Искренне Ваш. Часть 1

Глава 1. Заветное письмо

2 августа 1812г. Петербург

Ольга, друг мой,

Ваше молчание меня начало тревожить, дорогая моя, добрая Ольга, и ваше письмо было нельзя более кстати. Совсем скоро свидимся уже с Вами. Дела вынудили меня задержаться в Петербурге. Но теперь я совершенно свободен до начала учебы в Академии и с нетерпением ожидаю прибытия домой. Приеду к именинам. Вы, Ольга, разумеется приглашены на празднование, матушка и отец, кажется, затевают что-то грандиозное. Но приходите, по-простому, по-соседски.

Очень жду нашей встречи и объятий. Мысли о том, что скоро я увижу Вашу улыбку на самом деле, а не в мечтах, окрыляют меня. Наверное неприлично такое писать, но простите мне мою пылкость, mon amie.

Примите уверения в моей преданности и непременно передавайте поклон бабушке.

Искренне Ваш,

Матвей Ш.

6 августа 1812г. Воронцово

Ниночка, chérie,

Спасибо тебе за прошлое твое письмо. Шлю тебе самый теплый привет от меня и от бабушки. Она в добром здравии, руководит обновлением защитных заклинаний в усадьбе и первыми заготовками . Пришлем и тебе варенья яблочного. Антоновки в этом году много ожидается. Или тебе более по вкусу вишневое?

Как твои дела? Наверное готовишься к учебному году. Неловко тебя беспокоить, но нет ли вестей о моем зачислении? Переживаю, что не успею устроиться в Петербурге, коли меня примут в этот год.

Шлю тебе самый теплый привет и обнимаю,

Оленька Р.

Безмятежный августовский полдень ленивой негой накрывал усадьбу Воронцово. Солнце еще стояло высоко, и жаркое марево разливалось под выцветшим от дымки небом, но ветер все чаще приносил влажную прохладу идущих где-то дождей. Пруды и река Раменка перестали цвести, вода стала темнее и свежее. Пахло сухим сеном, которое собирали в снопы в полях за городом и первыми коричными яблоками — кислыми на укус, но приятными в пирогах, которые стряпали на кухне к вечернему чаю.

Ольга лениво зажмурилась и откинулась назад, опираясь на руки, подставляя лицо солнцу и болтая в прохладной воде ногами.

— Барышня, вы бы хоть шляпку надели! — посетовала Авдотья, которая пришла из усадьбы и принесла холодный компот в графине с серебряной крышечкой, чтобы вездесущие осы в него не попадали. — Совсем черная сделаетесь!

— Искупаюсь и надену, — пообещала Ольга, оборачиваясь через плечо и улыбаясь покачавшей головой Авдотье. — Спасибо за компот.

— Из стакана пейте! А то знаю я вас! — нарочито сурово нахмурилась Аводья. — А то так привыкнете и оскандалитесь в этих ваших академиях.

— Не оскандалюсь, что ты, — улыбнулась Ольга и, чтобы избежать дальнейших нравоучений, ловко соскользнула с разогретого мостка в прохладную воду.

Авдотья покачала головой, но больше ничего не сказала и пошла обратно в усадьбу.

Ольга же сделала несколько неторопливых гребков. Хотелось лечь на спину и покачиваться на воде, глядя в небо. Но тогда бы намокли волосы, пришлось бы сушить магией, что превращало ее непокорные кудри в пушистое облако, а она была приглашена на обед по случаю именин к соседям. Матвею, сыну и единственному наследнику графа Ширкова исполнялось двадцать.

Они были дружны с самого детства, как только могут быть дружны добрые соседи. И вели оживленную переписку, пока Ольга училась в пансионе, а Матвей проходил службу. С его возвращения они еще не успели увидеться, и Ольга поймала себя на легком волнении и оживлении. Она фыркнула, потому что Матвей был другом и они знали друг о друге так много всего, что волноваться уж точно не стоило.

Чтобы прогнать глупые мысли, она энергично переплыла пруд туда-обратно, и вылезла на мостки. Нижняя сорочка, в которой считалось приличным купаться, прилипла к телу, и хотя на солнцепеке было не холодно, Ольга торопливо сложила пальцы в особый жест, шепнула простенький заговор. Сорочка колыхнулась и высохла в одно мгновение.

Если бы все получалось так легко, как бытовые заклинания!

Ольга накинула на плечи шаль и маленькими глотками неторопливо пила компот, размышляя, что очень повезет, коль с нестабильным ментальным даром ее примут в Петербургскую придворную академию магии. Учиться там было честью, подтверждением статуса, развитые способности помогали занять определенное место в обществе, но выставлять их напоказ считалось моветоном. И хотя статус Ольги в обществе был и так высок, бабушка поддержала ее желание учиться.

Умеренность и контроль для мага были превыше всего. А где, как не в столичной академии лучше оттачивать свой дар девушке из хорошей семьи?

Простая бытовая магия Ольге удавалась. Об особых магических способностях, которые передавались по наследству, она предпочитала пока не думать. Несмотря на блокировку магии до момента начала обучения, они все равно проявлялись у нее только зимой, что говорило о сильном даре и было необычно, но с магией и не такое случалось.

Гланое, что склонность к ментальной магии рассмотрели на вступительном экзамене. Было волнительно, что совсем ничего не получится. Стоял жаркий июнь, когда она в сопровождении бабушки приехала на вступительные испытания в Петербург. Но, когда она дотронулась до специального артефакта — шара, позволяющего осознанно погружаться в состояние похожее на сон, Ольга сразу же оказалась на небольшой, залитой солнцем поляне.