

Кисть пропиталась тушью мгновенно.

Первый мазок я сделала сбоку — разминалась, привыкала заново. Рука шла неохотно, от непривычных движений заныло запястье. Но память пересилила.

Из-за того, что основной дар мне определили неправильно, первой печатью была целительская. Ее пришлось дополнять и дорисовывать по ходу дела, но полноценной некромантской она все равно не стала.

В этот раз я не совершу подобной ошибки.

Если доживу, конечно.

— Откуда ты знаешь эти символы? — дрожащим голосом спросила матушка.

Кажется, до нее начало доходить, что дочь не бредит, а очень даже хорошо представляет, о чем говорит.

— Матушка, вызовите тана Киттипа, пока не поздно, — не отвлекаясь от наброска, напомнила я. — Я постараюсь сдержать тварей, если их не слишком много. Но портал закрыть, боюсь, пока что не в состоянии. Тут полноценная печать нужна.

— Ты училась магии? Втайне?

Поставив финальный росчерк, я отодвинула бумагу и критически оглядела рисунок. Вроде бы ничего не забыла.

— Я обязательно вам все объясню. Утром. Если мы все доживем, — пообещала я.

Со стороны, наверное, выглядело забавно — эдакий патетически настроенный подросток со склонностью к драматизации.

Но матушку пробрало.

Пробормотав что-то неразборчивое, она оставила нас с Камалой и вылетела за дверь.

Надеюсь, не за бригадой ментальных целителей.

— Смотри. Эти две руны должны быть на лопатках. Круг обязательно замкни как следует, чтобы промежутка не осталось. По нему будет циркулировать магия. И еще. Вот эти нужно будет повторить на предплечьях, на уровне сердца. Поняла?

— Да, — служанка кивнула не слишком уверенно.

Я знала, что она увлекается рисованием, но одно дело — малевать пейзажи акварелью, а совсем другое — наносить магические символы на живого человека.

Впрочем, выхода ни у меня, ни у нее не было.

Я скинула халат, спустила с плеч ночную рубашку, обнажая спину, и уткнулась лбом в стол.

Подумала, взяла сухую кисть и зажала зубами.

— Давай, — невнятно пробормотала и взмолилась пресветлой Лаандаре, чтобы у Камалы не дрогнула рука.

Круг кистью. По ощущениям — идеально ровный.

Руна «турисаз»* в центре. Дуалистичная, служит как некромантам, так и целителям. Быстро восстанавливает запасы сил, помогает контролировать их расход.

«Гебо» на левой лопатке. Напротив сердца. Усиление дара, очищение и устойчивость магических каналов. У меня их еще нет — как раз пусть образуются. В бою они получаются прочнее всего.

На «эйваз», нанесенной на шестом позвонке, меня скрутило по-настоящему.

Чернила проедали плоть кислотой, закрепляясь на коже. Я стиснула палочку, чувствуя, как хрустят зубы, но не дрогнула. Если дам понять Камале, насколько мне больно, она точно остановится.

А делать этого ни в коем случае нельзя. Рисунок должен быть завершен.

Кажется, под конец я потеряла сознание, потому что служанке пришлось потрясти меня за плечо и повторить вопрос:

— Танари Маранни, вы в порядке? Я вам сделала больно?

Я помотала головой, приходя в себя. По привычке прогнала по телу простенькое диагностирующее плетение — и оно подчинилось! Криво, косо, но сработало!

Каналы, сформировавшиеся вдоль чернильных линий, на глазах наливались магией как прокопанные канавки на заболоченном лугу.

Пожалуй, теперь можно и в подвал. Надеюсь, маменька все-таки кроме целителей позвала и некроманта и у меня появится подмога.

— Оставайся здесь. Я схожу проверю, что в подвале, — распорядилась я, поднимаясь.

Пол качался, то приближаясь, то опасно кренясь. Проводить инициацию во время болезни — не самая удачная идея, но выбора у меня не было.

— Я вас не оставлю! — твердо заявила Камала, подхватывая меня под локоть.

Ей уже восемнадцать, девушка выше меня на голову. Сопротивляться бесполезно. Да и тратить ману на союзников как-то глупо.

Чем спорить, пусть своими глазами взглянет, что происходит.

По привычке на выходе потушила свет — генераторы берегли, энергию зря не тратили. И в неверном свете луны мне показалось, что мимо окна промелькнула юркая тень.

Мгновение — и пропала.

Я нахмурилась и приникла к стеклу.

Никого.

Впрочем, тварь не таилась бы. Они без раздумий бегут на тепло и источник жизненной силы. Поглощают все, что найдут, и несутся дальше, уничтожая все живое на своем пути.

Раз ничего не слышно — ни возгласов боли, ни тревожных сигналов — значит, портал еще не оформился до конца.

Тряхнув головой, я подхватила Камалу под руку.

— Пойдем. Только ни в коем случае не вмешивайся. И не прикасайся ко мне во время ритуала, — предупредила ее, вспомнив, что девушка еще ни разу меня не сопровождала на вылазках.