Искра Дракона

8 Глава

— За что? — Мой голос сорвался тише шепота. — Он же ничего плохого не сделал! Просто хотел помочь.

Артикин медленно, будто каждое движение давалось с усилием, поднял голову. Его взгляд был бурлящим котлом: ярость клокотала на поверхности, но под ней – густая усталость, отпечатавшаяся тенями под глазами, и что-то неуловимо хрупкое… растерянность?
— Помочь? — Слово прозвучало холодно и отчетливо. — Тайрен — ссыльный. У любой его «помощи» есть цена. А его панибратство... — Он шагнул вперёд, и его тень накрыла меня. — ...недопустимо. Ни один уважающий себя дракон не позволит лезть так к Паре другого. Он знал, на что идёт. Считай, что легко отделался.

Его близость обожгла. Волна тепла прокатилась по коже, заставив сердце бешено колотиться — и от злости, и от чего-то другого, предательского.
—Я не твоя собственность! А Тайрен... — я резко махнула рукой в сторону двери, — ...он видит во мне человека, а не сосуд для потомства!

Артикин вздрогнул всем телом. Золото в его глазах вспыхнуло ослепительно и тут же погасло, уступив место глубокой, немой ране..
—А я что делаю? — его голос надломился. — Рассказываю тебе о мире, о его законах, о нашей истории… .. А ты смотришь на меня как на надзирателя. С ним смеёшься, а для меня — одна стена. Почему?
Он медленно провел ладонью по лицу, жест внезапной, сокрушительной усталости.
—Думаешь, я этого хотел? Четыреста лет я был один. И меня это устраивало. А теперь... мы оба в этой ловушке. Оба

Его слова ударили неожиданно. Я замерла. Мой гневный пыл на миг угас перед этой новой, неудобной правдой. «Он... тоже не выбирал это?» Могучий дракон передо мной выглядел… таким же сбитым с толку.

— Но... — попыталась я возразить.

— Но я принял это! — перебил он, и в его голосе снова зазвучала сталь. — Потому что иначе — смерть. Для нас обоих. Я не тащу тебя в постель. Не требую «исполнять долг». Даю кров, защиту, знания. — Он посмотрел на меня прямо, и в его взгляде вдруг появилась уязвимость. — Я не святой. Я дракон. Властный, вспыльчивый. Но я не чудовище. Дай мне шанс. Хотя бы шанс.

Его исповедь повисла в воздухе. Я стояла, ошеломленная. «Он не был ангелом, но и тем чудовищем, каким я его представляла… тоже не был.» Осознание било под дых, подрывая мою опору.

–Давай начнем с чистого листа. Сегодня. После заката. В саду на западной террасе. Просто поужинаем вместе. — Он сделал паузу, и в его взгляде появилось что-то неуловимо новое. — И давай договоримся: между нами не будет этих вечных «вы». Говори мне «ты». После столетий, когда меня окружают лишь почтительные «владыка» и «господин»... — его голос на мгновение стал тише, — ...мне бы хотелось услышать от тебя простое «ты».

Я почувствовала, как что-то сжимается в груди. Всего одно слово... но оно меняло всё. Стирало дистанцию, которую я так старалась сохранить. Сделать этот шаг было страшно — как будто я признаю что-то, к чему не была готова.

— Хорошо... — тихо выдохнула я, чувствуя, как дрожит голос и по спине бегут мурашки. Этот простой слог менял всё. — Я буду говорить тебе «ты».

Словно эхо, это «ты» прозвучало во мне с новой, пугающей силой. И тут же, осознав, куда может завести этот вечер, я поспешно добавила:
—Но ужин... Не думаю, что это хорошая идея...

— Кто-то боится? — Он перебил мягко, но с неоспоримой властностью, звучащей в каждом слове. В его глазах вспыхнул тот самый вызов, смешанный теперь с едва уловимым, опасным азартом.

— Вот еще, с чего ты взял, что я боюсь? — парировала я с возмущением, чувствуя, как щеки начинают гореть.

— Боишься, что я окажусь не таким уж монстром? — Он улыбнулся, едва заметно. — Боишься, что я окажусь просто мужчиной?

Его слова попали точно в цель, в самое больное место моей обороны. Страх? Да. Страх перед этой игрой, перед его проницательностью, перед жуткой возможностью, что он прав. И ведь правда – он был невероятно притягателен. Лицо, будто высеченное из темного мрамора – высокий лоб со шрамом, острые скулы, решительный подбородок. Мощное тело, покрытое шрамами прошлых битв, хранившее свои тайны. Но больше всего – эти глаза. Бездонные черные пропасти с вертикальными зрачками, в глубине которых тлели золотые искры, разожженные моим светом. Будь не эти дурацкие метки, он бы и глянуть в мою сторону не удостоился, — пронеслась ядовитая мысль, от которой почему-то стало чуть горько.

— Хорошо, — бросила я с ледяной усмешкой, высоко вскинув подбородок. — Приду.

Уголки его губ дрогнули в едва уловимой улыбке. Победной.
— Я буду ждать тебя после заката.

***

Путь в мои покои пролегал через длинные, прохладные коридоры Утеса. Высокие своды терялись в полумраке, лишь кое-где факелы бросали трепещущие блики на древние камни. Мои шаги глухо отдавались в пустоте. Воздух пах камнем, пылью веков и… едва уловимым ароматом ночных цветов, усиливавшимся по мере приближения к спальне. Я шла, ощущая тяжесть только что произошедшего, как физическую усталость. «Кто-то боится?» Его слова, как набат, гудели в висках. «Он поймал меня на слабо. Расчетливо. И зачем я только поддалась?» Отступить сейчас – значило признать, что он прав. «Ни за что.»

Я миновала последний поворот, поднялась по спиральной лестнице и уперлась в высокую дубовую дверь. Тяжелое дерево было прохладным под пальцами. Толкнув, я вошла в роскошную тишину своих покоев. Прислонившись спиной к закрытой двери, я почувствовала, как дрожь, сдерживаемая все это время, наконец пробирается по телу. Гнев пылал – на него, на Тайрена за его дурацкую выходку, и на себя. За эту дурацкую реакцию. За то, что позволила ему зацепить.

— Идиотка, — прошептала я в тишину, отталкиваясь от двери и зашагав по гладкому мрамору. Ритм шагов не мог заглушить внутреннюю бурю. Подойдя к огромному гардеробу, я резко распахнула тяжелые створки. Буйство тканей и красок – шелк, парча, бархат, самоцветы. Роскошь, о которой на Земле и не мечтала. Пальцы скользнули по прохладной глади, остановившись на простом платье из серебристо-серого шелка. Скромный вырез. Длинные рукава.