Искать сокровища, найти любовь!

Глава 3. По стершимся следам

Род проходит и род приходит, а земля пребывает во веки.

Восходит солнце, и заходит солнце,

и спешит к месту своему, где оно восходит...

Все реки текут в море, но море не переполняется:

к тому месту, откуда реки текут,

они возвращаются, чтобы опять течь...

Что было, то и будет, и что делалось, то и будет делаться,

и нет ничего нового под солнцем...

Нет памяти о прежнем; да и о том, что будет,

не останется памяти у тех, которые будут после.

(Еккл. I, 4-11)

По прибытии в Обернэ они посовещались, и Стефан решил остаться на ночь, чтобы провести ещё одно тайное совещание на четверых и уж со следующего утра отправиться в монастырь Сент-Одиль. Решили пообедать и кое-что докупить – зарядники, батарейки, шнурки, солнцезащитные очки, карабины и прочую мелочь.

Чтобы попасть в старый Обернэ, они от станции проехали один квартал налево до улицы Генерала Гуро, свернули по ней направо и проехали немного прямо. Там оставили машины и пошли пешком. После мостика показался исторический центр Обернэ, обнесенный стеной с полуразвалившимися башнями.  

- Когда-то башен было пятьдесят две, из них восемь – надвратные, но до наших дней дожили лишь тридцать, – коротко сообщил попутчикам Серж, когда они вошли через одну из таких башен и оказались среди узких старинных улочек с разноцветными фахверковыми домами.  

- Все эти улочки ведут к Рыночной площади. Здесь находится городская Ратуша, построенная в 1370 году, – включилась Ирен в экскурсию.

- Так давно? Никогда бы не подумала, – отозвалась Мелиса.

- Она позже неоднократно перестраивалась. Говорят, особенно красива часть здания, относящаяся к эпохе ренессанса. А вон высится башня Kapellturm, высотой почти шестьдесят метров, она осталась от снесенной в 1873 году старой капеллы Марии тринадцатого века.

- А это что? – показала рукой Ханна.

- Слепок с цели нашего путешествия, – отозвалась Ирен, – фонтан со статуей покровительницы Эльзаса Святой Одилии, установленный в 1904 году.

- А при чем тут Святая Одилия и Меровинги? – спросил Шарль.

- Предлагаю пообедать, – сказал Серж, глядя на Ирен.

- Не возражаю. Противоположную сторону Рыночной площади занимает зернохранилище La Halle aux Blés, построенное в середине шестнадцатого века, сейчас в нём ресторан. Подышим воздухом истории, раз уж забрались в такую глушь. К тому же столики вынесли на площадь. Не будем сидеть в душегубке.

Она пошла через площадь, и вся разношёрстная компания последовала за ней. Серж покачал головой. На таких шпильках по средневековой брусчатке она долго не протянет, придётся прикупить его дорогой дешёвый подарок.

После обеда они посмотрели старинный ренессансный «Фонтан шести ведер» (1579) напротив Ратуши, а оттуда прошли к церкви Святых Петра и Павла в неоготическом стиле, возведённую на месте старого готического храма. На боковой улочке Rue des Pélerins посмотрели на самый старый в городе «Романский дом», построенный в 1240 году. То ли ранний подъём, то ли близость Вогезов и опьяняющий свежий воздух, но после обеда и экскурсии их всех разморило. Решено было отправиться по номерам, отдохнуть.

- Составишь мне компанию, малышка? – подмигнул жене Серж.

- Отвали, – и Ирен потянула за собой Люка.

- Так, девушки, вы вдвоём, надеюсь возражений не будет, – сказал Стефан, вручая сестре и Ханне ключи, – парни, вы втроём, уж извините, но на вас я сэкономил, – и он отдал ключ Морису.

- Сколько мы вам должны? – спросил Мишель.

Стефан махнул рукой и пошёл в свой номер.

- Да ладно вам, не смущайтесь! – шепнул Шарль Морису и Мишелю, – у них денег куры не клюют, здесь только мы из простых и наша Ханна. Идём!

Они подхватили сумки и пошли к себе.

- Кстати, а кто эта Ханна? – спросил Морис, – я видел её пару раз с мадам Леони. Она родственница?

- Нет. Она соседка. Её прабабка дружила с моей бабулей, потом она умерла и оставила дом Ханне. Её предки развелись и живут в новых семьях, а девчонку на бабок бросили, совсем, как мои меня. Она неплохо шьёт. Скатерти нам пошила, бабуля хвалила. Не пойму только, когда и как она спелась с этими, патлатыми.

- А они кто? – Мишель придержал им всем дверь в номер.

- А сам не видишь? Эти точно из Меровингов. Дед не верит, а я верю…

Дверь закрылась, голоса стихли.

Мелисса, о которой снова все забыли, скрылась в своём номере.

Она не ошиблась. Знатный винодел с внешностью культуриста, набитый золотом, ещё более богатый парижанин с королевской фамилией, белокурый красавчик, которого она уже «попробовала», и второй парижанин с запахом замечательно дорогого парфюма, попроще этих двоих, конечно, но и точно не ровня этим троим деревенским соплякам, которых подобрали на обочине.

То, что она сама с той обочины, Мелиса предпочитала забыть и не вспоминать. Пусть кто угодно ищет следы давно умерших правителей мира. Она интересуется исключительно живыми и богатыми...

Стефани испытала смутное беспокойство, увидев в холле отеля двух мужчин в скромных серых костюмах. Как будто уже где-то их видела. Вернувшись к стойке, чтобы спросить, есть ли здесь услуги прачечной, она увидела, как один из мужчин показывает администратору фото. Она разглядела хоть и вверх ногами, что это фото женщины-блондинки. Девушка вздрогнула, но тут же выдохнула. Она же с братом, так что это точно не по её душу, а значит, можно спать спокойно…

3.2

К вечеру разделились на группки и прогулялись по городу. Потом встретили ещё пару таких микрогрупп искателей следов древних франкских королей, которые взяли на себя функции организаторов символического обряда, который они запланировали на седьмой день августа.

- Расскажите мне немного обо всём этом, – взмолилась Ханна, – я и тогда ничего не поняла, и сейчас ничего не понимаю!