Искорка и клыкастый сигма

глава 5.

— Пойдём, — сказал он. — Поговорим.

В его голосе не было приказа. Но и выбора тоже не было. Как будто он щёлкнул пальцами — и мои ботинки уже сами знают куда топать.

Мы вышли из зала комиссии, свернули налево, потом направо, потом в лифт. Зеркало в нём было честным. В отражении — девочка-подозреваемая: бледная, глаза как у шиншиллы, которую попросили участвовать в налёте на банк, а она вообще-то просто мимо проходила.
Красиво уложенные волосы отчего-то растрепались. Вид, будто только что пережила экзорцизм — и не факт, что успешно.

Мужчина открыл дверь в комнату со стеклянными стенами, жестом пригласил меня внутрь. Внутри — ничего особенного: стол, два стула, кулер, кактус в горшке с наклейкой «Не ной, расти». В общем, уютная допросная.

Я села. Он — напротив. Присмотрелся ко мне внимательно. Как врач, который уже поставил диагноз, но всё равно слушает «что болит».

— Ты действительно похожа на него, — сказал он наконец.

Я моргнула.

— На кого?

— На Себастьяна. — И добавил после паузы: — Он был моим братом.

Тихо. Без пафоса. Просто факт. Как будто сказал: «У тебя, Лия, шнурок развязался». Я уставилась на него, не совсем понимая. Оу, так это мой дядя?! Родной дядя по отцу? Стоп... а почему он говорит о моем отце в прошедшем времени?

— Был? — переспросила я.

Он кивнул.

— Себастьян погиб почти четырнадцать лет назад.

И вот тут — внутри что-то не просто щёлкнуло, а провернулось на ржавой петле. Как будто кто-то пинком открыл старую запертую кладовку, где хранилось прошлое, и всё хлынуло наружу.

Я жила с мыслью, что его больше нет. Просто умер. Точка. И в этом — как бы цинично ни звучало — была своя логика. Свое спокойствие.
Мама никогда не раздувала из этого драму. Не рыдала по ночам, не смотрела в окно под дождём. Она просто была. Сильная, спокойная, одинокая — по выбору.
Я даже уважала её за это, за то, что она не зациклилась, не пошла искать замену. Хотя я бы не возражала. Наоборот, хотела бы, чтобы у неё появился кто-то.

Но мы почти не говорили об отце.
Не потому что запрет, а потому что… ну зачем?
Он умер. Что тут обсуждать?

А вчера — бац. Поворот на сто восемьдесят. Оказывается, он был жив. Просто ушёл. Очередной взрослый мужик, который сдулся при виде ответственности.

И вот я злилась. На него. На неё. На всех. Строила себе в голове образ труса, беглеца, мага-осеменителя с отсутствием совести.

А сейчас?

Сейчас он снова мёртв. Только уже по-настоящему.

И мозг как будто не успевает за всем этим.
Вчера — трус. Сегодня — труп. Завтра, может, окажется, что он спас планету, а я — часть пророчества.
Кто его знает?

Я закрыла лицо руками.
Глаза не жгло — но хотелось, чтобы жгло. Хоть бы чуть-чуть.
Слишком много всего. Один день — а ощущение, что прожила сезон сериала без перемотки.

— Как это произошло? — выдохнула я.

— Катастрофа, — ответил он. — Машину взорвали. Подкладка была магической — сработала при активации зажигания. Он не выжил.

— Взорвали? — у меня дрогнул голос. — То есть... это не просто авария?

— Нет. — Он смотрел в сторону. — Его пытались убрать. Он был... неудобен.

Я села ровнее.

— А вы... вы знали обо мне?

Он снова посмотрел на меня.

— Да. Себастьян говорил. Он проверил тебя сразу после рождения — искры не было, так что скрыл тебя от клана. Это не приговор — просто путь в другую сторону. Он надеялся, что ты вырастешь счастливой, нормальной. А потом погиб. И...

Он развёл руками. Мол, вот так.

— То есть... — я проглотила ком. — То есть вы знали, что я есть. Всё это время. И не сделали ничего?

— Но ты же была обычным человеком, — тихо сказал он. — А теперь... ты проявилась. Ты маг. Ты часть рода. Приятный сюрприз, как ни крути.

— Ну да. Сюрприз. Такой, знаешь, с отсрочкой на шестнадцать лет. До этого — ни писем, ни звонков, ни совета по выбору шампуня. А теперь — хоба! — семья.

— Да, семья, — подтвердил он, ни капли не смутившись. — Ты часть клана Полынное Пламя. И как любая часть клана, у тебя будут определённые привилегии.
И определённые обязанности.

— Прекрасно, — фыркнула я. — Только дайте мне сначала разобраться во всем, а вас, многоуважаемый дядя, я вообще впервые вижу.

Он продолжил, будто не слышал.
— Для начала тебе нужно научиться контролировать свою силу. Академия Латимор — лучшее магическое учебное заведение в стране. Там ты получишь всё необходимое. Базу. Практику. Связи.

— А без связей — никак? — пробормотала я. — А если я просто хочу... не знаю, получить сертификат мага, научиться не поджигать всё вокруг и жить нормальной жизнью, безо всяких кланов?

Он посмотрел на меня. Долго.
— Нормальной? — переспросил. — Лилия, ты носитель редкого, первородного пламени, и это как минимум опасно – можешь поджечь саму себя. А как максимум быть одной в твоем случае – остаться одной без защиты. Без наставников. Без контроля. Лилия, магия — это не «прыг-прыг, фокус». Это сила. Ответственность. И, иногда, проклятье. Академия Латимор — не привилегия. Это необходимость.

— Звучит заманчиво, — пробурчала я. — Ещё скажите, что форма у них чёрная с золотом и обязательная причёска в стиле «злая ведьма третьего уровня».

Он хмыкнул.

— Форму ты выберешь сама. Но учёба будет непростой.

— Я и не жду лёгкого пути, — выдохнула я. — Просто... знаете что?

— Что?

— Мне нужно немного времени. Привыкнуть к мысли, что у меня был отец. Что он умер. Что у меня есть дядя. Что я теперь часть какого-то клана, и, оказывается, не просто девочка с дешевым телефоном и пауком по имени Жора в моей спальне.