Ищу мамочку неожиданным близняшкам

2.

АРТУР

— И я могу вас заверить, что наша компания показывает стабильный рост уже третий квартал подряд…, — меня перебил громкий рев из приемной. Не просто плач, а настоящий истошный вопль.

Инвестор Михаил Сергеевич Карпов поднял глаза от документов и нахмурился. Ему за пятьдесят, солидный мужчина, привык к тишине и порядку на деловых встречах.

— Артур Владимирович, там все в порядке?

— Да, конечно. Это дети. Пришлось привести их на работу сегодня, непредвиденная ситуация.

Непредвиденная — это мягко сказано.

За последние шесть месяцев я сменил десятков пять нянь, попробовал частный детский сад, даже бабулю из соседнего дома нанимал.

Никто не работает больше пары дней. Близнецы — это катастрофа в квадрате.

Максим носится как торнадо и крушит все на своем пути, а Софа может часами ныть из-за любой ерунды.

Последняя няня, дипломированный педагог с двадцатилетним стажем, продержалась два дня и сбежала после того, как Макс закинул ее дорогие часы в унитаз.

Элитный детский сад тоже оказался не вариантом. Заведующая деликатно намекнула, что мои дети требуют индивидуального подхода.

Ну то есть выгнали нас оттуда быстренько. И это после того, как я заплатил взнос в двести тысяч.

Вот и приходится таскать их в офис. Не каждый день, но чаще, чем может позволить себе серьезный бизнесмен.

— У меня тоже есть дочь, — Карпов попытался улыбнуться, но получилось натянуто. — Правда, она уже в университете. А я не знал, что у вас есть дети.

— Это... сложная семейная история, — я потянулся к чашке с остывшим кофе.

Как объяснить постороннему человеку, что двухлетние близнецы вдруг свалились мне на голову полгода назад? Трудно рассказать о том, что в тридцать пять лет я вдруг стал опекуном двоих маленьких племянников и понятия не имею, что с ними делать.

— Давайте вернемся к нашему вопросу, — я попытался взять ситуацию под контроль. — Вы хотели увеличить инвестиции на восемь процентов в следующем квартале...

— ПАААААПААААА! — донеслось из приемной тонким детским голоском.

Карпов поморщился сильнее. В коридоре послышался топот маленьких ножек и грохот чего-то падающего.

— Может, стоит разобраться? — предложил он, уже поднимаясь с места.

— Дайте мне минуту, — я встал и вышел в приемную.

Картина была еще хуже, чем я ожидал.

Моя секретарша Лена стояла посреди комнаты с заплаканной Софой на руках, а вокруг валялись разбросанные игрушки, какие-то бумаги и обломки керамической кружки.

Максим сидел под письменным столом и методично отрывал лепестки от букета, который утром принесли партнеры.

— Лена, что случилось?

— Я так больше не могу! — Лена передала мне Софу, и девочка тут же уцепилась за мою рубашку липкими от слез пальчиками. — Она плачет уже полчаса без остановки, а этот маленький разрушитель, — она указала на Макса, — разбил мою любимую кружку и съел все конфеты, которые я прячу в столе.

— Лена, я же просил только присмотреть, пока у меня встреча...

— Только присмотреть? — голос Лены поднялся на октаву выше. — Артур Владимирович, вчера я пол дня их развлекала, пока вы были на переговорах с китайцами. А еще этот... ребенок попытался засунуть мою флешку в кофемашину.

Лена стояла передо мной красная от возмущения, а ее обычно аккуратная прическа напоминала птичье гнездо. На белой блузке красовались разноцветные пятна… похоже, от детского сока.

— Давайте все успокоимся, — я попытался качать Софу, но она только сильнее вцепилась в рубашку. — Это временные трудности. Я понимаю, что это не входит в твои обязанности...

— Временные трудности? — Лена истерически рассмеялась. — Артур Владимирович, это уже седьмой месяц! Седьмой! Я устраивалась к вам работать секретарем и помощником руководителя, у меня два высших образования, а не сертификат няни!

Макс вылез из-под стола, держа в руках остатки букета, и радостно протянул мне один цветок.

— Ня!

— Спасибо, Макс, — я взял помятую розу. — Но цветы рвать нельзя.

— Мозна! — он засмеялся и побежал к окну, где на подоконнике стояли мои награды лучшего предпринимателя года.

— Макс, не трогай! — но было поздно. Хрустальная статуэтка полетела на пол.

— Все, — сказала Лена, хватая сумочку. — Я увольняюсь. Прямо сейчас. Найдите себе няню, домработницу, детский сад, да что угодно, но не ждите, что ваши сотрудники будут работать воспитателями.

— Лена, подожди! У меня сейчас очень важная встреча с крупным инвестором!

— А мне очень важные нервы! А еще больше — психическое здоровье! — она направилась к выходу. — Жалко, что у этих… детей такая судьба, но это не мои проблемы.

Дверь хлопнула так сильно, что задрожали стекла в рамах.

Я остался один с двумя детьми в разгромленном офисе. Софа все еще всхлипывала у меня на руках, а Макс теперь пытался залезть на вращающееся кресло.

— Ну же, малыш, это опасно.

Макс обернулся и улыбнулся мне своей зубастой улыбкой.

— Кач!

— Потом покатаешься. А сейчас давай соберем игрушки.

Софа, под шумок, уже вытирала сопли о мой галстук.

Из кабинета вышел Карпов с портфелем в руках и недовольным выражением лица.

— Артур Владимирович, я, пожалуй, перенесу нашу встречу. Созвонимся, когда у вас будет возможность спокойно поговорить.

— Михаил Сергеевич, давайте закончим сейчас, — я попытался выглядеть как успешный руководитель компании, а не как растерянный опекун двоих маленьких детей. — Дети просто немного устали, это не займет много времени...

Как назло, в этот момент Макс решил продемонстрировать свои акробатические способности и спрыгнул с кресла прямо на журнальный столик. Стопка деловых журналов разлетелась в разные стороны, а Софа заревела еще громче от неожиданности.

— Созвонимся завтра, — коротко сказал Карпов и быстро вышел, явно опасаясь за свою безопасность.

Я медленно опустился в кресло, все еще держа малышку.

Все, встреча с крупным инвестором сорвана, лучшая секретарша за пять лет работы уволилась, а мой респектабельный офис превратился в филиал детского развивающего центра.