Искра во тьме

4.Конец

Он стоял, широко расставив ноги, спиной к ней, лицом к чудовищу. Его плащ был отброшен назад.

– Назад, книжный червь, — прорычал он, не оборачиваясь. Его голос больше не был бархатным — он гремел, низкий и опасный, наполняя коридор. — Закрой глаза.

Но она не могла. Она видела, как по его рукам, обнаженным до локтей, поползло золотистое свечение. Узор на коже не просто светился — он двигался, как живой, и кожа под ним начала меняться, становясь твердой, переливчатой, похожей на чешую. В воздухе запахло озоном и горячим камнем.

Теневая сущность, почуяв более мощную добычу, с рычанием, похожим на шелест тысячи сухих листьев, бросилась на него.

Кайран не отступил. Он выбросил руку вперед, и из его ладони вырвался не огонь, а сгусток чистого, ослепительного жара — золотисто-белая дуга энергии, которая с шипением рассекла тьму. Сущность взвыла — звук, от которого задрожали стекла в витринах. Но она не исчезла. Опаленная, она разделилась на несколько щупалец и обошла его с флангов, одно из них потянулось прямо к Элиане.

Она вскрикнула. Кайран обернулся, и в его янтарных глазах, теперь полыхавших внутренним огнем, она увидела не холод, а яростную, почти паническую решимость. Он рванулся к ней, отталкивая ее от щупальца своим телом. Теневая хлысть со свистом опустилась на него, обвивая руку.

Кайран стиснул зубы. Его кожа там, где касалась тьмы, покрылась инеем. Он крикнул что-то на непонятном, гортанном языке, и пламя вспыхнуло уже вокруг всего его предплечья, сжигая тень. Сущность отпрянула, но теперь все ее внимание было приковано к нему.

– Беги! — закричал он ей, отбиваясь сжатыми кулаками, из которых теперь вырывались короткие языки пламени. — К центральному залу, подними тревогу!

Но Элиана не побежала. Она увидела, как ледяной след от прикосновения тени ползет по его руке к плечу. Как его лицо исказилось не только от усилия, но и от боли. Страх за него, острый и неоспоримый, пересилил страх за себя. Он сдерживает ее ради меня. И он проигрывает.

Ее взгляд упал на ближайший стеллаж. На полку с книгами по древним заклятьям, на самую простую и базовую из них — «Очищение светом». Для слабого мага она была бесполезна. Но...

Он дает тепло, жар, свет, — пронеслось в ее голове. — Я могу дать форму, направление, контроль

Без раздумий, на чистом инстинкте, она рванулась к Кайрану, встав рядом с ним. Он с ужасом взглянул на нее:

– Что ты делаешь, дура?!

Элиана схватила его за запястье не обожженной, а здоровой руки. Кожа под ее пальцами была обжигающе горячей, пульсирующей нечеловеческой силой. Искра, всегда тлевшая между ними, вспыхнула ослепительным пожаром.Это было не раздражение, не ненависть. Это был мощный, оглушительный резонанс. Ее разум, острый и упорядоченный, встретился с его бушующей, первозданной мощью.

Она закрыла глаза и не стала читать заклинание. Она показала ему его. Вложила в прикосновение ясный, кристальный образ: чистый сферический взрыв света, изгоняющий тьму, не причиняя вреда книгам, камню... им.

Он вздрогнул. И понял.

Кайран повернул свою захваченную руку, сцепил свои горячие пальцы с ее холодными. В этом соединении что-то щелкнуло, замкнулось.

— ДАЙ! — прогремел его голос, обращенный уже не к ней, а к силе внутри него.

Она вдохнула и выдохнула, направляя, как луч через линзу:

— ВЫПУСТИ!

Из их сцепленных рук хлынула не просто вспышка. Это была волна сияющего, разумного пламени. Оно не горело. Оно очищало. Оно заполнило коридор ослепительно-белым светом, в котором теневая сущность заколебалась, зашипела и начала рассыпаться, как пепел на ветру, с тихим, жалобным шепотом. Через секунду от нее не осталось и следа.

Свет угас. Внезапно наступившая тишина оглушила. Фонари снова горели ровно.

Элиана стояла, все еще держась за руку Кайрана. Она дышала часто-часто, вся дрожа. Он смотрел на нее, его глаза постепенно возвращались к обычному янтарному цвету, но в них не было ни капли прежней холодности. Только шок, потрясение и что-то невероятно теплое, уязвимое.

Он первым нарушил тишину, его голос был хриплым:

– Ты... Ты направила мою силу. Никто... никто никогда не мог этого сделать..

Она посмотрела на их сцепленные руки. Его кожа уже снова была обычной, лишь на предплечье остался след от ожога тени — темная полоса. Ее не отпускало странное чувство... завершенности. Как будто что-то щелкнуло на свое место.

–Ты...подставился под нее. Ради меня, — прошептала она, и голос дрогнул. Вся ее злость, все стены рухнули в один миг, смытые волной благодарности и чего-то другого, огромного и пугающего. — Почему?

Он медленно, будто боясь спугнуть, поднял другую руку и легонько, кончиками пальцев, отстранил прядь волос с ее щеки.

–Потому что с того дня, как ты чуть не свалилась мне на голову с лестницы, я не могу думать ни о чем другом, кроме как о тебе, — тихо признался он. — И эта мысль сводила меня с ума. Я ненавидел это. Ненавидел эту... искру

–Я тоже, — выдохнула она, и в ее глазах выступили слезы. Слезы облегчения. — Я тоже ненавидела. Потому что боялась..

Он наклонился ближе. Его лоб почти коснулся ее лба.

–А теперь?

Теперь она не отшатнулась. Теперь искра внутри нее не жгла, а согревала. Она потянулась к нему, закрывая глаза.

–Теперь... я не знаю. Но бежать от этого больше не хочу

Их губы встретились. Это был не нежный поцелуй. Он был таким же, как они сами — дерзким, полным огня и внезапной, всепоглощающей нежности. В нем была вся накопленная злость, все отрицание и вся та невероятная сила, что родилась, когда их сущности слились воедино. Поцелуй истинной пары, которая наконец перестала бороться с собой.

Когда они разомкнулись, чтобы перевести дух, в дальнем конце коридора послышались торопливые шаги и голоса — стражники библиотеки, наконец поднявшие тревогу.

Кайран не отпустил ее. Он смотрел на нее, и в его глазах горела новая, тихая уверенность.