Исида, дочь Аменхотепа

Часть пятая

Сначала мне показалось, что я ослышалась, но, приглядевшись внимательнее к говорившему, я поняла, что это был он – тот самый мальчуган, с которым судьба свела меня в Вавилоне. Глядя на то, как он трясущимися руками пытается накинуть мне на плечи плащ, который подал ему один из слуг, я едва не прослезилась, потому что мне стало окончательно ясно, какая огромная пропасть отделяет меня от всех этих людей. В моей душе боролись два противоречивых чувства: с одной стороны, это было ощущение собственного превосходства, а с другой, я немного завидовала им. Ведь, если подумать, их непродолжительный век был насыщен теми радостями, которых я была лишена. Смогу ли я когда-либо ощутить всю полноту любви? Или материнство – доступно ли оно мне? – я не была в этом уверена. Но у меня не было достаточно времени для того чтобы окунуться в свои размышления с головой, потому что Ияри властным голосом приказал собравшимся подготовить покои, достойные «высокой гостьи». Слуг как ветром сдуло, и мы остались вдвоем.

- Я уже и не надеялся снова поговорить с тобой, госпожа, - снова, как в прежние времена, улыбнулся Ияри, и я, повинуясь внезапному порыву, с нежностью провела рукой по его лицу.

Это непроизвольное движение вернуло меня в то время, когда мальчик, истекая кровью, лежал в пыльной повозке, а я утешала его как могла. Вероятно, то же самое почувствовал и он, потому что, хитро прищурившись, отступил на пару шагов и, оттянув вниз ворот расшитой замысловатыми узорами рубахи, продемонстрировал мне шрам, который до сих пор красовался на его груди.

- Это было словно вчера, - я кивнула и плотнее закуталась в плащ. – Но где мы находимся? И как тебе удалось достичь таких высот? Ты ведь…

- Да, я теперь большой человек, - задорно хохотнул Ияри. – Мы недалеко от того места, где все и случилось. Это мой дворец, и ты можешь чувствовать себя здесь хозяйкой. Все мое – твое.

- Благодарю, - мне было приятно слышать такие речи, но, тем не менее, я все еще не понимала, что происходит, и поэтому повторила вопрос.

- Конечно, я обо всем расскажу тебе, как только мы окажемся в более подходящем месте.

На пороге появился молодой человек и, склонившись в глубоком поклоне, сообщил о том, что «покои для госпожи готовы».

- Вот и хорошо, - кивнул мой собеседник и, сделав приглашающий жест, направился к выходу.

Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Выйдя из комнаты, я на секунду задержалась, оказавшись в незнакомой обстановке. Внутреннее убранство «дворца», как его называл Ияри, сильно отличалось от архитектуры, к которой я привыкла. Здесь не было того масштаба, каким могли похвастаться строения Египта и Вавилона – сравнительно небольшой холл, от которого во все стороны расходились узкие коридоры, был отделан деревом. Вообще, у меня создалось впечатление, что вся конструкция была деревянной, и очень скоро я убедилась в том, что так, на самом деле, и было. На стенах не было факелов – помещения освещались естественным способом с помощью небольших изящных окошек.

- Вот, госпожа, надеюсь, тебе понравится, - мы остановились возле тяжелой деревянной двери, на которой были вырезаны незнакомые мне символы, и Ияри отступил в сторону, предоставив мне возможность первой войти в помещение.

Оказавшись внутри просторной комнаты, я сразу почувствовала себя как дома – словно уже бывала здесь. Слуга, который все это время сопровождал нас, вполголоса поинтересовался, требуется ли что-либо еще, и, выслушав указания Ияри, молча удалился. Несмотря на то, что он во время всего разговора смотрел себе под ноги, я в какой-то момент поймала любопытный взгляд, который он украдкой бросил на меня. Что ж, в этом не было ничего удивительного – ведь я, судя по всему, была кем-то вроде мумии фараона, которая вдруг ни с того ни с сего ожила. Интересно, какие слухи сейчас распространяются среди местного населения? Представив себе, что сейчас творится за пределами моих покоев, я не выдержала и рассмеялась.

- Что так развеселило тебя, госпожа? – удивился Ияри, как только молодой человек исчез за дверью.

Я не стала скрывать истинных причин своего смеха, и мой собеседник тоже улыбнулся:

- Да, мои люди любят потрепать языком, этого у них не отнять. Но не переживай – мы готовились к твоему пробуждению, вот только никто не мог сказать наверняка, когда именно это произойдет. Но я всегда надеялся на то, что смогу перед смертью еще раз взглянуть тебе в глаза.

Услышав эти слова, я сразу погрустнела – несмотря на то, что Ияри держался молодцом, было заметно, с каким трудом ему дается каждое движение. Поэтому, поблагодарив его за теплые слова, я предложила продолжить разговор в более комфортных условиях, и мы опустились в глубокие мягкие кресла – это, кстати, стало приятным открытием, которое я тут же оценила по достоинству.

- Ну, теперь можно и поговорить, - Ияри с удовольствием вытянул ноги и расслабился. – Что последнее ты помнишь? Я знаю о том, что происходило тогда, только со слов Тиглата…

- Кстати, о Тиглате, - я только сейчас вспомнила о своем престарелом спутнике, и мне стало стыдно. – Что с ним сталось?

- Он дожил до глубокой старости, - поспешил успокоить меня Ияри, - и умер у меня на руках.

- Это хорошо… - я запнулась, не зная, стоит ли продолжать эту тему.

- Он рассказывал мне, что обнаружил твое тело на холме, внутри священного круга. Ты лежала в позе зародыша и никак не реагировала на его попытки разбудить тебя. Сначала он хотел повернуть назад, но жрец, который, как оказалось, все это время наблюдал за нами, убедил его не делать этого.

- Почему? – мне эти слова показались странными.

- Мы верим в том, что случайностей не бывает, - Ияри выделил слово «мы», впервые заявив о своей принадлежности к местным традициям, чем немало удивил меня. – Видишь ли, госпожа, люди здесь живут по другим законам, и за прошедшие годы я многому у них научился. Кстати, я не сказал тебе, но я теперь главный жрец…