Искра в его глазах

Жертва

Берт

***

Когда я наконец смог разлепить веки, меня охватило ощущение полнейшего хаоса: мир словно сошёл с ума, бешено вращаясь вокруг меня. Мысленно ощупав себя, я обнаружил, что моё драконье тело покрыто множеством ран, каждая из которых пульсировала болью. Я не решался даже вообразить состояние моего человеческого облика после всего случившегося.

Когда картинка, наконец, успокоилась, моё внимание привлекла Аэлина, мужественно защищающая меня световым щитом. Я вспомнил наставления архимага о том, что для разрушения ядра требуется одновременный удар Светом и Тьмой.

Меня охватила тревога: моя девочка уже потратила огромное количество энергии её собственные резервы были на исходе, и она едва держалась на ногах. Боюсь, у Аэлины просто не хватит сил для создания нашего двойного достаточно мощного потока.

Однако мои собственные запасы энергии, к счастью, оставались нетронутыми, так как драл я проклятого Сумрака вовсе не магией.

*Аэлина*, – произнёс я, стараясь, чтобы мой мысленный голос звучал как можно спокойнее, – *Пожалуйста, направь весь свой свет в меня*.

– Что?! – взвизгнула она в ответ, чуть не потеряв концентрацию. Световой щит ощутимо задрожал. – Берт, ни в коем случае! Это убьёт тебя! Твоё тело просто не выдержит!

*Выдержит, чтобы стать проводником*, – отрезал я. – *Верю, что тьма внутри меня сможет принять твой свет и переплестись с ним. А я направлю эту смесь прямо в сердце моего отца. У нас нет другого выхода, не забывай: ты уже израсходовала слишком много сил. Мы должны спасти всех, помнишь?*

– Нет, нет, нет! – мысленно запричитала Аэлина. – Мы что-нибудь придумаем! Я не могу… я не хочу так. Мы к такому не готовились!!

Я всматривался в её глаза, в эти сияющие озёра, наполненные ужасом. Мне хотелось прорычать от гнева из-за того, что я причиняю ей душевную боль, но другого выхода действительно не было. Моя тьма, собранная в плотный клубок, уже клубилась внутри меня, готовая к выбросу.

*Аэлина, сделай, как я прошу, медлить больше нельзя!*

*Берт, нет! Ты погибнешь! Твоё тело разорвёт на части!* – её мысленный вопль был полон отчаяния, и каждое слово ранило меня сильнее любого удара когтями.

Я видел, как подрагивают её крылья, как меркнет свет вокруг из-за её внутренней борьбы. Сумрак, эта липкая и бездушная мерзость, уже обвивала мои задние лапы, вонзалась ледяными щупальцами в мои раны, пытаясь проникнуть в сознание. Времени почти не оставалось.

*Аэлина, послушай меня!* – мысленно прокричал я, вкладывая в свой голос всю свою волю, всю свою любовь, заставляя её слушать. *Это мой выбор и мой долг перед этим миром, перед всеми…*

*Перед какими ещё всеми?!* – огрызнулась моя спутница, и в её мысленном голосе промелькнула знакомая дерзкая нотка, отчаянно пытающаяся скрыть панику. *Давай лучше просто сожжём эту гадость вместе, и дело с концом!*

*Это не сработает! Для слияния сил необходим баланс, помнишь? Я не тратил свои силы, а ты измотана до предела. Не получится полноценного потока, да и последние ресурсы ты потратишь впустую.*

Аэлина замотала головой. Я шагнул вперёд, подставляя свою грудь под её свет. Каждое движение отдавалось яростной болью в ране на боку.

*Когда я смотрел в зеркале на твой мир, Аэлина, и видел все эти хитроумные изобретения и необычно одетых людей... Мне всё это казалось странным, но я понял, что каждый мир прекрасен настолько, насколько странным он кажется другим. Этот мир тоже пресрасен по-своему. Невероятный запах сосны после дождя, звёзды, как бриллианты, и наши с тобой полёты вдвоём. Ни один из этих миров не заслуживает уничтожения. А Сумрак не успокоится, пока не останется одна пустота. Ни яблоневых садов, ни таверн с кислым элем, ни даже тебя.*

Я видел, как Аэлина окаменела, услышав мои слова. Сумрак, воспользовавшись её замешательством, снова усилил давление на световой щит.

*Твоя задача, моя упрямая и прекрасная спутница, – нести свет дальше. Прожить долгую драконью и человеческую жизнь, найти новые яблоневые сады, чтобы вдоволь наесться своих любимых яблок. Смеяться, иронизировать, давать всем жару. А моя…* – Я собрался с силами, пристально глядя в её сияющие глаза. *Моя задача – защитить всех, и тебя в том числе.*

*Это самый безумный план, который я когда-либо слышала! Я не позволю!* – прокричала Аэлина у меня в голове. Я понял, почему она не произносит свои мысли вслух: Сумраку совершенно незачем знать о наших планах. Это означало, что она почти согласилась. По её щеке скатилась серебристая слеза.

*Ты уже всё мне разрешила наперёд, –* мягко ответил я. *– Тогда, в пещере, когда взяла меня за руку. Когда поверила мне и отправилась со мной в это самоубийственное путешествие, даже когда у меня не было чёткого плана. Поверь мне и сейчас. Сделай это для всех тех миров, которых ты никогда не видела. Ради того мальчишки, которым я был когда-то, и который мечтал о чём-то большем, чем быть сосудом для Сумрака. Ради нас обоих. Чтобы наша история не кончилась здесь, в этой грязи. Направь свой свет в меня, Аэлина.*

Больше говорить было бессмысленно, да и времени уже не оставалось. Но я видел, как меняется её лицо. От ужаса – к ярости, а потом – к горькой и безутешной печали, но в самой глубине её вспыхнул огонёк стальной решимости.

Словно через силу, Аэлина кивнула, приготовившись отдать мне всю свою силу.

Я развернулся лицом к пульсирующему Сердцу-Ядру, к этому чёрному, искажённому кристаллу, в котором тлела искра моего отца. Собрал в себе всё: боль от ран, ярость за всё, что у меня украли, чувства к моей язвительной драконице, любовь ко всему этому безумному и прекрасному миру. Всю свою тьму, безмятежную, как глубокая ночь, что обязательно уступает место рассвету.

*Я люблю тебя больше жизни, мой Рогатик.*

И в этот момент меня пронзил свет.

Это невозможно описать – будто на тебя обрушилось солнце. Жар, чистый, невыносимый, ослепительный жар самой жизни. Чешуя на спине затрещала, лопаясь. Шкура пошла трещинами. Боль была адская, казалось, я рассыпаюсь на атомы, растворяюсь в этом потоке.