Искупление злодейки

Глава 7

.***Элиза

— За мной! — хмуро скомандовал Янтар, едва я вынырнула из камеры Дейвара в сумрачный коридор темницы.

Оборотень развернулся и пошёл к выходу. Я поспешила следом — сначала по лестнице, потом по коридору обители. Шаг у Янтара был широкий и по-звериному бесшумный. Мне приходилось семенить, чтобы не отставать.

Но к чему такая спешка?

— Что случилось, господин?

— Фаира тебя ищет. Попросила привести.

— Зачем? — уточнила я, но тут оборотень так неожиданно обернулся, что я, ойкнув, врезалась в его твёрдый торс, щекой мазнула по грубой ткани рубахи. И так резко отшатнулась, что обязательно упала бы, не успей волк поддержать под спину.

Жар его ладони я почувствовала даже через плотную мантию послушницы, и невольно проскочила мысль: — неужели у всех оборотней такие горячие руки? Хотя объятия Дейвара обжигали даже сильнее…

— О ком думаешь? — рыкнул Янтар.

— Ни о ком! — испуганно шепнула я. И тут же осознала, что соврала.

Глаза Янтара потемнели, будто в расплавленное золото капнули чернил. Ноздри точёного носа расширились, резко по-звериному втягивая воздух. А потом волк гадливо сморщился. И наконец, отпустил. Скрестил руки на широкой груди.

— От тебя неправильно пахнет, — заявил он в таком обвинительном тоне, будто я испортила ему аппетит. — Мятой, вишней, а ещё… зверьём. Ну и вонь.

Растерянная таким заявлением, я понюхала свою мантию. Правда пахнет? Мята из-за лекарства… Зверьё — это из-за ирбиса? Хотя не чую, но верю… Но откуда вишня?

— Не ходи больше к пленнику, — развернувшись, волк вновь зашагал коридору.

Мимо прошли сёстры обители, поэтому я ответила, только когда они скрылись за поворотом:

— Но я должна.

— Кому “должна”? — раздражённо рыкнул волк. — Кто тот полоумный драхт, что придумал посылать к этому монстру девушек?! Сплошной бардак!

“Похоже, ему кто-то с утра на хвост наступил”, — подумала я, вспомнив расхожее выражение про оборотней, если они без настроения.

В целом было довольно странно, что Янтар до сих пор оставался в обители. Даже серьёзные раны за такой срок должны были уже зарубцеваться. Однако я видела, что Янтар до сих пор двигался скованно, будто берёгся от резких движений.

— Как ваши раны? Я думала, у оборотней быстрая регенерация.

— Это так… Но от головы тоже зависит, — он постучал себя по виску. — Считай, пока что мне выгодно чуть-чуть болеть. Фаире нравится за мной ухаживать, — его голос потеплел. — Она так трогательно заботится о моих ранах, что невозможно ей отказать.

— Понятно, — кивнула я. — Значит, вы не хотите оставлять Фаиру…

— Пока что не хочу… — и снова в тоне волка захрустели льдинки. Он потёр шею, провёл рукой по тёмным волосам. — Но когда-нибудь придётся.

— Почему? Вы что, собираетесь её бросить?!

— О! Слышу осуждение в твоём голосе, синеглазка, — насмешливо оскалился Янтар. Он сбавил шаг, и теперь мы шли вровень, так что я могла заглянуть в его лицо. — Но дело ведь не только в моих личных желаниях.

— Думаете… это она бросит вас?

Волк по-звериному фыркнул, недовольно сверкнув золотыми глазами. Кажется, ему не понравилось моё предположение.

— С чего бы ей бросать такого красавчика? Она не найдёт лучше.

— Ну… ведь и Фаира красивая. И не злая. И у неё тёплая магия, будто солнышко греет. Я часто замечаю, как на неё засматриваются наши стражники.

— Засматриваются?!

— Да, и довольно часто. Подарки дарят.

— Кто? — рыкнул Янтар, так клацнув зубами, что я аж вздрогнула. И поторопилась ответить, чтобы не злить волка.

— По именам всех не знаю, но могу показать.

— Обязательно покажешь, — мрачно произнёс оборотень, и я вдруг подумала, что, может быть, зря ему рассказала про других. Тем более Фаира всегда игнорировала их неумелые заигрывания. С другой стороны, Янтар ведь сам заявил, что он с Фаирой ненадолго, так почему теперь недоволен? Не понимаю…

— А тебе, синеглазка… тебе кто-то нравится? — теперь уже Янтар заглянул в моё лицо.

Я пожала плечами.

— Не уверена… А как это понять?

— Например... ты кого-то ревнуешь?

— Нет, — я отрицательно мотнула головой, но потом задумалась. И попыталась ответить как можно честнее: — Точнее, я не уверена, что такое ревность.

— Ну... это когда хочешь оставить кого-то только для себя.

— А! Похоже на то, когда владеешь вещью и не хочешь делиться?

— Вроде того...

— Но… разве человек — это вещь? Он согласен?

— О! — клыкасто ухмыльнулся оборотень. — Не только согласен, но многие женщины крайне возмущены, если их не желают присвоить надолго... или лучше — навсегда! А ревность — как раз показатель. Один из. Хотя... Бывают варианты.

— Как странно… — покачала я головой. Всё же отношения и особенно "любовь" оставались для меня тёмным лесом с запутанными тропками, капканами и топями. И как не заплутать?

— Ну а телом тебя к кому-то тянет? — не отставал Янтар.

— Не уверена, — грустно вздохнула я.

— Ну вот так, хочется, чтобы тебе кто-то сделал?

Прежде, чем я успела спросить “о чём он?” Янтар остановился и взял мою ладонь. Поднеся к губам, оставил на тыльной стороне лёгкий почти невесомый поцелуй — всё равно что не коснулся.

Но зато горячее дыхание волка вызвало табун мурашек. Уши яростно запульсировали от прилившей к ним крови, а от смущения и неловкости даже защипало кончик носа.

За такое короткое время меня коснулись аж два мужчины! И как на это реагировать? Это вообще — можно? Это прилично?! Но прежде чем я успела что-то сказать или сделать, за спиной раздалось шипение:

— Что тут происходит?!?!

Испуганно обернувшись, я увидела разгневанную Фаиру, которая шла к нам.

***

.*** Фаира

Служительница Фаира этого не показывала, но поведение Янтара её задевало.

Он ничего ей не обещал. В чувствах не признавался. Просто развлекался, не подозревая, насколько глубокой занозой застрял в юном сердце служительницы.