Искушение Авторитета

=1 =

Василина

- Опусти его, девочка, медленно. Тогда и сама не поранишься, и не пострадаешь! А иначе, миленькая, я тебе сам голову откручу, - мужчина кивнул на оружие в моих руках, бросив косой взгляд на раненого незнакомца, развалившегося у его ног.

Я же едва дышала от страха, сердце колотилось так часто, словно пыталось вырваться из груди.

Наблюдая за этим крупным и опасным мужиком, я не понимала как и куда бежать. Передо мной стоял громила, покрытый татуировками, с пронзительным взглядом, от которого по спине пробегали мурашки. Мерзкий и опасный мужлан.

На вид ему лет пятьдесят. И они с дружком явно караулили меня.

Знали, что я здесь буду? Но откуда?

Ещё три часа назад я и сама не знала, что приду сюда.

Да кто они вообще такие и что им нужно от меня?

Или они с Давидом Мансуровым решили поквитаться, используя меня?

Давид мой дядя. Но любит меня как дочь. Да и я отношусь к нему как к отцу. Только вот… быть племянницей одного из самых влиятельных авторитетов - это ещё то удовольствие, более смахивающее на проклятие.

Расплата для меня, кажется, наступила. Сейчас.

Мой дядя показывал мне, как нужно обращаться с подобными огнестрельными штуками. И сейчас эти знания были моей единственной надеждой. А Давид знает толк в пистолетах.

Поддаваясь панике, я всё же вспомнила наставления Давида. Мои пальцы находились с верхней стороны задней части затвора Глока перед прорезью прицела, а большой палец лежал на задней части рукоятки.

Если придётся снова стрелять, я верю, что не промахнусь.

-Я сейчас подойду к двери и уйду, - решительно произнесла, осматриваясь в комнате, в которую меня грубо затащили, зажав рот. Хорошо, что я такая ловкая и в заднем кармане брюк одного из мужчин смогла нащупать пистолет и применить его по прямому назначению.

Мужчина хмыкнул, и этот звук прозвучал как похоронный звон. Громила не двигался, оставаясь неподвижным, словно каменная глыба, но его глаза... они так прицельно буравили меня, оценивая, просчитывая мои дальнейшие действия. Я чувствовала себя мышью, попавшей в капкан к хищнику, который скоро окончательно захлопнется.

Мне страшно. В горле пересохло, а руки, державшие пистолет, предательски дрожали. Я прежде никогда не стреляла в людей. Это был мой первый раз, когда я, кажется, лишила человека жизни. Ведь раненый мужлан на полу притих и перестал подавать признаки жизни. Я видела под ним кровь. Это всё так жутко.

Я заставила себя держаться. Вот уж нет никакого желания составить компанию гаду.

И если второй мужчина не сбавит обороты, то я продолжу практиковать пальбу по живым мишеням. Этот тип, надвигающийся на меня сейчас, вполне рискует стать вторым.

Я выросла в криминальной среде. Но не я выбирала эту жизнь, она сама выбрала меня. С самого детства я варилась в этом котле. И теперь, когда опасные незнакомцы напали на меня, мною двигало лишь одно - ледяная решимость выжить.

Не знаю, чего конкретно хотят от меня эти дядьки.

Но точно знаю, что ничего хорошего. Они меня жалеть не будут. И у меня нет к ним жалости.

Тем более, что ни я на них первой напала.

- Ты никуда не уйдёшь, Василина. За дверью находится мой человек. Опусти оружие и не пострадаешь, - в его голосе не было ни намека на доброту или на сочувствие, только холодная, расчетливая угроза.

Он сделал шаг вперёд. На меня. И я невольно отшатнулась. Пистолет в моей руке дрожал, но я старалась держать его крепко, как учил Давид.

- Что вам от меня нужно? Чего вы вообще прицепились ко мне? Кто вы?

- Я всё расскажу. А ты опусти пистолет. Сама ведь поранишься. А нам же этого не нужно.

Я отрицательно покачала головой. Ублюдок разговаривал со мной как с маленькой девочкой или как с умалишенным наивным подростком.

Правда думает, что я куплюсь на все эти его речи?

Ему словно наплевать, что у его ног его же сообщник кровью истекает. Равнодушие верзилы к умирающему рядом человеку вызывало тошноту.

Как можно так хладнокровно смотреть на чужую агонию?

Если за дверью и правда ждёт один из его людей, то как же мне выбраться из этой комнаты?

Никогда бы не подумала, что в клубе Альберта мне будет угрожать опасность. Альберт ведь друг моего дяди. В этом клубе обычно собираются все свои. Врагам сюда вход заказан. Но… бывают исключения.

Так… Не рискну и не узнаю. К чёрту всё. Нельзя задерживаться здесь дольше, чем я уже это сделала. Мужлан явно мне зубы заговаривает. Тянет время. Мало ли… вдруг прибудет подкрепление.