Искра в академии огня

2

«Помогите!» – хотела заорать я. Конечно же ничего не получилось. Но вышло издать тоненький жалобный писк.

Ура! Сумела пищать, рано или поздно сумею и позвать на помощь. Меня спасут, вытащат из огня… Если только… Если это не они положили меня сюда!

Теперь объятия ужаса были ледяными. Снаружи охапки искр медленно прожаривали меня, а внутри растекался морозный ужас. Совсем как знаменитый десерт – торт с мороженым внутри.

Я хихикнула. Покрылась ожогами, вот-вот отдам концы, но хихикаю! Видно, от боли начала ехать крыша!

И тут я поняла, что хихикать у получилось в голос! И меня услышали!

Ближайшая фигура в балахоне больше не пела и не раскачивалась. Она стояла, неподвижно повернувшись ко мне. Просторный капюшон съехал немного с головы и открыл мне человека. Это была молодая женщина. Пухлые розовые губки, белые кудри, уложенные в высокую прическу. Парочка локонов распушились и прилипли к взмокшему лбу.

Признаться, не так я представляла себе фанатиков, которые пытались принести меня в жертву. Скорее уж ждала мерзких сморщенных горбатых старикашек. А тут прелестная хрупкая блондиночка!

Я опять хихикнула. И опять вслух!

Блондинка приоткрыла пухлые губки и сложила их в немое «О!»

Сообразив, что могу издавать звуки, я попыталась кричать. Хотелось накрыть ругательствами, проклятиями и мольбами о пощаде странную дамочку. Но не вышло…

Тогда я вдохнула и сделал единственное, на что была способна, вытаращила изо всех сил глаза.

Блондиночка открыла рот пошире, но продолжала молчать.

Может, это часть ритуала? Или на всех присутствующих накладывали заклятие безмолвия.

Я не переставала таращиться. А для убедительности еще и моргнула пару раз.

Блондинка отмерла и принялась шарить руками по сторонам. Взгляда с меня она не сводила. Опасалась, что я ее съем? По крайней мере, вид у нее был перепуганный.

Нащупав слева и справа от себя балахоны, блондинка дернула. Да так, что сорвала с одной фигуры капюшон. Под ним оказался черноволосый мужчина со смуглой кожей. Он криво улыбался и тут же принялся ворчать.

Значит, они разговаривать могли.

Заметив выражение лица блондинки, мужчина повернулся ко мне. Ехидная улыбочка не исчезла с его лица, а вот глаза он округлились. Вместе это выглядело откровенно безумно.

Меня все же изловили сектанты? И теперь они пытались совершить жертвоприношение? А удивлялись лишь тому, что я не вовремя пришла в себя?

Ужас окончательно меня парализовал. Теперь я и моргать боялась. Вдруг сектанты поддадут жару, чтобы я горела побыстрее.

Фигура справа от блондинки откинула капюшон. Это тоже была женщина, но на этот раз брюнетка. Ее волосы черным водопадом хлынули на плечи. На узком красивом лице не было и намека на удивление.

– Откуда она там взялась? – прошептала блондинка.

Брюнетка молчала, лишь разглядывала меня. Изучающе, словно экспонат в музее или реактив в лабораторной пробирке.

– Это ритуал богини огня. Никто не посмел бы вмешиваться в него, – брюнетка слегка склонила голову набок.

– Только если ее брат… – мужчина перестал удивляться и задумчиво сощурился. – Может таким образом он пытается…

– Да что вы такое говорите? Ритуал не предполагает жертвоприношений… – блондинка переводила взгляд с мужчины на брюнетку и обратно. Для этого ей приходилось быстро вертеть головой, походя на взъерошенную птичку.

– Это сейчас не предполагает… – мужчина продолжал кривить губы в усмешке. – А вот раньше…

Глаза мои вновь наполнились слезами. Я лежала посреди жертвенного алтаря. Даже его хозяева не знали, как я тут очутилась. Но и спасать меня не собирались.

– Может кто-то специально послал сюда эту… Хм… Девушку. Может он пытается провести иной ритуал. Более важный. Возможно, это брат богини. И кто мы такие, чтобы мешать высшему замыслу?

– Ах! – не удержалась блондинка от громкого восклицания.

Мужчина зашипел на нее, но было поздно. Люди в балахонах один за другим скидывали капюшоны. Одни замирали в удивлении, другие начинали перешептываться с соседями.

А меня продолжали обсыпать жгучие искры. Ближайшая чаша с маслом наклонилась, обливая маслом постамент. Искры тут же жадно подожгли его. Теперь пламя танцевало в миллиметрах от моего лица. Я же могла лишь тихонько скулить. Но даже этот звук терялся во всеобщем гомоне.

Несколько капель раскаленного масла попали на щеки. Это заставило меня вопить от боли и ужаса, но все еще лишь мысленно.

Сектанты были растеряны. Они увидели меня, вот только спасать не собирались!

– Кто она?

– Как сюда попала?

– Что происходит?

Голоса уже кричали, перебивая друг друга.

– Ее нужно достать, – наконец женщина с рыжими волосами подала здравую идею.

– Нет! – гаркнул ухмыляющийся мужчина. – Кто мы такие, чтобы вмешиваться в планы богини?! Она послала сюда девушку, значит, такова ее воля!