Искатель. Избранник богов

Глава третья. Элиафина

    Первое, что предстало моему взору, когда развеялся туман – бескрайняя равнина без единого деревца, сплошь поросшая низкорослой колючей травой из рода остропёров. Лишь на горизонте темнели невысокие холмы. Откуда-то сзади слышался топот копыт, судя по звуку, всадников было трое. Пока я оглядывался по сторонам, топот приблизился, и из-за моей спины на простор равнины вырвались три лошади с седоками. В одном из них я с некоторым удивлением узнал себя, вторым, без сомнения, был Эйфос. Третьим наездником оказалась девушка, судя по длинным, до пояса, золотистым волосам, так как лица я увидеть не смог.

    Все трое были одеты в походную одежду и неплохо вооружены: я узнал Сребролист, и Фрайдин, топор Эйфоса, на поясе девушки висел необычный кинжал с тремя лезвиями, а за спиной колчан с луком и стрелами. Приглядевшись, я понял, что лук и стрелы изготовлены эльфами Двидомина. Эльфийка?! Но ведь эльфы Двидомина вот уже пятьсот лет не покидают своих лесов, и никого не пускают на свои земли! Что бы это значило?

    Я бывал в землях Двидомина в пору своей юности, когда врата Вечного Леса ещё были открыты для всех желающих. С тех пор прошло более шестисот лет, но воспоминания оставались такими же яркими, как в первые дни после посещения тех благословенных земель – такова эльфийская магия, дарующая покой и долгую память о себе всем, кто хоть одним глазом узрел дивные красоты волшебного леса. И вот, спустя столько лет, появляется эльфийская лучница, причём (если доверять моему сну)  наши пути должны совпасть. Есть о чём задуматься!

    Стоило трём всадникам скрыться из виду, как за моей спиной снова послышался топот, точнее грохот копыт, и вслед за необычной троицей промчался целый кавалерийский эскадрон, возглавляемый странно знакомым наездником. Всмотревшись, я понял, что это действительно старый знакомый – Гаройс Пламенное око, прозванный так за налитый кровью левый глаз, словно объятый пламенем. Некогда один из самых отчаянных смельчаков Тефрании бросил ему вызов, вступив в кулачный бой, в котором тот слыл непревзойденным мастером. Парень погиб, но успел-таки попортить красоту Гаройса, оставив ему на память незаживающую отметину.

 
    Более ста лет назад он уже гонялся за нами, когда я в последний момент вытащил Эйфоса из темницы Двальсграда, а по всем дорогам караулили охотники за головами. Но его усилия не увенчались тогда успехом. Видимо, на этот раз Гаройс надеется взять реванш за прошлую неудачу. Впрочем, что-то подсказывало мне, что всё гораздо сложнее, и нам предстоит узнать много нового в ближайшее время.

    Едва вражеский эскадрон скрылся в туче поднимаемой им пыли, как сзади раздался глухой рык, полный неистовой злобы, и вслед за всадниками бесшумно промчался бурый волк. Я похолодел, опознав в нём Фарго. Он на миг замер, принюхался, и с новым ужасающим рыком умчался туда же, куда и все остальные.

    Никогда прежде не удостаивался я столь пристального внимания со стороны Риэ, апостола Хаоса, несмотря на то, что порою мои старания этогозаслуживали. Но, похоже, на этот раз игра пошла по-крупному. Значит, я на верном пути. Теперь само существование Мира становится под угрозу, если мы не отыщем амулет.

    Волосы на моей голове встали дыбом, я почувствовал за спиной невыразимый ужас, обволакивающий тело подобно мокрой простыне. Медленно, очень медленно мимо меня проследовал призрачный рыцарь в полном доспехе с горящим шлемом на голове: легендарный Проклятый Паладин вышел на охоту за нашими головами – это значит, что Джард Тёмный Мастер тоже вступил в игру.

    Мир стремительно сходил с ума: эльфийская девушка путешествовала в компании гнодда и человека, а все силы Тьмы собрались на охоту за этой странной троицей. Куда заведет нас эта сумасшедшая игра, никто не смог бы представить. Пока я силился разобраться во всем происходящем, густой туман снова окутал меня, погружая в краткое забытье, сулящее пробуждение…

    
    Когда я проснулся, Эйфос был уже на ногах, несмотря на то, что часы показывали лишь половину седьмого утра, а спать мы легли далеко за полночь. Но удивляться тут нечему: краткий сон был ещё одной особенностью гноддов. Поэтому, когда я присоединился к нему в гостиной, он уже был готов к путешествию. Взвалив на плечи вещевые мешки с припасами, мы покинули гостеприимные стены жилища Эйфоса.

    Немного погодя, мы быстро шагали по улицам Йалайма, незримые для остальных жителей. Сумеречный шаг Гноддов оказался весьма полезным приобретением: всего за час мы пересекли город, и вышли через Южные врата. На ближайшем конюшенном дворе я приобрёл двух коней: золотисто-рыжего  Зорева для своего друга, и иссиня-чёрного Нахрапа для себя, точь-в-точь как в сегодняшнем сне. Впрочем, выбора и не было – других коней в конюшне не нашлось.

    После небольшой остановки, во время которой мы наскоро перекусили, наши скакуны понесли нас в сторону Чёрного оврага, к границе с Тефранией, на территории которой располагалась искомая башня. Следовало спешить, ведь у нас оставалось всего тринадцать дней до начала празднеств, а путь предстоял неблизкий. Поколебавшись, я всё же рассказал Эйфосу содержание очередного сна.

- Эльфийка, говоришь? - по лицу гнодда было видно, что он удивлён не меньше меня, - выходит, всё серьезнее, чем мы думали. Если эльфы снова выходят из своего убежища, значит - близится гроза. И, судя по всему, мы окажемся в эпицентре этой грозы. Наследный принц Гноддихдании негромко рассмеялся, подставляя своё лицо встречному ветру, затем добавил: