Исчезновение золотой курицы или держите меня семеро!

Глава 16

Волк пожал плечами.

- Что я думаю? Все они в казну рыло свое совали, и неоднократно. Разворовали сообща, тут к бабке не ходи. Ты кого там еще хотел допросить? Давай, зови, да пойдем мы к Коту-Баюну, у него третий глаз есть, вдруг скажет чего ценного.

- И то верно, - Настя зевнула. – Нельзя после сытного обеда так интенсивно работать. Вот соснуть бы часок-другой, тогда да, тогда и всех врагов победить можно.

При слове «соснуть» Волк слюной поперхнулся, долго кашлял, выпучив глаза, потом откинулся в кресле и замер со страдальческим видом.

Хмурый Колобок брезгливо скуксился, наблюдая за Серым. Личико его, обычно с хитрым выражением, сейчас было похоже на сморщенный лимон, губки сжаты в куриную попку, носик заморщинился, глазки прищурены. Посидев так некоторое время, крикнул зычным голосом:

- Заводи третьего! А, впрочем, давайте-ка вы отсюда оба! Идите… к Коту! И зачем я вас позвал только?

Долго упрашивать Волка и Настю не надо было – они как по команде вскочили и ринулись к выходу, столкнувшись в дверях плечами и чуть не сшибив толстенького человека невысокого роста, намеревавшегося войти к «господину следователю». Покосившись на странную парочку, тот посторонился, и только потом вошел, прикрыв за собой дверь.

- Свобода! – воскликнула Яга, оказавшись на улице. – Фу, все эти расследования – точно не для меня.

Она с хрустом потянулась, подняв руки, потом с удовольствием потерла затекшую поясницу, размяла шею и взглянула на Волка, который разве что слюной не капал, на нее глядючи.

- Чего застыл? Пошли, что ли. Эх, чую, надо было все-таки царя в жабу, да и дело с концом.

******

Кот-Баюн, персонаж немного мифический и изрядно в детских сказках облагороженный, жил изолированно на специально отведенном острове. Его туда выселили не за заслуги перед Отечеством, а как раз наоборот. Сладкоголосый певец, любимец женщин и детей, этот прохвост заманивал в былые времена к себе путников, да и всяких желающих узнать судьбу, а потом ни косточки, ни лоскутика.

Говаривали, что кто кота этого приручит, тот от всех болезней исцелится, станет сильным, ловким и удачливым. Только байки все это. Кот сам их и придумал. Есть захочешь – не так раскорячишься, как говорится.

В общем, скрутили его однажды, когда он дрых, насосавшись сока валерианы, да и выселили на остров, а чтобы не сбежал, контур охранный поставили – войти туда можно, а вот выйти обратно чтобы, надо либо слова волшебные знать, либо тропу открывать портальную.

В общем, Яга не боялась, но на всякий случай хотела забежать домой и ухват прихватить, чтобы в случае чего отоварить животное по голове.

Волк ее отговорил, мол, времени итак нету, а домой забеги – то сандалики сменить, то кокошник не тот, то ленточка в косе по цвету к трусам не подходит. Дразнился. Нарывался. Квакать не умеет, а туда же! Настя косилась на него, косилась, а сама думала – вот бывают же такие красивые парни! Раньше ей Кощей казался красавчиком, даже, бывало, думала о нем по ночам, обижалась, когда он с Дульсинеей любовь закрутил, а теперь вон – поди ж ты! – Серый по сердцу стал. Как бы не влюбиться в блохастого! А то будет парочка – Баба Яга и Серый Волк – курам на смех! Эх, почему она не обычный человек? Давно бы уже была замужем, с парой-тройкой детишек, да… Тьфу, Яга! О чем ты думаешь? Треснуть бы этого Серого промеж глаз, чтоб знал, как девушек в себя влюблять.

Вскипятившись, Яга шагала быстро и решительно, сжав кулаки. Мало ей потери болота, так на тебе – влюбилась! С утра еще была свободна как птица, а сейчас вон что! И что? Он ожидает, что она вот так просто рухнет к его ногам с воплем «Вова, я ваша навеки!»? Тьфу на него! Попревращать бы их всех в жабий оркестр, да и дело с концом, пусть потом серенады квакают! Распоясались! Ишь ты!

- Настя! – Волк быстро нагнал ее и схватил за локоть, резко крутанув к себе. – Что случилось?

- Отстань! – буркнула она, выдернув руку.

Потом внезапно посмотрела на все со стороны – он-то, бедный, и не знает, какая каша у нее в голове. Вот же дурында.

- Устала я, Вова, - вздохнула. – Люди – это не мое. Не люблю я их. Мне б мое болото, и чтоб никого на тысячи верст. Извини.

Волк тоже вздохнул. Угораздило ж его в помощь этой язве навязаться! И ведь говорила мама, иди в доктора – и руки в тепле, и деньги в кармане, так нет же!

- Пойдем уже к Баюну, прижмем его к ногтю! Думаю, к вечеру уже найдем куру.