Исчезнувший остров. Ключ к свету

Глава 3. «Рабство южного королевства»

Прошло уже несколько дней с сообщения Совета о кончине короля Дарема, а столица Санд-Йэр, окрасившаяся в тёмные цвета траура, так и не оправилась от этой тяжелейшей утраты. Словно с уходом короля эти земли покинула даже самая крошечная надежда на справедливость и светлое будущее. Похороны Дарема по какой-то причине прошли под строжайшим секретом, и никому из простого люда не разрешено было на них присутствовать. Теперь Совет полноправно властвовал, хотя Фандура в последние дни совершенно не было видно. После кончины короля он безвылазно сидел у себя в кабинете и переписывал все законы. Поговаривали, что так он проведёт несколько месяцев. А пока остальные Старейшины упивались властью, простые жители превратились в настоящих рабов без каких либо прав. И лишь в одном месте ещё горел огонёк надежды: как ни удивительно, этим местом оказалась темница Санд-Ланарима. Оуэн скучающе лежал на тюремной жёсткой кушетке, заложив руки за голову и скептически поглядывал на Ника, который маленьким заострённым камушком начертил на каменной стене их камеры на удивление подробную карту цитадели столицы, в которой они, похоже, надолго застряли.

Теперь в темницу ссылали абсолютно всех, кто перечил Совету и был хоть с чем-то не согласен. И как следствие — ни одной свободной камеры. Более того, теперь в камерах находилось по нескольку человек, а не по одному, как было ранее. Но когда камеры переполнились, тюремное начальство полностью убрало пост охраны и на его место поставило еще несколько камер. Теперь темница охраняется лишь снаружи. Даже двери не оставляют открытыми, поскольку стража не выносит вони, исходящей из камер.

— Итак, — тихо говорил бразилец сам с собой, в очередной раз представляя новый план побега, — это все тоннели, ведущие в подземелье, это наша тюрьма, расстояние до поверхности не больше ста метров… Но сразу над тюрьмой располагается... Друг?

— А? — сонно отозвался товарищ.

— Не хочешь помочь? Ты же главнокомандующий, как-никак, сэр Оуэн.

— Неа. Кстати, откуда ты так хорошо знаешь карту этого места?

— Я ставил новые замки на двери.

— И что, у тебя из-за каких-то замков был доступ к чертежам всей крепости? — скептически поинтересовался парень.

— Ну ладно-ладно... — сдался Ник, — только не смей смеяться! Не поверишь, я проводил канализацию во всём замке, а потом несколько раз перепроверял её… Эй! Я же просил не смеяться!

— Прости-прости, — сквозь слёзы от дикого смеха выговорил Оуэн. — Ох, ничего не скажешь, почётная работёнка!

— Да уж... но зато в моём расположении были очень подробные чертежи. Если бы я знал, что мне придётся сбегать из этой тюрьмы, то я бы потратил больше времени запоминанию карт… Но почему я один должен искать выход?! Мы же здесь всё-таки вместе! Даже попытаться не хочешь помочь? Может, у тебя есть хоть какие-то мысли насчёт побега?

— О да! Полно!

— Поделись, — Ник протянул камушек другу, указывая на импровизированную доску.

— О, чтобы изложить все мои многочисленные мысли на этот счёт, мне хватит одного стикерного листочка бумаги и-и-и… непишущей ручки, — Оуэн иронически посмотрел на парня, лицо которого потемнело от злости. — Ник, дружище, послушай. Ты уже несколько дней пытаешься найти выход, всё бубнишь про возможности побега, и до сих пор ничего не придумал. А на эту наскальную живопись я уже не могу смотреть!

— По крайней мере, я хоть что-то делаю! — вспылил бразилец. — И не лежу, сложив руки в ожидании какого-то чуда!

— Ну что ты от меня хочешь?! Я очень давно не ел, а на пустой желудок думать не могу!

— На пустой желудок или на пустую голову?

Оуэн рассерженно встал и сжал кулаки.

— Ребята, не время ссориться друг с другом! — вставил Алантай из камеры напротив. — Сейчас мы должны сплотиться, как никогда! Николас прав, нужно выбираться отсюда! Ведь нас всех посадили в заключение из-за пустяков! Ну ладно, меня заключили под стражу за бунт, это не такой уж и пустяк. Но тебя, Николас, посадили за то, что ты хотел просто выбраться отсюда, а тебя Оуэн, за то, что не захотел сложить своё личное оружие! Даже почти всю стражу, преданную Дарему, посадили под замок из-за таких же мелочей! Всем, кто может оказать сопротивление, «связали руки». Чего им тогда стоит отправить нас на гильотину? Так что неизвестно, сколько мы ещё здесь протянем…

— К тому же мне есть, что терять, — добавил Ник. — Я должен вернуться к жене. Я должен знать, что она в порядке…

— Мне тоже есть, что терять... — задумчиво проговорил Оуэн и внимательно уставился на карту.

В этот момент в тюремное подземелье вошла Рамиса с подносами. Теперь вход в темницу охраняют приближённые люди советников, которые тщательно обыскали кухарку, прежде чем пустить её дальше. Но сидели они не в самой тюрьме, а в коридоре, у входа, по причине неприятных запахов, которые их нежные носы не способны были выдержать.

— Я чувствую запах еды! — воскликнул главнокомандующий, быстро позабыв про карту.

— О нет, только за работу принялся... — закрыл ладонью лицо Ник.

— Кушайте, ребятки, — говорила женщина с печальными глазами, раздавая по камерам подносы.

— О, Рамиса, как долго я тебя ждал, — простонал Оуэн, и его желудок, словно в доказательство его слов, проурчал в ответ.