Исцеляющая тьмой. Второй шанс

Глава 7

Силы закончились еще в оранжерее. Но показывать этого при матушке нельзя, потому я относительно бодро доковыляла до спальни, пожелала ей хорошего дня и лишь потом, закрыв плотно дверь, рухнула на постель, чуть не сорвав по дороге сетку.

— Ой, бедовая я голова! Вытащила вас, а вы ж болеете еще! — запричитала Камала — предусмотрительно шепотом, чтобы старшая хозяйка не услышала. — Давайте я вам бульон принесу. И вазу для цветочка!

— Вазу не надо, — слабо пробормотала я, глядя в потолок. Последние шаги, особенно по ступенькам, дались мне нелегко. — Мы из него декокт ночью варить будем. Тайно.

— Зачем?

— Для укрепления магических каналов и восстановления сил.

— Хорошо. Я тогда вам удобную одежду подыщу. И фартук, — деловито прикинула Камала.

— Почему ты так спокойно реагируешь? — Я не выдержала и приподнялась на локтях, хотя те все еще подрагивали. — Думала, ты меня отговаривать начнешь и матушке нажалуешься.

— Вы явно знаете, что делаете, — пожала плечами служанка. — И ведете себя не как дитя. Повзрослели, стали серьезнее. Зачем спорить с разумным человеком, если можно просто помочь?

— Спасибо! — выдохнула я, снова откидываясь на покрывало.

Хорошо, когда тебе безусловно доверяют.

Камала и не подумала устраивать допрос. Приняла мою изменившуюся личность как данность. Скорее всего, решила, что так на меня стресс повлиял, и в общем-то была недалека от истины.

Обед она принесла мне в постель, снова. Больше я выходить не рисковала. Цветок положила на подоконник, чтобы подсушить на осеннем солнышке. Благоухание наполнило комнату — файланна не только яркая, но и ароматная. Все, чтобы пчелы не потеряли ее в густом сплетении листьев.

Мед тоже потрясающе полезен, но для этого нужна целая пасека и заросли целебного растения. Надо будет подсказать тану Киттипу, чем заняться в свободное время. Озолотится некромант!

А там, глядишь, и матушка на него по-другому посмотрит.

Да, я твердо решила пристроить родительницу в хорошие руки. По документам она вдова, никто не мешает ей еще раз выйти замуж. В обществе это не приветствуется, однако подозреваю, что неодобрение знати тана Киттипа не смутит.

Прозрачный бульон с кусочком грудки и двумя прозрачными сухариками мало утолил мой аппетит. Я попросила Камалу принести что посерьезнее, и она расстаралась. Не знаю, что там подумали на кухне, но запеченная целиком ножка поросенка исчезла так же быстро, как появилась. Остатки мяса, хрящики и саму кость употребил котенок.

Служанка сначала недоуменно проследила, как я ставлю блюдо на пол, но когда из-под кровати показалась черная усатая мордаха, умиленно заулыбалась.

— Вы бы сказали, что питомца завели. Я бы ему курочки отдельно принесла.

— Я не питомеуууц. Я страж! — гордо заявил Тьмок и с басовитым урчанием впился в свинину.

К счастью, разговаривал он лишь в моей голове, так что Камала в обморок не рухнула.

Я же потихоньку привыкала к необычному зверьку. Одно то, что луж он не оставлял, а исправно навещал уборную, говорило о его приличном интеллекте. Страж он, посланник Тьмы или просто кот — неважно. Заберу себе, пригодится.

До вечера я лежала, но не без дела. Попросила Камалу принести из библиотеки тана Киттипа сборник древних легенд. Она притащила сразу три, разных лет издания.

Тут и выяснилось интересное.

Самый древний, двухсотлетний фолиант в кожаной обложке с золотым тиснением содержал на две легенды больше.

Как и когда они выпали из списка, можно лишь догадываться. Примерно в прошлом веке, потому что новейшее издание оказалось вообще урезано до краткого содержания. Освободившееся место заняли цветные картинки. Красивые, но бесполезные для меня.

Особенно заинтересовала одна из вырезанных историй. О том, как во время захватнического набега на острова Тьма укрыла своих жриц и всех, кто уверовал в нее и спрятался в священном лесу.

Предание о снизошедшей до просьб смертных Мараям переворачивало все представления о темной богине с ног на голову. Неудивительно, что его потом вырезали. Получается, Мараям и в самом деле приходила людям на помощь, а не только пожирала и уничтожала все живое без разбору.

Самое же занятное, что именно в лесу на острове Равиньян теперь проводят ритуал инициации.

Вдруг это тот самый лес?

Можно было бы уточнить у Тьмока, но Камала больше не отлучалась из комнаты. Сидела тихонько в углу и что-то шила.

Котенок урчал, пожирая остатки гарнира — тушеная морковь, как ни странно, ему тоже зашла на ура.

«Ты меня слышишь?» — попыталась я связаться с пушистым помощником.

Но то ли мысленно я разговаривала недостаточно громко, то ли морда была занята слишком важным делом, ответа не поступило.

От нечего делать я даже подремала. Собиралась медитировать, направлять рост каналов, но слабость взяла свое.

Зато к моменту, как на Лантхару наползли сумерки, я пришла в себя достаточно, чтобы переодеться и спуститься к ужину.

Расчет был прост. Мне нужно точно знать, когда все разойдутся по спальням, чтобы незамеченной просочиться во флигель с лабораторией.

За слугами обещала проследить Камала.

Хорошо, что у меня появилась соучастница. Хоть открыть всю правду я ей не могу, но служанка настолько мне предана, что и вопросов задавать лишних не будет.

Надо — значит, надо.

— Очень рад, что вы сегодня присоединились к нам, —вежливо поприветствовал меня тан Киттип.

Светски так, словно мы с матушкой не погорелицами к нему на голову свалились вместе с десятком слуг, а приехали по приглашению погостить.

— А я вам очень благодарна за помощь и предоставленную крышу над головой, — степенно отозвалась я.

Наверное, в моем новом-старом теле со стороны это выглядело забавно, но некромант, к его чести, и бровью не повел.

— Не стоит благодарности. Это мой соседский долг! — Тан Киттип выпятил довольно развитую и в меру прокачанную грудь колесом и скосил глаз в сторону моей матушки — заметила ли и оценила ли его благородство.